Под крылом звездолёта (СИ) - Сухоруков Андрей

- Василий, да Вы знаток радиоактивности. В школе хорошо учились? – меня стала понемногу напрягать её манера общения. Интересно, есть у нее какой-то ползунок в настройках отвечающий за степень сарказма. Хотя, возможно, это меня карма достала. Мне многие говорили, что я с ними общаюсь как с умственно отсталыми. Вот теперь и огребаю. Надо остановиться и медленно досчитать до десяти. Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять. Глубокий вдох и глубокий выдох.

- Я не услышал ответ на свой вопрос, Венера, - напомнил я ей.

- Фу, какой Вы скучный Василий, - надув виртуальные губки сказала она, - Вам никто не говорил, что так с девушками не разговаривают?

Господи, дай мне сил.

- И? – повторно уточнил я.

- Нормальная тут пока радиация, - фыркнула она мне в лицо ответ.

- А поточнее? – не отставал я.

- По завершении необходимых мероприятий в течении тридцати минут доза облучения не превысит порог облучения персонала атомных станций, работающего с источниками ионизирующего излучения, - отчеканила она.

- Венера ты сейчас с кем разговариваешь? Мне надо по-простому, на пальцах объяснять, - я попытался спокойно ей объяснить, - сколько нужно времени на проведение, как ты сказала, мероприятия и какой ущерб здоровью я в итоге получу?

- Ожидаемое время проведения мероприятий примерно сутки, летальный исход, - тихо ответила она.

Я замолчал. Хотелось материться и немного повыть. Потом я хлопнул себя перчаткой скафандра по шлему. Гадские разработчики симуляций. Я уже настолько вжился, что стал прикидывать, поставят ли мне колонисты, благодарные за спасение своих жизней, памятник. Как-то давно смотрел фильм «Армагеддон», на секунду почувствовал себя Брюсом Уиллисом.

Потом стало даже как-то обидно. Вот кому-то другому этот жребий выпадет и ему таки поставят памятник, а мне если и светит такое, то только в виртуальности. Ладно, одной смертью больше, одной меньше.

- Веди, Сусанин, - скомандовал я Венере.

Стрелочка перед стеклом шлема снова нарисовалась.

- Маршрут построен. Через пятьдесят шагов поверните налево, - знакомым всем голос прозвучал внутри шлема.

Топ, топ, топает малыш. Я шел и про себя напевал. От тишины я стал как-то даже звереть. Единственным способом спасения стал свой голос. Венера, видимо посчитала свою задачу пока выполненной и снова исчезла. Я шел по коридору. По сторонам иногда попадались двери без опознавательных табличек. То ли нахалтурили с симуляцией, то ли пока и в реальности на этих дверях не было опознавательных знаков.

Повинуясь указанием навигатора, я сначала свернул налево, потом еще через сотню шагов направо, а потом еще через семьдесят четыре шага достиг конечной точки маршрута. Я уперся в новую дверь. На этой двери в отличие от всех виденных до этого, надпись была. Надпись гласила: «Зал управления реактором». Вот прямо так – зал, не комната, не рубка, а прямо зал. Воображение сразу нарисовало диван, журнальный столик и телевизор во всю стену. Пришлось усилием воли отгонять наваждение и возвращаться в реальность. Реальность встретила очередным кодовым замком. Я решил, что самый умный и решительно набрал тот же код. Система подумала, мигнула красным и даже как-то ехидно оповестила: «Осталась одна попытка. В случае ввода неправильного кода дверь будет заблокирована». Я похолодел.

- Венера, какой тут код? - практически проорал я.

Венера снова мгновенно появилась.

- Пять, четыре, три, два, один, - снова медленно и четко проговорила она кодовую последовательность.

Вот же гады! Я прям спинным мозгом почувствовал, как техники вместе с Максом сейчас смотрят на меня и ржут. Да еще и снова ставки делают, как долго я продержусь, на каком испытании сломаюсь. Я повернулся вокруг себя и погрозил кулаком вверх. Можно было конечно и не крутиться, но грозить кулаком стене – это уже попахивает шизой.

