Десять правил обмана - Софи Салливан

отец унюхает… это станет предлогом продолжить его пребывание в этом чистилище. Вообще Крис не намеревался оставаться в Сан Верде навсегда. Хоть ему и нравилась погода, все же этот город не был ни в чьем списке достопримечательностей. Но не все так просто. Радиостанция уже куплена. Карьера пока на первом месте. А теперь еще его сильно волнует эта стеснительная женщина, заставлявшая его сердце сжиматься, даже когда она не была рядом.

Крис поборол желание начать расхаживать по офису или, еще хуже, позвонить Эверли. У него еще оставалось около часа перед первой встречей. Он не мог провести его, думая об Эверли, поэтому с головой погрузился в работу.

* * *

Несмотря на то, что Сан-Верде был маленьким городком, у него имелись свои преимущества. Крис хотел бы, чтобы он располагался на побережье, но океан был в часе езды. Цены здесь были намного меньше, чем в больших городах, и в городке были отличные рестораны. Особенно ему понравился карамельный пирог.

Он посмотрел на пассажирское сиденье, все еще не зная, почему он попросил добавку с собой. Конечно, ты знаешь почему – потому что уже едешь в сторону ее дома. Крис чувствовал себя немного виноватым, когда искал ее адрес, но убедил себя, что в день рождения это простительно. Она заслуживала, чтобы кто-то кардинально изменил этот день. Он не мог вынести мысли о том, что весь день Эверли был испорчен. Была ли она расстроена или, и того хуже, в отчаянии из-за Саймона? Не твое дело. У них на станции вообще действовала строгая политика против отношений сотрудников. К тому же это был еще один провал, который отец мог ему приписать.

Припарковавшись через дорогу от здания, он взял десерт и вышел из машины. Может, тебе стоило бы позвонить ей, сказать, что ты придешь? Но я же не с визитом, а просто завезти угощение и лично убедиться, что она в порядке.

Он заколебался после первого же шага. Эверли не похожа на человека, который любит нежданных гостей. Прислонившись к машине, он набрал сообщение:

«Можно заехать поговорить?»

Двое детей рисовали мелом радуги на тротуаре. Он улыбнулся и вспомнил Манхэттен. Там он бы такого не увидел, из-за толп людей, спешащих по своим делам.

Здесь не было многих вещей из жизни большого города, как, например, толпы, которые ему не нравились. Улицы, как эта, усаженные цветущими деревьями и окутанные атмосферой спокойствия, напоминали ему, как хорошо было бы приходить по вечерам домой в похожее место. К сожалению, в таких городках не было больших компаний, специализировавшихся на корпоративных связях.

Его телефон звякнул.

«ОК. Мне стоит переживать?»

«Нет».

Засунув телефон в карман, он перешел дорогу и прошел мимо играющих детей. Крис поднялся на пару ступенек вверх к входной двери.

Набрав на домофоне тройку, он подождал.

– Да? – хрипло прозвучал голос Эверли в микрофон.

– Это Крис, – сказал он после секунды молчания.

– Пайн?

– Нет, – сдержал он улыбку.

– Эванс?

– Снова нет. – Он огляделся, чтобы убедиться, что никто не наблюдает за этим абсурдным разговором.

– Пратт?

– Впустите меня, Эверли.

– О, вы знаете мое имя.

– Конечно, знаю. – Он вздохнул, сдерживаясь, чтобы не начать биться головой о стену.

Домофон посигналил, и он открыл дверь. Дом оказался очаровательным, с широкой лестницей наверх. Его бабушка жила в похожем здании. Крис не видел ее слишком долго, но он всегда обожал ходить туда на ужины. Они были простые и вкусные. Перед смертью его дедушка настаивал на том, чтобы все жильцы собирались вместе дважды в месяц.

Бабушка никогда не позволяла говорить о делах за столом, и хоть у нее было больше денег, чем в банке Сан Верде, она не слишком заботилась о «вещах». Она верила в семью, прощение и тяжелый труд. Большинство из ее ценностных установок перешли к Крису и его братьям. По сестре пока было непонятно. Крис всегда чувствовал близость с бабушкой. Она видела сквозь притворство то, что не разглядели другие, и знала, в отличие от других членов семьи, что он мечтал о такой любви, как у нее с дедушкой.

Отгоняя сентиментальные мысли, он поднялся по лестнице и повернул направо. Дверь Эверли открылась до того, как он успел постучать.

– Что вы здесь делаете?

На ней были розовые треники и простая белая футболка, а ее длинные каштановые волосы были собраны в высокий хвост. Она, как обычно, была не накрашена, но даже без макияжа ее кожа выглядела безупречной. Она осторожно посмотрела на него своими голубыми глазами. Ее взгляды были чрезвычайно выразительными. Он сразу мог понять, нервничала она или же радовалась. Может, это знак, что ты уделяешь этому слишком много внимания? Что нужно, чтобы заставить ее ослабить защиту и открыться?

Он жаждал заключить ее в объятия, но Крис не был уверен, что она это потерпит и что это будет уместно. Поэтому он просто протянул ей коричневый бумажный пакет.

– Что это? – Эверли сделала шаг назад, сузив глаза.

– Десерт, – улыбнулся он, его развеселила ее подозрительность в такой обыденной ситуации.

– Я не люблю праздничные торты, – поморщилась она, резко взглянув на него. Потом повернулась и скрылась в квартире.

– Я слышал. Но это не торт. – Он прошел за ней, закрыв за собой дверь. Он еще не бывал в ее квартире, потому что на визит никогда не было причины. Да и сейчас ее вроде нет. Тебе стоило просто позвонить.

Он огляделся по сторонам. Бирюзовые подушки на сером диване, бледно-розовое одеяло. На экране телевизора стояло на паузе неизвестное ему шоу. Свет пробирался в комнату через промежутки в закрытых жалюзи. Его съемная квартира была скучной, а Эверли в таком маленьком пространстве смогла создать уютную, домашнюю атмосферу получше, чем в его Нью-Йоркской квартире, где он жил годами. Налево простирался коридор, справа комнату разделяла стена. Он предположил, что с одной стороны кухня, с другой – спальня и ванная. Она пошла направо.

– Хорошо, что я дома и могу принять гостей. Хотите выпить?

Как он и ожидал, за стенкой обнаружилась маленькая, узкая и чистая кухонька.

– Ваш бывший не появлялся?

– Нет. – Она посмотрела на него через плечо.

Спасибо, Господи. Он надеялся, ей не придется никогда снова смотреть на Саймона.

– Воды, пожалуйста.

Она вынула бутылку из холодильника и передала ему. Крис подтолкнул к ней пакет, открыл воду и сделал несколько глотков, чтобы избавиться от сухости в горле. Замечательно. Снова тишина. Когда он опустил бутылку, его взгляд упал на несколько номеров «Космо», лежащих на столешнице. Прикусив губу, чтобы сдержать улыбку, он