Законник Российской Империи. Том 3 - Оливер Ло

Я тяжело выдохнул, покачав головой. Иногда мне казалось, что легче научить камень танцевать, чем заставить дядю Эдварда улыбнуться. Ему проще, когда стоит конкретная задача, чем вот это все. А ведь он в моем детстве притворялся торговцем — понятное дело, что это была довольно кривая маскировка с его-то поведением.

— Ладно, — сказал я, переходя к делу. — Почему вы решили со мной поговорить? Просто так вы бы не стали показываться.

Лицо Эдварда стало еще более серьезным, если это вообще было возможно.

— Будь осторожен, Максим, — произнес он. — Смотри в оба. В столице может быть небезопасно.

— Дядя Эдвард, разумеется, столица — опасное место, — усмехнулся я. — Но пока вроде справляюсь.

— Дело не в столичных людях, — покачал головой Эдвард. — Я бы не стал предупреждать, если бы знал, что ты справишься.

Его слова заставили меня насторожиться. Если уж дядя Эдвард считает, что мне грозит опасность, значит, дело действительно серьезное. Все же он меня тренировал и прекрасно знал мои возможности.

— Остерегайся человека по имени Артур, — продолжил он. — Ты видел его на поэтическом вечере.

В моих ушах тут же эхом отразилось «Замени», я вспомнил того человека, которого я принял за политического агитатора, черт, так и знал, что он рыба покрупнее!

— Кто он такой? — спросил я, пытаясь не выдать охватившее грудь волнение.

— Пока не могу сказать, — покачал головой мой учитель. — Всему свое время. Но по возможности избегай с ним встреч. А если вдруг увидишь, ни за что не сражайся и беги.

Я удивленно посмотрел на дядю. Чтобы он советовал бежать? Это было что-то новенькое.

— Неужели он маг десятого ранга? — предположил я.

— Сила этого человека не вписывается в имперскую ранговую систему магии, — ответил Эдвард. — Она намного выше.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Кто же этот Артур, если даже дядя Эдвард говорит о нем с такой осторожностью?

— По возможности я буду рядом, — продолжил Эдвард. — Но если случится, что меня не будет, а он нападет, ты должен суметь сбежать. Поэтому вот, внимательно изучи это.

Он протянул мне несколько листов бумаги. Я сразу узнал их качество и цвет — они были вырваны из книги, которую мне оставила мать.

— Это заклинания, которые ты должен был получить на свой двадцать второй день рождения, — пояснил Эдвард. — Они сложные и опасные, это было желание Госпожи. Но время не терпит, поэтому я отдаю их сейчас.

Я кивнул, бережно принимая листы и пряча их во внутренний карман. Эдвард уже собирался уходить, но я остановил его.

— Дядя Эдвард, — начал я, чувствуя, как сердце бьется чаще. — Кем на самом деле была моя мама?

Эдвард замер на мгновение, словно взвешивая, что можно сказать.

— Ты не готов узнать всю правду, — наконец произнес он. — Единственное, что я могу сказать — ее фамилию. У Госпожи Марии была фамилия Леонхарт.

И с этими словами он исчез, оставив меня одного в темном переулке с тысячей вопросов в голове.

* * *

Вернувшись домой, я так и не смог уснуть, пока наконец утро не вступило в свои права. Мысли кружились вихрем, не давая покоя. Мария Леонхарт. Это немецкая фамилия даже в этом мире. Но как так вышло, что моя мать была немкой? Это казалось странным и неожиданным.

Не в силах больше лежать без дела, я решил пройтись до библиотеки отца. Может быть, там найдется хоть какая-то информация о моей матери или ее семье. Все же они были близки и результатом этой близости стал я.

Выйдя из комнаты, я тихо двинулся по коридору, стараясь не разбудить домочадцев. Но не успел я сделать и нескольких шагов, как столкнулся с Настей. Моя сестра выглядела расстроенной и недовольной, что было совсем на нее не похоже.

— Настенька, что случилось? — спросил я, обеспокоенный ее состоянием.

Вместо ответа она молча схватила меня под руку и потянула за собой. Мы прошли через несколько коридоров, пока не оказались в небольшой теплице, где Настя выращивала свои любимые растения.

— Ох, Максим, — наконец заговорила она, начиная ухаживать за цветами. — Ты не представляешь, как я расстроена.

— Расскажи мне, — мягко попросил я, наблюдая, как она аккуратно обрезает листья экзотического растения.

Настя вздохнула, не отрываясь от своего занятия.

— Понимаешь, я вроде бы и неплохо ощущаю себя в целительстве. Недавно я даже смогла вылечить сложный перелом у одного из наших слуг всего за несколько дней, используя комбинацию целебных трав и магии. Одно укрепляло, другое направляло… Впрочем ты и без меня знаешь зачем все это. Но… — она на мгновение замолчала, собираясь с мыслями. — Я чувствую, что достигла предела. Все доступные книги я уже прочла, а те, что, действительно, интересны и содержат более глубокие знания, находятся под запретом. Если б знала, как мало трудов по Истинному Слову «Жизнь», подалась бы в боевую магию… Бесит!

Я кивнул, понимая ее негодование. Настя всегда была любознательной и стремилась к новым знаниям, но при этом не терпела ограничений.

— Кроме того, — продолжила она, пересаживая один из цветков в новый горшок, — в магии я не так сильна, как хотелось бы. Я знаю только основы, и это меня ужасно расстраивает. А еще… — она вздохнула, — недавно я пыталась попасть на курсы при Императорской Академии Целительства.

— Не взяли? — удивленно вскинул брови я, уже продумывая, как я буду разбираться, ну не верится мне, что Настенька с ее золотой головой чего-то недостойна.

— Да нет же, взяли, но пока там все то, что я знаю, и разжевывают как пятилетним детям. Просто ужас какой-то. Я ожидала от них куда более высокого уровня, но все, что дают, я прочитала несколько лет назад и уже успела отработать не один раз!

Я положил руку ей на плечо, пытаясь утешить.

— Настя, ты невероятно талантлива. Не позволяй временным неудачам сбить тебя с пути. И не забывай, ты можешь быть талантливой и даже гениальной, но это не значит, что следует спешить. Лучше вернуться и разобраться с основами более внимательно, чтобы на этом фундаменте строить свои последующие знания.

Она слабо улыбнулась, продолжая ухаживать за жителями теплицы.

— Знаешь, — сказала сестра, — это меня успокаивает.