Стихи и проза - Денис Давыдов

1804

Бурцову

В дымном поле, на бивакеУ пылающих огней,В благодетельном аракеЗрю спасителя людей.Собирайся вкруговую,Православный весь причёт!Подавай лохань златую,Где веселие живет!Наливай обширны чашиВ шуме радостных речей,Как пивали предки нашиСреди копий и мечей.Бурцов, ты — гусар гусаров!Ты на ухарском конеЖесточайший из угаровИ наездник на войне!Стукнем чашу с чашей дружноНынче пить еще досужно;Завтра трубы затрубят,Завтра громы загремят.Выпьем же и поклянемся,Что проклятью предаемся,Если мы когда-нибудьШаг уступим, побледнеем,Пожалеем нашу грудьИ в несчастьи оробеем;Если мы когда дадимЛевый бок на фланкировке,Или лошадь осадим,Или миленькой плутовкеДаром сердце подарим!Пусть не сабельным ударомПресечется жизнь моя!Пусть я буду генералом,Каких много видел я!Пусть среди кровавых бо́евБуду бледен, боязлив,А в собрании героевОстр, отважен, говорлив!Пусть мой ус, краса природы,Черно-бурый, в завитках,Иссечется в юны годыИ исчезнет, яко прах!Пусть фортуна для досады,К умножению всех бед.Даст мне чин за вахтпарадыИ георгья за совет!Пусть… Но чу! гулять не время!К ко́ням, брат, и ногу в стремя,Саблю вон — и в сечу! ВотПир иной нам бог дает,Пир задорней, удалее,И шумней, и веселее…Ну-тка, кивер набекрень,И — ура! Счастливый день!

1804

«Поведай подвиги усатого героя…»{3}

Поведай подвиги усатого героя,О муза, расскажи, как Кульнев воевал,Как он среди снегов в рубашке кочевалИ в финском колпаке являлся среди боя.Пускай услышит светПричуды Кульнева и гром его побед.

Румяный Левенгёльм на бой приготовлялсяИ, завязав жабо, прическу поправлял,Ниландский полк его на клячах выезжал,За ним и корпус весь Клингспора пресмыкался;О храбрые враги, куда стремитесь вы?Отвага, говорят, ничто без головы.

Наш Кульнев до зари, как сокол, встрепенулся;Он воинов своих ко славе торопил:«Вставайте, — говорит, — вставайте, я проснулся!С охотниками в бой! Бог храбрости и сил!По чарке да на конь, без холи и затеев;Чем ближе, тем видней, тем легче бить злодеев!»[4]

Всё вмиг воспрянуло, всё двинулось вперед…О муза, расскажи торжественный поход!……………………………………………………………..

1808

Графу П. А. Строганову

За чекмень, подаренный им мне во время войны 1810 года в Турции

Блаженной памяти мой предок Чингисхан,Грабитель, озорник, с аршинными усами,На ухарском коне, как вихрь перед громами,В блестящем панцире влетал во вражий станИ мощно рассекал татарскою рукоюВсё, что противилось могущему герою.Почтенный пращур мой, такой же грубиян,Как дедушка его, нахальный Чингисхан,В чекмене легоньком, среди мечей разящих,Ордами управлял в полях, войной гремящих.Я тем же пламенем, как Чингисхан, горю;Как пращур мой Батый, готов на бранну прю.Но мне ль, любезный граф, в французском одеяньеЯвиться в авангард, как франту на гулянье,Завязывать жабо, прическу поправлятьИ усачам себя Линдором показать!Потомка бедного ты пожалей БатыяИ за чекмень прими его стихи дурные!

1810

В альбом

На вьюке, в тороках, цевницу я таскаю,Она и под локтем, она под головой;Меж конских ног позабываю,В пыли, на влаге дождевой…Так мне ли ударять в разлаженные струныИ петь любовь, луну, кусты душистых роз?Пусть загремят войны перуны,Я в этой песне виртуоз!

1811

Эпиграмма

Остра твоя, конечно, шутка,Но мне прискорбно видеть в нейНе счастье твоего рассудка,А счастье памяти твоей.

