Стихи и проза - Денис Давыдов

1826

Полусолдат

Нет, братцы, нет: полусолдатТот, у кого есть печь с лежанкой,Жена, полдюжины ребят,Да щи, да чарка с запеканкой!

Вы видели: я не боюсьНи пуль, ни дротика куртинца;Лечу стремглав, не дуя в ус,На нож и шашку кабардинца.

Всё так! Но прекратился бой,Холмы усыпались огнями, И хохот обуял толпой,И клики вторятся горами,

И всё кипит, и всё гремит;А я, меж вами одинокой,Немою грустию убит,Душой и мыслию далеко.

Я не внимаю стуку чашИ спорам вкруг солдатской каши;Улыбки нет на хохот ваш;Нет взгляда на проказы ваши!

Таков ли был я в век златойНа буйной Висле, на Балкане,На Эльбе, на войне родной,На льдах Торнео, на Севкане?

Бывало, слово: друг, явись!И уж Денис с коня слезает;Лишь чашей стукнут — и ДенисКак тут — и чашу осушает.

На скачку, на борьбу готов,И чтимый выродком глупцами,Он, расточитель острых слов,Им хлещет прозой и стихами.

Иль в карты бьется до утра,Раскинувшись на горской бурке;Или вкруг светлого костраТанцует с девками мазурки.

Нет, братцы, нет: полусолдатТот, у кого есть печь с лежанкой,Жена, полдюжины ребят,Да щи, да чарка с запеканкой!

Так говорил наездник наш,Оторванный судьбы веленьемОт крова мирного — в шалаш,На сечи, к пламенным сраженьям.

Аракс шумит, Аракс шумит,Араксу вторит ключ нагорный,И Алагёз[5], нахмурясь, спит,И тонет в влаге дол узорный;

И веет с пурпурных садовЗефир восточным ароматом,И сквозь сребристых облаковЛуна плывет над Араратом.

Но воин наш не упоенНочною роскошью полуденного края…С Кавказа глаз не сводит он,Где подпирает небосклонКазбека[6] груда снеговая…

На нем знакомый вихрь, на нем громады льда,И над челом его, в тумане мутном,Как Русь святая, недоступном,Горит родимая звезда{8}.

1826

На смерть NN{9}

Гонители, он — ваш! Вам плески и хвала!Терзайте клеветой его дела земные,Но не сорвать венка вам с славного чела,Но не стереть с груди вам раны боевые!

1827

При виде Москвы, возвращаясь с персидской войны

О юности моей гостеприимный кров!О колыбель надежд и грез честолюбивых!О, кто, кто из твоих сыновЗрел без восторгов горделивыхКрасу реки твоей, волшебных берегов,Твоих палат, твоих садов,Твоих холмов красноречивых!

1827

Зайцевскому, поэту-моряку

Счастливый Зайцевский, Поэт и Герой!Позволь хлебопашцу-гусаруПожать тебе руку солдатской рукойИ в честь тебе высушить чару.О, сколько ты славы готовишь России,Дитя удалое свободной стихии!

Лавр первый из длани камены младойТы взял на парнасских вершинах;Ты, собственной кровью омытый, другойСорвал на гремящих твердынях;И к третьему, с лаской вдали колыхая,Тебя призывает пучина морская.

Мужайся! — Казарский, живой Леонид,Ждет друга на новый пир славы…О, будьте вы оба Отечества щит,Перун вековечной Державы!И гимны победы с ладей окриленныхПусть искрами брызнут от струн вдохновенных!

Давно ль под мечами, в пылу батарей,И я попирал дол кровавый,И я в сонме храбрых, у шумных огней,Наш стан оглашал песнью славы?..Давно ль… Но забвеньем судьба меня губит,И лира немеет, и сабля не рубит.

