Под крылом звездолёта (СИ) - Сухоруков Андрей

Пока перебирался подумал, что можно компьютер этим вопросом не донимать. По идее тягой реактора можно и из реакторного отсека управлять. Это конечно очень неудобно, но должна же быть программа аварийной посадки при проблемах в рубке управления. Так что даже если звездолет разорвет по этому месиву, то колонисты и реактор останутся на одной стороне от разрыва и вполне могут долететь до конечной точки маршрута.

В процессе перебирания мне показалось, что центральная балка не пострадала, возможно корабль и уцелеет. Тут мне в голову пришла одна мысль. Надо ее кое с кем обсудить.

- Венера, а роботы ремонтники из реактора — вот тут в этом месте порядок навести могут? – спросил я Венеру.

- Чисто теоретически, наверное, да, - уклончиво начала она, - только у них нет прописанной программы для таких случаев. Ремонт реактора они проводят с закрытыми глазами, а для корпуса у них схем нет.

- Печаль и новые вызовы для местных робототехников, - усмехнулся я, - хотя если я правильно помню для основного корабля планировался какой-то универсальный робот?

- Да протопит антропоморфного робота сейчас проходит финальные испытания, - подтвердила Венера.

- А чем жуки не угодили? – спросил я.

- У них отсутствует конечности с аналогом человеческой кисти, - пояснила она.

- На фига? – удивился я.

- Есть ряд задач, где без нее не обойтись, - ответила Венера.

- Ну нет, так нет. Мое дело предложить, - сказал я, - вроде пришли.

Вход в центральный отсек напомнил мне разрушенное убежище из старой компьютерной игры «Фоллаут». Створки дверей были выдраны из металлических конструкций. Одна лежала на полу, вторая перегораживала проход. Частично. Даже в скафандре я вполне мог проползти. Фигурально. Прополз.

В центральном отсеке картина до боли напоминала уже виденную. Тоже крошево и месиво. Только к металлическим обломкам добавились стекло и пластик. Звездолет сейчас находился на этапе свободного полета. Я сужу по невесомости, поэтому осколки просто висели повсюду в пространстве отсека.

- Что мне тут искать? – задал я вопрос Венере. Она на секунду пропала, потом появилась. Сокрушенно махнула рукой.

- Уже ничего, - глухо ответила она, - тут как Мамай прошел.

- Какие интересные выражения ты знаешь, - удивился я.

- В какой-то книге было, по-моему, для ситуации подходит, - сказала она, - нужно пробраться в носовой пост.

Медленно шагая сквозь тучи мусора, я преодолел центральный пост. Один раз чуть не напоролся на острый обломок какого-то штыря. Другой раз неудачно отодвинул какой-то обломок и началась цепная реакция. Он в свою очередь зацепил другой кусок чего-то, тот стукнул третий и понеслось. В результате мне пришлось уворачиваться от летящего со всех сторон мусора. Пару раз ощутимо приложило, но обошлось. Я и скафандр остались целы.

Путь до носового поста прошел как-то даже буднично. Что-то составители сценария оплошали всего два места с крошевом и месивом. Наверное, метеоритов пожалели.

В носовом посту все было целым. Не знаю может ли так быть в обычной жизни, чтобы часть космического корабля в решето, а часть в идеальном состоянии. Только пылинки сдуть. Хотя общая длина этой махины почти двадцать километров. Все равно как-то не вяжется. Двадцать километров это для Земли много, а ширина метеоритного потока может несколько десятков миллионов километров быть.

Ладно оставим это на совести сценаристов. На посту оказалось есть воздух и тепло. Я с удовольствием вылез из скафандра. Еще тут нашелся агрегат питания. Я достал себе пару тюбиков с едой и тюбик с соком. Всегда хотел попробовать настоящую еду для космонавтов. Пусть и виртуальную. Надо будет Макса напрячь, может достанет пару тюбиков.

Со всей добычей уселся в кресло. Вряд ли кресло пилота, скорее кресло начальника поста. Засунул тюбик с соком за пояс. Сжал в кулаках два других тюбика и начал изображать как в детстве будто я лечу на космическом корабле.

