Покорение Финляндии. Том 1 - Кесарь Филиппович Ордин

было ни отсталых, ни беглых. Правда, по наружному виду эта армия не имела никакой представительности, так как люди, защищаясь от стужи, надевали на себя все что могли получить по деревням, увязывая овчинами и звериными шкурами головы до самых глаз. Неприятель скорбел и озлоблялся, оставляя. Русским города и деревни, но духом не падал, поддерживая старинную славу отцов и дедов, считавшихся всегда лучшими солдатами в войсках шведских королей. Нельзя, впрочем, не иметь в виду, что положение отступавших было много выгоднее положения наступавших, ибо первые имели от своих земляков все, что у них самих было: подводы, хлеб, мясо, вино, теплую одежду и обувь. Ничего этого не было для наступающих, которые шли при вьюге и 25-градусном морозе с теми скудными пособиями, которыми снабжало их интендантство. И чем быстрее было движение вперед, тем тяжелее были эти условия: свои обозы не успевали следовать, а неприятель, отступая, старался увозить свои запасы или раздавал их населению. Кроме того он разрушал переправы, и наши люди должны были идти по сугробам снега, окольными путями, большей частью по узким тропинкам, на которых приходилось постоянно выдерживать мелкие стычки. Из Вазы Клингспор, а также Адлеркрейц, бывший на одной с ним высоте, отступили еще далее на Нью-Карлебю, Гамле-Карлебю и Брагештадт, направляясь к самой северной оконечности Ботнического залива, где, в Улеаборге, рассчитывали соединиться с разными местными отрядами и с войском, шедшим с северо-востока из Саволакской области. Таким образом, неприятельский корпус, отступая и собирая мелкие отряды, продолжал усиливаться между тем как русские войска, в наступательном движении своем, занимая города один за другим, должны были, не смотря на свою малочисленность, выделять от себя отряды для охраны занятых местностей и своих путей сообщения. С другой стороны назначенная, по первоначальному плану графа Буксгевдена, поддержка отряду Раевского со стороны Тучкова, бывшего в восточной части Финляндии, не могла осуществиться. Задача Тучкова состояла, как, сказано, в том, чтобы не дать возможности стоявшему против него неприятелю соединиться с главным корпусом Клингспора, и оттеснить его к северу. Это предполагалось тогда, когда Клеркер стягивал свои силы к Тавастгусу. Между тем Шведы из Саволакса не пошли к этому последнему пункту, а направились на восток к Куопио. Тучков последовал за ними и после упорного сопротивления занял этот город 4-го марта, в то самое время, когда центр наш, все более и более удаляясь влево, подходил уже к Бьёрнеборгу. Один взгляд на карту указывает, на сколько силы наши разъединились, когда между центром и правым флангом была почти вся Финляндия. Имея к тому же против себя сильного противника, под начальством энергического Сандельса, Тучков не мог исполнить приказания Буксгевдена идти поперек всей страны к Вазе, на соединение с отрядом Раевского, ибо по удалении его неприятель, усиленный всем местным населением, крайне враждебно настроенным, занял бы Куопио и пресек пути сообщения и продовольствия. Однако, по получении вторичного приказания, Тучков двинулся в путь, но уже не на Вазу, а севернее на Гамле-Карлебю, куда и прибыл 28-го марта, не имев возможности согласно предположению, зайти в тыл графу Клингспору, который отступил еще севернее к Брагештадту. В Куопио оставлен отряд генерала Булатова; ему впоследствии приказано было идти на Улеаборг, примкнув к оконечности правого крыла Тучкова.

Одновременно на южном побережье Финляндии русские отряды, заняв Гангеуд и Або, преследовали неприятеля на Аландские острова. Шведы жгли свои суда и корабельные магазины, топили порох и снаряды, клепали пушки. В одном Або сожжено ими 64 военные судна. Русские заняли Аланд 31-го марта. Вскоре потом, в начале апреля, из Либавы был отправлен отряд в 1. 600 ч. под начальством контр-адмирала Бодиско занять остров Готланд. К этому занятию побуждало желание лишить Англию возможности воспользоваться удобным положением этого острова по близости Финского и Ботнического заливов. Здесь не было войск; местное же население, желавшее было противодействовать занятию острова, уступило однако пред невозможностью защищаться, и в главном городе острова Висбю развился русский флаг.

Из вышесказанного видно, что в течение февраля и марта русские войска, безостановочно наступая, заняли всю южную и среднюю часть Финляндии, а на севере дошли до Гамле-Карлебю и продолжали теснить неприятеля далее. 5-го апреля Кульнев разбил при Калайоки шведский арьергард, причем взял в плен начальника штаба графа Левенгельма, а. на другой день занял Брагештадт оттеснив неприятеля до Сиккайоки, где произошло сильное дело продолжавшееся целый день и стоившее обеим сторонам потери до 1. 000 чел. Главная квартира шведская едва не была взята Русскими; однако, бой не дал перевеса ни той, ни другой стороне. Впрочем Клингспор отошел еще несколько далее до Лумийоки. Засим наступил 10-дневный перерыв в действиях, как неизбежное последствие крайнего утомления и отчасти расстройства русских войск, бывших два месяца на постоянном усиленном марше. Русские заняли места на самой северной оконечности Ботнического залива, которые более 300 лет назад занимали их предки с воеводами Ивана III. Этим заключился первый период войны и быстрого наступления.

Начался второй период — период утраты почти всего, что так сравнительно легко было приобретено. Шведы воспользовались последовавшей за делом при Сиккайоки приостановкой действий для сосредоточения отрядов, а плен Левенгельма имел свое существенное значение. В роли ближайшего советника Клингспора его заступил Адлеркрейц; он горячо настаивал на активных действиях. Хотя пришедший наконец от Куопио отряд Булатова и увеличил силы русского центра на 1. 500, но они составляли в общей сложности лишь около 6. 000 чел.; между тем как неприятель имел против него до 13. 000, при достаточной артиллерии. Кроме того русским войскам надо было выждать прибытия транспортов, которые за наступившей весеннею распутицей и по недостатку лошадей очень отстали. При таких условиях отдаленное на 600 верст от всяких подкреплений русское войско было в положении критическом, а неприятель решился действовать, хорошо зная подробности нашего расположения от жителей, охотно сообщавших ему все сведения. После дела при Сиккайоки рассеялось бывшее между Шведами убеждение о значительности русских сил.

В таких условиях Шведы напали 15-го апреля на стоявший в 18-ти верстах от главных сил, при Револаксе, сейчас упомянутый отдельный отряд, пришедший из Куопио, и разбили его. В этом кровопролитном деле начальник отряда Булатов был дважды ранен и истекая кровью взят в плен. До половины всех людей убито или также забрано. После этого несчастного дела Раевский уже не мог оставаться в своей позиции, которой граф Клингспор угрожал обходом, и потянулся назад, отступя в течение 6-ти дней на 150 верст до Гамле-Карлебю.

Последствия дела при Сиккайоки и при Револаксе были для русских войск самые дурные. Роли