Авантюрист - Марина Дяченко

Староста поначалу перепугался — думал, бедняга, что я хочу скачать с него денег. Слово «подати» с некоторых пор резало мне слух, а потому я с милой улыбкой замял неприятный для обоих разговор. Староста развеселился, но тут же и притих, узнав, какие именно сведения меня интересуют. Почесал в круглой башке, потёр лысую бровь, сказал с сомнением:

— Вы, господин Ретанаар, этого… Что магов в последние годы расплодилось — это правда, что тех крыс… При каждой деревеньке, куда ни сунься, теперь колдун сидит… Много и обманщиков, но есть и справные — хутор, если помните, ниже по речке, год назад наводнением смыло, среди сухого лета вдруг гроза, смыло подчистую, и я знаю, чьих рук дело, да только связываться с ним… Раньше болтали — перевелись, мол, маги, скучно стало и тяжко — так на вам, теперь весело, век бы такого веселья не видывать, сынишка мой сдуру повздорил с ЭТИМ — так назавтра молния средь двора как лупанет! Дырку прожгло, курицу убило, я быстренько подарки на телегу — и во двор ему, заразе, чтоб ему пусто было, а он щерится, лыбится, подарки принимает, ничего, мол, помни мою доброту, что только курицу поджарило тебе…

— ОН — это который? — небрежно поинтересовался я.

Староста поморщился:

— Имя его, батюшка, язык колет, горькое имечко… Я тебе на дощечке нацарапаю. Грамоте, по счастью, учён…

Я удивился таким предосторожностям; староста послал чумазого мальчишку за грифельной доской, долго трудился, помогая себе языком, и наконец продемонстрировал мне жуткими каракулями выведенное имя: «Черно Да Скоро».

— Правильно написал-то? — с сомнением поинтересовался я. — Уж больно имя какое-то…

— Так маг же, — пожал плечами староста. Видимо, это обстоятельство могло оправдать в его глазах любую странность — от непривычно звучащего имени до третьего уха на затылке.

— А живёт где?

Староста не счёл нужным скрывать гримасу отвращения.

На околице меня догнала старуха; я узнал её. Сколько себя помню, а она всё была старухой, неизменной, в тёмно-красном платке, с вислыми сиреневыми щеками и чёрными усиками над верхней губой. Жила знахарством, травами, мелким колдовством и сомнительными услугами по женской части.

— Гос… подин… Ежели к Чёрному пойдёте, то не ходите ради Неба, тварь, он, простите, скотина распоследняя, потом не поймёте, откуда беда… Ежели приворотное зелье — это и я могу, если кого-то со свету сжить… ну, труднее, но помогу тоже, а к Чёрному не ходите, у него не то что совести — подсовестка мелкого нету…

Старуха казалась по-настоящему встревоженной; на душе у меня царапнула непрошеная кошачья лапа, в то время как подбородок, гордый подбородок наследного Рекотарса сам собой задрался кверху. Старуха осеклась:

— Не хотела обидеть-то, господин… Не хотела…

Присела в неуклюжем подобии поклона, повернулась и затрусила прочь.

Дом был новёхонький. Были в нём роскошь и щёгольство, показное богатство и несомненный вкус, но отпечатка давних и славных времён, того особенного шарма, который самую захудалую развалюху способен превратить в Родовой Замок, — ничего этого не было и в помине. К благородной древности жилище господина Черно Да Скоро не имело никакого отношения: всего пару лет назад он изгнал из окрестностей соперника, колдуна помельче, и угнездился на холме со всем своим колдовским хозяйством.

Подниматься пришлось долго. Надо полагать, длинная и неудобная дорога вверх проложена исключительно для гостей — сам господин Черно не иначе как на помеле летает…

Перед воротами я остановился, но не из робости, а чтобы предаться ностальгии: вот так, согласно семейной легенде, на высоком холме стоял дом моего предка, Великого Мага Дамира, который был суров, но никого безвинно не обижал, знался с Прорицателями и самого Ларта Легиара, победителя Мора, держал одно время на побегушках…

Тем временем моё присутствие не осталось незамеченным. Чёрная ворона, бесстрашно сидевшая на воротах, покосилась на меня блестящим глазом и гаркнула, широко разевая клюв:

— Кто?!

Есть у меня недостаток — когда на меня орут, я сам начинаю орать в ответ.

— Кто?! — повторила ворона на повышенных тонах.

— Корова в манто! — рявкнул я, и ворона взмахнула крыльями, пытаясь удержать потерянное равновесие.

Некоторое время было тихо; ворона глядела в сторону, делая вид, что совсем меня не замечает. Потом скрипнули ворота; в образовавшейся щели показалась сперва рука с узкими ногтями на длинных пальцах, а потом и хозяин дома собственной персоной — а в том, что передо мной сам господин маг, сомневаться не приходилось, достаточно было один раз поймать взгляд цепких, раскосых, малость сумасшедших глаз.

В первую секунду мне показалось, что господин волшебник лыс, — голова его, голая, как яйцо, радостно ловила солнечные блики.

— Господин Черно Да Скоро? — осведомился я с церемонным поклоном.

Господин маг удивлённо поднял бровь. Некоторое время мы смотрели друг на друга; хозяин высокого дома был немногим старше меня. Не годы проели плешь у него на макушке — продолговатый череп господина мага выскоблила до блеска острая бритва брадобрея.

— Чего? — переспросил наконец господин маг.

— Я хотел видеть господина Черно Да Скоро, — повторил я внятно и терпеливо. — Мне указали на ваш дом.

Длинное лицо моего собеседника сморщилось, будто он собирался расхохотаться. Зрачки раскосых глаз сошлись на переносице.

— Чонотакс Оро моё имя… Что касается чёрных, скорых и прочих эпитетов — не соблаговолите ли поцеловать в задницу вашего информатора?

Очень не люблю чувствовать себя дураком; именно это неприятное ощущение заставило меня закрыть глаза на грубость господина мага.

— Прошу прощения, — сказал я с самой милой улыбкой, на которую был способен. — Примите мои приветствия, любезный господин Чонотакс. С вами говорит правнук Великого Мага Дамира — возможно, вы слышали, что в замке у озера владычествует сейчас некий Ретанаар Рекотарс…

У него был совершенно непроницаемый взгляд. Как у лягушки. Он не снизошёл не то что до поклона — даже до небрежного кивка. Как будто я сообщил ему, что пасу стадо овец на ближайшем лугу.

Я подавил раздражение. Разобидеться и уйти было проще всего, но вряд ли господин маг что-то от этого потеряет. Бритоголовому субъекту ничего от меня не надо, а вот у меня есть надобность, и значительная, я не красна девица, чтобы отказываться от обеда только потому, что рожа повара мне не по нраву…

— У меня дело к господину магу, — сказал я, твёрдо глядя в ничего не выражающие глаза. — Незамедлительное.