1828

Бородинское поле

Умолкшие холмы, дол некогда кровавый,Отдайте мне ваш день, день вековечной славы,И шум оружия, и сечи, и борьбу!Мой меч из рук моих упал. Мою судьбуПопрали сильные. Счастливцы горделивыНевольным пахарем влекут меня на нивы…О, ринь меня на бой, ты, опытный в боях,Ты, голосом своим рождающий в полкахПогибели врагов предчувственные клики,Вождь Гомерический, Багратион великий!Простри мне длань свою, Раевский, мой герой!Ермолов! я лечу — веди меня, я твой:О, обреченный быть побед любимым сыном,Покрой меня, покрой твоих перунов дымом!

Но где вы?.. Слушаю… Нет отзыва! С полейУмчался брани дым, не слышен стук мечей,И я, питомец ваш, склонясь главой у плуга,Завидую костям соратника иль друга.

1829

Голодный пес{10}

Ох, как храбритсяНемецкий фон,Как горячитсяНаш херр-барон.Ну, вот и драка,Вот лавров воз!Хватай, собака,Голодный пес.

Кипят и рдеютНа бой полки;Знамена веют,Горят штыки,И забиякаПалаш вознес!Хватай, собака,Голодный нес.

АдрианопольБез битв у ног,КонстантинонольВ чаду тревог.Что ж ты, зевака,Повесил нос?Хватай, собака,Голодный пес.

Лях из ВаршавыНам кажет шиш,Что ж ты, шаршавый,Под лавкой спишь?Задай, лаяка,Варшаве чёс!Хватай, собака,Голодный пес.

«Всё это жжется…И брать привык,Что так дается…Царьград велик.Боюсь я ляха!..»А ты не бось!Хватай, собака.Российский пес.

Так вот кресчендыЗвезд, лент, крестов.Две-три аренды,Пять-шесть чинов;На шнапс, гуляка,Вот денег воз!Схватил собака.Голодный пес.

1832

Гусарская исповедь

Я каюсь! я гусар давно, всегда гусар,И с проседью усов — всё раб младой привычки.Люблю разгульный шум, умов, речей пожарИ громогласные шампанского оттычки.От юности моей враг чопорных утех —Мне душно на пирах без воли и распашки.Давай мне хор цыган! Давай мне спор и смех,И дым столбом от трубочной затяжки!

Бегу век сборища, где жизнь в одних ногах,Где благосклонности передаются весом,Где откровенность в кандалах,Где тело и душа под прессом;Где спесь да подлости, вельможа да холоп,Где заслоняют нам вихрь танца эполеты,Где под подушками потеет столько…Где столько пуз затянуто в корсеты!

Но не скажу, чтобы в безумный деньНе погрешил и я, не посетил круг модный;Чтоб не искал присесть под благодатну теньРассказчицы и сплетницы дородной;Чтоб схватки с остряком бонтонным убегал,Или сквозь локоны ланиты воспаленнойЯ б шепотом любовь не напевалКрасавице, мазуркой утомленной.

Но то — набег, наскок; я миг ему даю,И торжествуют вновь любимые привычки!И я спешу в мою гусарскую семью,Где хлопают еще шампанского оттычки.Долой, долой крючки, от глотки до пупа!Где трубки?.. Вейся, дым, на удалом раздолье!Роскошествуй, веселая толпа,В живом и братском своеволье!

1832

NN{11}

Вошла — как Психея, томна и стыдлива.Как юная пери, стройна и красива…И шепот восторга бежит по устам,И крестятся ведьмы, и тошно чертям!

1833

Вальс

Ев. Д. 3<олотаре>вой

Кипит поток в дубраве шумнойИ мчится скачущей волной,И катит в ярости безумнойПесок и камень вековой.Но, покорен красой невольно,Колышет ласково потокСлетевший с берега на волныВесенний, розовый листок.Так бурей вальса не сокрыта,Так от толпы отличена,Летит, воздушна и стройна,Моя любовь, моя харита,Виновница тоски моей,Моих мечтаний, вдохновений,И поэтических волнений,И поэтических страстей!

1834