Солдаты Оборотня - Владимир Чихирёв

— Да, господин полковник! — ответил Вальдвер, прикрывая лицо ладонью от колющего снега. Ороах чихнул, и посмотрел на колону войск, что тянулась за ним. Дорога в этом месте круто поднималась вверх, и он мог видеть значительную часть армии, хотя быстро сгущающиеся сумерки и все усиливающаяся метель не позволяли оценить состояние солдат. С получением команды об остановке на привал строй рассыпался на островки, где вскоре один за другим вспыхивали оранжевые огни разгорающихся костров.

«Замершие и голодные» подумал Ороах, наблюдая за тем, как несколько человек устанавливали его палатку.

Спустя час, когда он сидел, обернувшись толстым, шерстяным одеялом, держа в руках железную кружку, до краев наполненную подогретым вином. Он вспоминал последний день в «Северном»

Его убрали с основного направления удара! Его рыцарей! Элиту гвардии!! Это унижение, которого он не перенесет!

Такими были его мысли после совета в штабе армии. Домой он вернулся злым и неразговорчивым. Его жена, маленькая, тихая женщина даже не осмелилась спросить мужа о причине такой ярости. Позже, за ужином, он все же рассказал ей и своим двум дочерям о том, что произошло в штабе. Когда он поднял глаза, то увидел на лицах своих родных облегчение. Его дочери казалось, готовы вскочить и расцеловать своего отца. Да и жена не особо старалась скрыть улыбку.

— Эверт, — она положила свою руку на его плечо — а может уже хватит? Чем ты недоволен? Что тебя не посылают в пекло?

— Я солдат!

— А ещё ты отец, вот этих двух непосед, которые тебя очень любят! Ты и так идешь со своими рыцарями в «Поющие холмы».

— Угу — Ороах нахмурил брови — это просто намек на почетную пенсию! Стоять там и сторожить пещеры в ожидании, что общипанные мятежники вновь будут спасаться по этим крысиным ходам!!

— А тебе нужна кипящая битва? Крики людей, кровь, боль и страх? Ты настоящий офицер, и это часть твоей жизни, но нам очень бы хотелось, чтобы это была твоя последняя отлучка из дома — вздохнула женщина.

Он хмуро посмотрел на неё. Потом на своих дочерей. Они ответили ему своими беззаботными улыбками, а младшая ещё и высунула язык. Ороах не смог удержаться и невольно расплылся в улыбки. Девчонки сорвались со своих мест и кинулись на отца, стараясь дернуть его за бороду или взлохматить начинавшие седеть волосы. Смеясь, он вяло отбивался от них. Наконец отпустив отца обе хохотушки быстро раскланявшись, помчались к себе в комнаты — Может ты и права — Ороах смотрел, как в конце коридора мелькают яркие платьица и банты.

— Вот и успокойся — она жестом указала прислуге, что ужин закончен — они тебя любят как никто на свете. Не забывай об этом! Я умоляю тебя — побереги себя!

— Да, конечно — рассеяно ответил Ороах — и можешь не сомневаться, что это мой последний поход. Сомнений быть не может.

— Наконец-то у девочек будет настоящий отец, а у меня муж — она нежно улыбнулась и поцеловала его в щеку.

Тяжелый, протяжный вой прокатился над лагерем, вырывая полковника из воспоминаний. Звук был низким, клокочущим, словно кипящая смола. Ороах выронил из рук кружку с недопитым вином, и, вскочив на ноги, выбежал из палатки, обнажив свой клинок.

Он оказался не единственным, кто отреагировал на жуткий звук подобным образом. У своих палаток стояли и всматривались в ночную тьму готовые к нападению солдаты. Послышался новый рык, переходящий в вой. Полковнику показалось, что это где-то наверху. Стоявшие невдалеке от него несколько человек подняли свои луки и направили их к верху. Но все уже стихло, только снег усилился, и теперь уже точно ничего нельзя было разглядеть на расстоянии нескольких десятков метров. Только расплывчатые пятна света от факелов и костров были видны сквозь снегопад.

Когда он уже готов был вернуться к себе в палатку, сверху посыпались камни. Несколько булыжников размером с человеческую голову упали неподалеку от полковника, ударившись о выступ скалы, нависающим над горной дорогой.

— Усильте дозоры. Выставляйте не менее семи человек в группе — Ороах повернулся к капитану — костры не тушить, поддерживать огонь до утра.

— Слушаюсь, господин полковник.

— У нас достаточно дров?

— На эту и следующую ночь точно хватит.

— Надеюсь, на то чтобы выбраться в долину третья ночь нам не понадобится.

Ороах ещё раз бросил взгляд на уходящие в черноту скалы, и, жмурясь от беснующегося снега, вернулся в свою палатку.

Сон его прервали, когда небо только- только стало сереть.

— Господин полковник — над ним стоял капитан — у нас неприятности.

— Кто бы мог подумать!? — язвительный тон немного смутил капитана.

— У нас погиб один из патрульных.

Проклиная холод и шатавшихся по горам призраков, Ороах накинул плащ, и вышел следом за капитаном.

Снег прекратился, завалив дорогу чуть ли не по колено. Лагерь оживал. Седлались лошади, свертывались палатки. Горьковатый дым от тлеющих костров накрыл лагерь белесым одеялом. Ржание и ругань слышалась отовсюду. Ороах и Вальдвер подошли к группе солдат стоявших у самого выхода из ущелья.

— За тем камнем, господин полковник — проговорил высокий с потемневшим и покрытой оспинами лицом, сержант.

Ороах молча, подошел к тому месту, что ему указали. Снег тут был растоплен и посередине этой прогалины сидел один из солдат. Его посиневшее, вытянувшееся лицо сохранило на себе отпечаток ужаса. Одна рука была приподнята, будто он хотел защититься от того, что наступало на него. Ороах окинул взглядом место гибели одного из своих людей.

— Лейтенант — Ороах повернулся к одному из офицеров — пригласите сюда людей из ордена. Вальдвер! проследи за тем, чтобы не было проволочек со сборами. Надеюсь, ни у кого нет желания провести следующую ночь на этой тропе, свешивая задницы в пропасть!

— Слушаюсь, господин полковник!

Дожидаясь магов Ороах ещё раз внимательно осмотрел прогалину возле погибшего рыцаря. Как он оказался тут. Он спросил об этом сержанта, но тот только пожал плечами. В дозорные группы этот несчастный не входил. Ороах посмотрел по сторонам. Ни крови, ни следов животных. Ничего. Тяжело вздохнув, полковник оглянулся. Позади него, двинулись первые повозки. Следом за первыми ротами отправятся взвода обеспечения с провизией и амуницией. За них он боялся больше всего. Стоит тяжело груженной телеге чуть заскользить по обледенелой дороге и её уже будет не остановить. О том, сколько можно будет потерять за этот переход людей, полковник старался не думать.

Наконец подошли двое закутанных в толстые шерстяные плащи мужчин. Оба были молоды, на лицах уверенность и спокойствие. Пожалуй, эти двое были единственные в армии Ороаха люди, что не забыли о бритве и зубном порошке. У одного из них по имени Ласдур была даже сохранена щегольская форма бородки. Ладные кожаные сапоги были начищены до блеска. Когда маги остановились возле полковника, Ороах почувствовал запах масла для кожи.