Я вернулся к панели замка и начал вводить код. Надо держать себя в руках. На последней цифре я немножко поторопился и палец в перчатке скафандра зацепил соседнюю кнопку. Я замер с прижатым к кнопке пальцем. По спине пробежал предательский холодок. Я даже почувствовал, как по руке пробежали мурашки и все волоски на ней встали дыбом.

Система думала вечность. Потом все же смилостивилась и зажгла зеленый огонек. Двери зашипели и медленно открылись. Похоже у меня от перенапряжения уже глюки. Какое шипение в вакууме? Но мозг похоже считал иначе и в ушах явственно было слышно шипение все время пока створки дверей разъезжались. Интересно сколько реального времени я уже нахожусь в капсуле?

На подгибающихся ногах я ввалился в зал управления реактором. Как-то по телевизору видел зал управления атомной станцией. Тут все было оформлено похоже. Возник вопрос зачем? Потом понял, что я уже много слышал про долгий сон колонистов длиной весь полет. А как будет в это время работать команда? Надо Венеру спросить.

- Венера, а как планируется работа экипажа во время полета? – задал я ей вопрос.

- Вахтами длиной месяц по земному времени на первом и последнем этапе полета, - ответила она, - остальное время они проведут, как и колонисты, в состоянии криосна. Выход возможен только в чрезвычайных обстоятельствах. Основное время полета кораблем будет управлять искусственный интеллект.

- Типа тебя? – спросил я.

- Можно сказать мой старший брат, - снова пошутила она.

- Значит, чисто теоретически, экипаж сможет высадить колонистов и вернуться домой? – задал я новый вопрос.

- Чисто теоретически да, чисто практически нет, - ответила она, - по плану миссии звездолет должен по прибытии на орбиту планеты Тигарден b, войти в плотные слои атмосферы и приводниться. В дальнейшем планируется использовать конструкции корабля для нужд будущего поселения.

- Да, про конструкцию корабля я что-то не подумал, - честно признался я, - вообще напрашивающееся решение – использовать такой объем готовых конструкций в мирных целях.

Пока общался несколько пришел в себя. И уже более внимательно осмотрелся. Зал явно был приспособлен для работы в скафандрах – широкие проходы между отдельными рабочими местами. Ладно, отдохнули и хватит.

- Командуй Венера, - сказал я помощнице.

- Подойдите сюда, - она переместилась к одному из рабочих мест. Я подошел к ней.

- Это рабочее место оператора активной зоны, - продолжила объяснять Венера, - сейчас Вам нужно выполнить последовательность действий по остановке ядерного реактора.

- А потом мы сможем его запустить? – уточнил я, - я в том смысле – это вообще предусмотрено конструкцией?

- Да, реакторы данного типа позволяют при необходимости их полностью останавливать, а потом снова запускать, - ответила она, - при выходе звездолета на орбиту планеты в конце миссии реактор должен быть заглушен, чтобы не допустить радиоактивного заражения поверхности планеты. После приводнения – если целостность реактора не пострадает или его можно будет привести в порядок при относительно небольшом ремонте, планируется с его помощью обеспечивать колонию электроэнергией.

- Да, ладно? – не поверил я, - я понимаю в космосе не нужен контур охлаждения, прям как в автомобилях с двигателем внутреннего сгорания на матушке Земле, а как планируется охлаждать реактор на планете?

- Этот вопрос вне моей компетенции, - ответила Венера.

- Ну вне так вне, - согласился я, - чего мне тут делать?

- Для начала ввести код доступа, - сказала Венера.

- Дай угадаю! Пять единиц! – предположил я.

- Не угадали, пять девяток, - ответила она.

Я ввел код. На экране загорелись варианты действий.

- Нажмите цифру три, - скомандовала Венера. Я нажал.

- Теперь ожидаем завершения процедуры выгрузки топлива, - объяснила Венера. Я попытался скрестить пальцы на удачу. Мне вот только сейчас не хватало, чтобы в процессе произошел какой-то сбой и топливные сборки пришлось вручную доставать.

На экране рабочего места начали появляться оповещения о пройденных этапах. Я снова обратился к Венере.