Обратный отсчет: Распад - Токацин

Самку передёрнуло.

— Х-хорошо, что вас не расстреляли, мистер Джед, — тихо сказала она. — Мы даже не знали, где вас держат. Если бы не Лю…

Гедимин хотел напомнить, за что его собирались расстрелять, но Джой уже притронулась к его комбинезону, и сармат от неожиданности вздрогнул и подался назад. Самка отдёрнула руку.

— Простите. Я не подумала, что вам больно. Мишти, там везде шрамы. Куда ни притронься.

— Это ничего не значит, — мрачно сказала самка, поднимая взгляд на лицо сармата. Она вздрогнула, но выдержала целых две секунды, прежде чем опустить голову.

— Смотрите, там мианийские корабли, — сказала она, кивнув на ограждение. Гедимин развернулся, с трудом подавив облегчённый вздох, и увидел пять круглых розовато-красных шаттлов. Они сидели практически вплотную, и сармат задумался, куда они девают шипы, — если выросты не втянуты, они должны впиться в борта соседей…

— Лю, подсади меня, — послышалось сбоку, и секунду спустя тёплая рука легла на плечо сармата. — Здесь ужас как пыльно. Там, в тюрьме, есть душ? Если нет — миссис Агуэра добьётся, чтобы вас отпускали к нам. Хотя бы раз в месяц. Мы все по вам соскучились.

Гедимин мигнул.

— Что-то уже вышло из строя? Напиши Фостеру. Меня иногда посылают что-нибудь чинить, — он криво ухмыльнулся и посмотрел на свои руки. — Здесь же нет других ремонтников.

— О! Вот и всё решилось, — самки переглянулись. — Нет, ты видела? Они ещё заставляют его работать!

— Рабовладельцы, — буркнул Люнер. — Эй, Джой, потише! Люди же кругом!

Самка фыркнула, но руку от застёжки на комбинезоне сармата всё-таки убрала. Гедимин запоздало мигнул и двинул застёжку кверху, до самого горла.

— Я только хотела посмотреть вблизи, — сказала Джой, слегка улыбнувшись. — Значит, вас выводят из тюрьмы… Миссис Агуэра посылала вам чай, но его, похоже, выпили копы. Если принести сюда… Вас обыскивают после прогулки?

— Да уж наверное, — буркнул Люнер. — Меня всегда шмонали. Им дай волю — влезут и в рот, и в зад… А! Я знаю, что делать. Я помогу.

— Тихо! — Мишти повернулась к терминалу. — Коп возвращается. Джой, иди сюда!

Мишти спрыгнула с седла флиппера, и туда немедленно полезла Джой. Гедимин подставил руку, но самка, вместо того, чтобы на неё опереться, обхватила её и прижала к груди.

— Это всё ерунда, мистер Джед, — тихо сказала она, глядя сармату в глаза. — У вас были шрамы, и никто не пугался. Вы очень тёплый, знаете? Им не удалось это сломать. И в их оговоры никто не поверил. Мы встретимся ещё, мистер Джед. Миссис Агуэра пришлёт вам лучший чай!

Поблизости раздался грохот — экзоскелетчик, подойдя к скамейкам, затопал, и его броня загремела.

— Разойдись! — скомандовал он, сердито глядя на людей. — Люнер Чицу? Что ты тут забыл?

Байкер ухмыльнулся. Он уже подсадил в седло самку и теперь поднимался сам, но протез всё время соскальзывал.

— Пришёл к приятелю, а что?

— Ему запрещены посещения, — буркнул Матейка, жестом отгоняя всех от сармата. Самки дружно фыркнули.

— Пойдём, Джой, — громко сказала Мишти. — А то и нас обвинят в терроризме! До свидания, мистер Кларк!

Обе самки приложили пальцы к губам и резко отняли, глядя на сармата. Матейка нахмурился.

— Фамилия этого преступника — Кет, — мрачно сказал он. — И на нём несколько миллионов трупов. Руки за спину! Пусть Макнайт ходит с тобой на космодром, а с меня хватит.

…Во двор они не заходили, но в камере, перед тем, как закрыть дверь, Матейка сунул что-то в руку сармату, и Гедимин, развернувшись, увидел «читалку» и новые вставленные в неё диски. Он озадаченно хмыкнул. «Никогда не пойму местных традиций. Что у этих существ в мозгах?..»

04 сентября 25 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

Дверь камеры открылась в полпервого, и удивлённый сармат даже не сразу понял, что тренировку пора прервать.

— Качается, — угрюмо сказал конвоир, наблюдая за Гедимином, влезающим обратно в комбинезон. — На стенах уже вмятины. Не пора его в карцер?

— Не запрещено, — отмахнулся второй охранник. — Пойдёшь с нами, теск. Будешь тихо себя вести — без наручников.

Один браслет на него всё-таки надели. Второй из той же пары пристегнул к себе конвоир Матейка. Обуви сармату не дали, из чего он заключил, что во двор не поведут. «На допрос, что ли?» — он озадаченно хмыкнул, пытаясь припомнить, что незаконного сделал за последние двое суток. «Опять что-то сломалось?»

В комнате для допросов не было ни космодромной охраны, ни техников. Одинокий «коп» в лёгком экзоскелете с явно сбоящей проводкой левой «руки» сидел за столом и разглядывал небольшой предмет.

— Что это? — резко спросил он, придвинув к стеклу чёрную коробочку с изображением белого цветка. Гедимин мигнул.

— Чай, — ответил он, увидев под крышкой знакомые свёртки. Экзоскелетчик поморщился.

— Что он делал на тюремном дворе?

Сармат пожал плечами.

— Имеешь близкие отношения с Агуэра или Чицу? — спросил экзоскелетчик, снова придвинув коробку с чаем к себе. — Флоренс, Гаонкар, — знаешь этих людей?

Гедимин кивнул.

— Почему этот чай был перекинут через забор, а не передан через дежурного? — спросил экзоскелетчик, хмуро глядя на сармата.

— Чтобы охрана его не выпила, — ответил тот и тут же понял, что следовало промолчать. Допросчик поморщился и забрал коробку со стола.

— Дежурный принимает передачи для заключённых каждый день с четырёх до шести. А это будет конфисковано. Свободен.

«Охрана всё-таки выпила мой чай,» — думал Гедимин, досадливо щурясь, пока его вели к камере. На обратном пути заковывать его не стали, и без нажатий кнопки обошлось, — видимо, нарушение было несущественным. Гедимин вернулся к прерванной тренировке, изредка отвлекаясь на