Между 1805 и 1814 годами

Песня

Я люблю кровавый бой,Я рожден для службы царской!Сабля, водка, конь гусарской,С вами век мне золотой!Я люблю кровавый бой,Я рожден для службы царской!

За тебя на черта рад,Наша матушка Россия!Пусть французишки гнилыеК нам пожалуют назад!За тебя на черта рад,Наша матушка Россия!

Станем, братцы, вечно житьВкруг огней, под шалашами,Днем — рубиться молодцами,Вечерком — горелку пить!Станем, братцы, вечно житьВкруг огней, под шалашами!

О, как страшно смерть встречатьНа постеле господином,Ждать конца под балдахиномИ всечасно умирать!О, как страшно смерть встречатьНа постеле господином!

То ли дело средь мечей:Там о славе лишь мечтаешь,Смерти в когти попадаешь,И не думая о ней!То ли дело средь мечей:Там о славе лишь мечтаешь!

Я люблю кровавый бой,Я рожден для службы царской!Сабля, водка, конь гусарской,С вами век мне золотой!Я люблю кровавый бой,Я рожден для службы царской!

1815

Элегия IV

В ужасах войны кровавойЯ опасности искал,Я горел бессмертной славой,Разрушением дышал;И в безумстве упоенныйЧадом славы бранных дел,Посреди грозы военнойСчастие найти хотел!..Но, судьбой гонимый вечно,Счастья нет! подумал я…Друг мой милый, друг сердечныйЯ тогда не знал тебя!Ах, пускай герой стремитсяЗа блистательной мечтойИ через кровавый бойСвежим лавром осенится…О мой милый друг! с тобойНе хочу высоких званий,И мечты завоеванийНе тревожат мой покой!Но коль враг ожесточенныйНам дерзнет противустать,Первый долг мой, долг священныВновь за родину восстать;Друг твой в поле появи́тся,Еще саблею блеснет,Или в лаврах возвратится,Иль на лаврах мертв падет!..Полумертвый, не престануБиться с храбрыми в ряду,В память Лизу приведу…Встрепенусь, забуду рану,За тебя еще восстануИ другую смерть найду!

1816

Элегия VII

Нет! полно пробегать с улыбкою любвиПерстами легкими цевницу золотую;Пускай другой поет и радости свои,И жизни сча́стливой подругу дорогую…Я одинок — как цвет степей.Когда, колеблемый грозой освирепелой,Он клонится к земле главой осиротелойИ блекнет средь цветущих дней!О боги, мне ль сносить измену надлежало!Как я любил! — В те красные лета,Когда к рассеянью всё сердце увлекало,Везде одна мечта,Одно желание меня одушевляло,Всё чувство бытия лишь ей принадлежало!О Лиза! сколько раз на Марсовых полях,Среди грозы боев я, презирая страх,С воспламененною душоюТебя, как бога, призывалИ в пыл сраженья мчалКрылатые полки железною стеною!..Кто понуждал меня, скажи,От жизни радостной на жадну смерть стремиться?Одно, одно мечтание души,Что славы луч моей на милой отразится,Что, может быть, венок, приобретенный мной В боях мечом нетерпеливым,Покроет лавром горделивымЧело стыдливое подруги молодой!Не я ли, вдохновен, касался струн согласныхИ пел прекрасную!.. Еще Москва полнаМоих, в стихах, восторгов страстных;И если ты еще толпой окруженаСоперниц, завистью смущенных,И милых юношей, любовью упоенных, —Неблагодарная! не мне ль одолженаТы торжеством своим?.. Пусть пламень пожирает,Пусть шумная волна навеки поглощаетСтихи, которыми я Лизу прославлял!..Но нет! Изменницу весь мир давно узнал,—Бессмертие ее уделом остается:Забудут, что покой я ею потерялИ до конца веков, средь плесков и похвал,Неверной имя пронесется!

А я? — Мой жребий: пасть в бояхМечом победы пораженным;И, может быть, врагом влеченным на полях,Чертить кремнистый путь челом окровавленным…Так! Я паду в стране чужой,Далёко родины, изгнанником невинным:Никто не окропит холодный труп слезой…И разбросает ветр мой прах с песком пустынным!

1817