- М-м-м, Пиу-пиу, Вж-ж-ж-ж, - упоенно издавал разные звуки я.

- Василий, с тобой все хорошо? – передо мной появилось озабоченное лицо Венеры.

- Все просто замечательно, я грозный Люк Скайуокер и я уничтожу «Звезду смерти» и спасу Галактику, - в ответ на ее вопрос проорал я.

- Показатели вроде в норме, - проговорила она, - да что происходит то?

- Вот какая-же ты занудная Венера, - выдохнул я, - все удовольствие от игры обломала. Когда еще мне звездолетом удастся порулить, хоть и понарошку?

- Какие же вы мужчины все-таки мальчишки, - сказала она и отвернулась.

- Ладно не дуйся, чего мне тут сделать надо? – сказал я ей.

Глава 7. Служба спасения

- Не так уж и мало, не так уж и много, - философски сказала Венера.

- Ты меня пугаешь, - сказал я ей.

- Не боись, паря, прорвемся, - выдала она.

- Венера, прекращать общаться цитатами из литературных произведений, - попросил я.

- Хорошо, - сказала она, - справа от тебя находится пульт управления. По центру большая кнопка включения главного экрана. Нажимай.

Я аккуратно вдавил кнопку. Пульт слегка затрещал. На Земле этого пластика завались, а тут пары миллиметров толщины пожалели. Вот жадины. По центру загорелся главный экран. На нем в столбик горели пункты меню.

- На подлокотнике джойстик, - подсказала Венера, - выбери пункт меню «Диагностика систем».

Я послушно навел указатель в виде стилизованной кометы, программисты похоже такие же шутники, как и инженеры, на указанный пункт меню. Изображение на экране сменилось на чертеж звездолета. С первого взгляда показалось, что он весь горит красным. Показалось.

- Теперь нажми на пункт «Критические повреждения», - раздался голос Венеры.

Нажал, по экрану побежал список систем. Многовато. На один экран он не уместился. Пришлось возиться с настройками. Наконец смог разместить весь список на одном экране.

- Как тут отсортировать по степени важности? – спросил я Венеру.

- Наведи на любой элемент списка и нажми правую кнопку, - начала объяснять Венера, - выбери пункт «Сортировка», потом внутри нового меню «Сортировка по важности»

- Смешно, - сказал я, - это же надо было так команду обозвать.

Выбрал пункт меню. Список перемешался. Теперь в его начали были системы, от которых зависело выполнение миссии.

- Венера, а ты же можешь подключиться к системе? – спросил я.

- Могу, - ответила она.

- Так чего тогда я тут с этим джойстиком мучаюсь? – резко спросил я.

- Систему тестируем, - просто ответила она.

- Считай оттестировали, - сказал я, - удобство на нуле, в экстренных случаях дает значительную потерю времени на выбор действий для решения проблемы.

- Зафиксировала, - отрапортовала она, - будут ли конструктивные предложения?

- Нет, - отрезал я, - для этого инженеры есть и им за это зарплату платят.

- А как же «Дилетанты построили ковчег, а профессионалы «Титаник»? – подколола меня она.

- Есть другая замечательная пословица «Всяк сверчок, знай свой шесток», - парировал я, - к тому же в твоем примере явный обман.

- В чем же? – удивилась Венера.

- Ковчег разработал Бог, а «Титаник» - человек, - пояснил я, - дело было не в качестве постройки, а в инженерных просчетах. Ну и плюс еще куче разных причин если верить теориям заговора.

- Интересно, - проворковала она, - расскажешь?

- Не отвлекайся, - сказал я ей, - убери из списка системы, которые не влияют на выполнение миссии или влияют не критично.

Список резко уменьшился. Уже легче.

- Так теперь разбей го на две части, - продолжил давать я указания, - в одной ремонт которых возможен имеющимися средствами на борту, в другой – соответственно не возможен.

Список разделился на две колонки.

- Запускай ремонт того, что можем отремонтировать и выведи к каждому элементу списка сроки ремонта, - попросил я.

- Ну а теперь самое интересное, - вслух подумал я, - рассчитай вероятность успешного завершения миссии, при условии, что мы отремонтировали все что можно.