Дерзкая - Ксения Акула

— А, Костян, дароф, — он протянул руку и внимательно оглядел меня с ног до головы. — А ты у нас Алена?

Я кивнула и для приличия махнула рукой, не выказывая никакого интереса ни парню, ни Костику, ни дому. Мне бы радоваться, что Рома такой симпатичный и обаятельный, но присутствие Жукова портило атмосферу праздника.

— Чего такая кислая? — спросил меня Рома, — пойдем, я покажу тебе кухню, нальешь себе лимонад, — он подмигнул мне и кивком головы показал, куда идти. — Кость, кидай вещи в гостевую! — сказал парень, и Жукову задавая нужное направление.

— Красивый у тебя дом, — отметила я как бы между прочим, оглядываясь по сторонам и подмечая уютную гостиную, обставленную со вкусом, деревянную лестницу и коридор, стены которого украшали огромные плоские аквариумы, подсвеченные светодиодными лампами. Такое чувство, что попала в Океанариум.

— Спасибо, но в этом моей заслуги нет, — хмыкнул Рома, показывая кухню, на которой хозяйничал какой-то парень. Смутно знакомая фигура маячила за дверцей холодильника, но стоило показаться руке, и я с ужасом узнала в парне Андрея.

— А это мой однокурсник с финансов, — Рома подтолкнул меня в дверь и снова подмигнул. — Наслаждайся обществом нелюдима, который умеет смешивать обалденные коктейли, — прошептал парень и вернулся туда, откуда пришел.

Дверца холодильника закрылась и из-за нее показалась недовольная физиономия Андрея, который при виде меня замер с бутылкой «Колы» в руке.

— Алена?

На его лице проступили удивление и недовольство одновременно, а это время в кухню впорхнула какая-то девушка, увлеченная беседой по телефону. Она уверенно прошла к Андрею и одной рукой провела по его рельефной груди, вещая кому-то в трубку.

— Ой, мам, хватит вечно обо мне беспокоиться, я с Андрюшей. Да, привет передам. Хорошо, он обещает, что не даст меня в обиду. Пока, мам. — Она отключилась и бросила сотовый на столешницу. — Ты не представляешь, сколько я сейчас всего выслушала! Пошли купаться, Андрюш, хватит киснуть. — Девушка привстала на носочки и впилась в губы Андрея собственническим поцелуем, а я так и осталась стоять в сторонке, кипя от возмущения.

«Хоть бы постеснялась!»

— Насть, давая я налью тебе колы со льдом и приду через пять минут, окей? — Андрей говорил, а сам отцеплял от себя руки рыбы-прилипалы, которая все говорила и говорила, не желая ни затыкаться, ни сваливать с кухни. Наконец, она вышла, удивленно приподнимая брови на мое присутствие.

— Ты немая что ли? — с улыбкой выдала эта краля, закрывая дверь с громким хлопков, оставляя нас с Андреем наедине. На его лице не читалась ни одна эмоция, но я видела в глазах парня неприкрытую скуку. Примерно так я всегда себя чувствовала рядом с ним, но сейчас от злости и обиды мне хотелось зареветь.

— Променял компанию оффников на приятное общество мажоров-финансистов? Неожиданно, — я плевалась ядом, стараясь изо всех сил показать, что мне все равно на его отношения с этой… Настей.

— Я поступил на финансы и кредит, Ален, — устало ответил мне парень, обходя стол и останавливаясь напротив меня. Сердце на мгновение замерло и вдруг застучало в бешеном темпе. От Андрея пахло цитрусовой свежестью и колой, а белоснежная майка и короткие шорты выгодно подчеркивали все прелести спортивной фигуры, но раньше меня это не трогало. Раньше, когда я отвергала любые попытки парня сблизиться из-за уверенности в том, что он тупой и скучный.

— Как? — это все, на что меня хватило. — Каким чудом ты туда поступил? — спросила я Андрея, продолжая стоять напротив с растерянным лицом и руками, которым никак не находилось применения.

— Прошел по баллам, — спокойно ответил Андрей.

— Не смеши, — перебила я парня, который хотел сказать еще что-то. — У тебя в аттестате тройка на двойке, о каких баллах идет речь?

Взгляд Андрея потяжелел, а губы сложились в упрямую линию. Он сунул мне в руки бутылку с колой и пластиковый контейнер со льдом.

— Надеюсь разберешься, что с этим делать, — процедил парень сквозь зубы, — насколько же ты лицемерна, Ален! Всего полтора года назад тебя не волновали мои успехи по предметам, потому что нужно было избавиться от навязчивого внимания одного ботана, припоминаешь?

«Бла-бла-бла!»

— Ты бы еще вспомнил, как мы подложили русичке в сумку дохлую мышь, — зло ответила я парню, зачем-то оправдываясь перед ним. — А ты бы не удивился?!

— Я встречался с тобой потому, что потерял голову, как только впервые тебя увидел, — произнес Андрей, горящим взглядом выжигая у меня на лбу слово «дура», — мне было плевать, кто твой отец и кто ты, потому что я не представлял ни дня без твоего общества. Я ловил каждое твое слово, я во сне тебя видел, я, блин, небо от земли отличить не мог несколько месяцев, готов был за тебя убить любого, а что ты, Ален?

Я молчала, а Андрей наклонился и прошептал прямо мне на ухо, обдавая жаром и рождая в груди странные желания.

— А ты тупо меня использовала! — и он вышел, оставляя на кухне звенящий от напряжений шлейф.

Глава пятая

Наваждение

(Андрей)

Тухнуть в компания себя самого стало привычкой, поэтому на веселье во дворе я смотрел с полным равнодушием. Девчонки плескались в бассейне, с визгом и приветственными криками встречая каждого, кто решал плюхнуться в воду с разбега, прохладительные напитки стояли на низком столике, спрятанном в тени огромной яблони, а на газоне развалились парни и жадно ловили каждое движение женской половины общества. Знакомая мне картина, которую я наблюдал в спортивном клубе, подрабатывая тренером в вечерней женской группе. Занятия мы проводили в смежном с парнями зале и те, тягая железо, прощупывали взглядом моих подопечных. Учитывая, что средний возраст женщин, которые занимались в моей группе, перевалил за тридцать, они продолжали притягивать к себе жадные взгляды мужиков, а тут юные красотки в купальниках с влажными и загорелыми телами. Я бы на месте парней тоже не отлипал от такого горячего вида. Мне бы самому не теряться и бежать к бассейну, развлекаясь в компании красивых однокурсниц, но Настя испоганила все желание появляться во дворе у Ромыча своим излишним вниманием. Не хотелось обжиматься с ней при всех, но девчонка с меня просто не слазила и при любом удобном случае лезла целоваться.

Последние два года я не вспоминал Настю, а ведь когда-то таскал ее тяжелый портфель до соседнего подъезда и с утра, как последний влюбленный идиот, дожидался, когда она появится из дверей, чтобы проводить девчонку в школу. Настя и в девятом считалась самой