За гранью добра и зла - Владимир Батаев

— Ну, если ты не собираешься спасать остатки своих солдат от вампиров, потом разбираться с темпларом и с этими… — я кивнул в сторону Пакс и розововолосой.

Секунду поразмыслив, девушка кивнула, крепко ухватила меня за плечо и потянула к двери. Огненное кольцо, после смерти зажегшей его волшебницы, угасло. Мы беспрепятственно покинули трактир и быстро двинулись к кромке леса.

Мы сделали привал на небольшой поляне возле ручья, падающего с обрывистого склона холма, образуя небольшой водопад.

— Раз уж мы некоторое время будем путешествовать вместе, хотелось бы узнать хотя бы, как тебя зовут, — обратился я к своей спутнице.

— Хватит придуриваться, — проворчала она. — Ни на секунду не поверю, что ты меня не узнал. К чему эта клоунада?

— Как я уже говорил, меня зовут Джестер, а это значит — шут, — усмехнулся я. — К моему сожалению, до сего дня мы не были знакомы. Я бы ни за что не забыл такую красавицу. Кстати, зачем тебе маска? Мы здесь одни и, вопреки твоим словам, я тебя не знаю, а значит скрывать лицо нет смысла. Надеюсь…

Девушка прервала мою речь, толкнув в грудь и опрокинув на спину, а сама тут же уселась мне на живот. Не успел я отпустить по этому поводу двусмысленную шуточку, как к моему горлу оказалось прижато лезвие ножа.

— Это изнасилование или ты любительница садистских прелюдий? — все же не удержался я.

Игнорируя мои слова, девушка свободной рукой сняла маску и отбросила в сторону. У меня от удивления глаза на лоб полезли. Не может быть, чтобы это была она! Как я мог её не узнать? И шрам на щеке — точь-в-точь как в моём видении! Но как это вышло?

— Мирэ? — на всякий случай переспросил я.

Девушка нахмурилась, пристально глядя мне в лицо, вздохнула и покачала головой.

— Ты — не он, — сообщила она, убирая нож от моего горла и поднимаясь. — Но кто ты такой тогда?

— Я же сказал, я Джестер, эрл Брокенхат. А ты? Ты не Мирэ? Не может быть, одно лицо… Кроме шрама…

— Меня зовут Вайпер, — сообщила она, отвернувшись вполоборота и прикрывая шрам волосами. Напоминание о нём явно было ей неприятно. — Похоже, мы оба обознались, приняв друг друга за других людей.

— Да уж, ничего себе, совпаденьице…

— Таких совпадений не бывает, — сверкнула глазами девушка.

— Мне тут одно Пророчество навязывали, — сообщил я. — Вернее, даже два. Правда, смысл толком не объяснили. То ли спасти мир, то ли уничтожить. И картинки показали, а на картинках были мы. Ну или наши двойники. Или и те и другие.

— Тогда понятно, — пожала плечами девушка. — Как говорит Либра: другой мир — другие правила.

А Либра — это, видимо, мой двойник. Ну и имечко он себе выбрал, интересно, как его следует понимать?

— А сама что ты думаешь? О Пророчестве и об этом мире вообще?

— Не знаю, — покачала головой Вайпер. — Мы с Либрой здесь уже что-то около пятнадцати лет, а я до сих пор не понимаю и половины. Нет, то есть, в обычной здешней жизни я, конечно, давно разобралась, не совсем уж дура. Но вот что касается всякой магии… Нет, не по моему уму все это. Ладно там драконы и прочие твари, в совокупности с множественностью миров и теорией параллельной эволюции это все вполне нормально. Даже принцип метания огненных шаров могу понять, теоретически… Энергетические поля и все такое… Но вот магические мечи я не могу понять, вообще никак.

Она покосилась на меня, проверить, слушаю ли. Я закивал головой, мол, все понятно, продолжай. На самом деле слушал я уже не очень внимательно, меня замкнуло на первой части её речи. Драконы и огненные шары — чёрт с ними, меня как раз их происхождение и принцип действия вообще не беспокоят. Я ещё читая книги жанра фэнтези привык, что в таких случаях магия — само по себе достаточное и единственное объяснение всего невероятного и невозможного. Но если Вайпер и Либра здесь уже пятнадцать лет — это что же выходит, ей за сорок? Или они сюда попали детьми?

— Сколько тебе лет? — всё же не выдержал я. — Понимаю, женщинам такие вопросы задавать не принято…

— Почему? — удивилась Вайпер. — Знаешь, я вообще-то не очень считала. Полжизни на звездолёте, все эти гиперпереходы, разгоны и торможения… Корабельное время быстро начинает отличаться от общего, а даты внешнего мира все же имеют гораздо большее значение, чем время прошедшее внутри корабля, и отмечать в соответствии с ним свой возраст… Не слышала про такое. Вот если бы по бортжурналу свериться… Ну, так, на вскидку, курс омоложения мне проходить ещё не приходилось, даже плюс пятнадцать лет здесь, мне должно быть сейчас где-то между пятьюдесятью и семьюдесятью пятью.

У меня аж челюсть отвисла. Да уж, везёт мне в этом мире, какую девушку ни встречу — все минимум вдвое, а то и раз шесть старше меня — и при этом все выглядят моими ровесницами. Да уж, не зря я шутом назвался, всё равно даже старайся я вести себя предельно серьёзно, с точки зрения всех этих «опытных и зрелых» личностей моё поведение будет частенько казаться детским, в лучшем случае подростковым, пускай уж лучше считают, что я намеренно дурачусь. А то этак в пору в свои четверть века в детский сад отправляться.

Вайпер не поняла причин моего шока и не стала допытываться. Вместо этого девушка объявила, что намерена помыться, и отправилась к водопаду. Моего присутствия она ничуть не стеснялась. Я для приличия отвернулся, но не удержался и все равно поглядывал, как она неторопливо раздевается на берегу.

Впрочем, в её мире, видимо, совсем другие правила приличия, как и многое другое. Мир будущего — относительно моего родного времени — где космические корабли бороздят… вовсе не просторы Большого Театра, а межзвёздное пространство! Мир, будто сошедший со страниц научно-фантастических книг. Впрочем, я ещё и удивляюсь, сидя при этом посреди романа-фэнтези. В космосе побывать я, пожалуй, не отказался бы, но реальность, даже выглядящая с моей точки зрения как научная фантастика, на деле могла оказаться совсем не такой веселой, как описывается в книгах. Нужно будет расспросить Вайпер о её мире поподробнее. Конечно, попасть туда нет никакой возможности — Пакс утверждала, что из этого мира возврата нет, мол, сидим мы на самом дне колодца мироздания и отсюда не выпрыгнуть. Но любопытно ведь! Судя по свалившимся сюда пришельцам из других реальностей, мой родной мир — самый скучный и унылый слой во всём пироге мироздания. Впрочем, там, где прожил всю жизнь и все привычно, всегда бывает скучно. Может тем же Пакс и Вайпер мой мир показался бы дикой экзотикой.

Я аж подпрыгнул, ощутив прикосновение к плечу. Так задумался, что не услышал, как вернулась Вайпер, а может просто она двигалась так бесшумно. Одеться девушка не удосужилась — её одежда сушилась на ближайшем камне.