Русич - Елена Синякова

Линда цвела и пахла, глядя своими огромными глазами и не давая шанса сделать вид, что у Вари не получилось прорваться к криминальному красавчику.

Черт!

Дороги назад уже не было.

Девушка покосилась осторожно на Лекса, судорожно пытаясь придумать, что может ему сказать, и понимала, что в голове не было ни одной идеи, пока он неторопливо курил, рассматривая ее и не стремясь как-то ускорить процесс.

Было ощущение, словно его забавляет вся эта ситуация и в чем-то даже интригует.

— …Я проиграла спор своей подруге, — тихо, но твердо проговорила наконец Варя, решив, что лучше сразу сказать постыдную и нелепую правду, рассмешить бандита и уйти восвояси, чем нарываться на неприятности, выдумывая откровенную ложь. — И за это должна ей бутылку текилы и одно желание.

Лекс улыбнулся, совершенно не выглядя удивленным, и выпустил струйку сигаретного дыма, чуть выгибая бровь:

— Что за желание?

— Поцеловать вас.

Глава 4

Он облизнулся, а Варя замерла, почему-то уставившись на его губы.

Ведь он же не позволит ей сделать это?

Совершенно незнакомой девушке, которую он видит впервые и едва ли увидит еще, если учесть, в каких кругах вращался он и где проживала она.

Бред какой-то!

Вместо слов мужчина вдруг протянул ей раскрытую ладонь в перчатке, почти промурчав этим своим необычным низким голосом:

— Тогда прошу.

Варя бы и шагу не сделала, если бы Лекс не взял ее за руку сам, потянув к себе и неожиданно усаживая на свои колени, отчего девушка застыла и вся вытянулась, но не посмела сбежать, потому что понимала, что теперь уже поздно.

Так близко она его еще не видела.

И хотя боялась открыто рассматривать, понимала только одно: вблизи он еще красивее, чем издалека.

Чувственные губы, невероятно густые ресницы и взгляд, пробирающий до мурашек: открытый, прямой, пронзительный, завлекающий, томный и… печальный.

Он и сейчас не торопился что-либо делать, сполна наслаждаясь ее скованностью и попытками казаться смелой, — только продолжал курить, придерживая девушку большой ладонью за спину.

— Куришь? — выдохнул он так, что его дыхание попало на ее губы, и Варя с трудом подавила в себе желание облизнуться.

Обычно любой сигаретный дым казался ей отвратительным.

Но этот аромат отдавал чем-то терпким, пряным и даже шоколадным.

— Нет. Никогда не курила, — скованно отозвалась девушка, потому что мужчина продолжал смотреть в упор, а она едва могла выносить этот взгляд.

Он словно ласкал глазами.

Прикасался взглядом так, что она ощущала кожей.

Лекс чуть улыбнулся, подавшись еще больше вперед и снова делая так, что она ощутила его дыхание на своих губах.

— Попробуй. Тебе понравится.

Очень настойчивое предложение.

Не признающее отказа.

Или неподчинения.

Он не спрашивал, не ждал ее согласия, просто поднес свою сигарету к губам девушки, прикладывая ее и глядя на них взглядом, от которого становилось не по себе.

Варя сама не могла объяснить, почему не отказалась.

Наверное, на самом деле хотела ощутить, такой ли терпкий и необычный этот дым на вкус.

Обхватив тонкую коричневую сигарету губами, Варя сделала небольшой вдох, как делали это все те, кого она видела курящим, готовясь, однако, к тому, что будет мало приятных ощущений.

Ощущения были странными, но она бы не сказала, что омерзительными или неприятными.

У этого дыма действительно был вкус.

Насыщенно шоколадный. Может, даже с ноткой пьяной вишни.

С легкой изысканной горчинкой.

Но не этот аромат завораживал девушку, а то, как смотрел Лекс.

Словно падший ангел, познавший все чувственные грехи этого мира, который только что откусил адамово яблоко и протянул его Варе, заранее зная, на какой путь толкает ее этим. И наслаждаясь тем, что заполучил еще одну душу.

— Ш-ш-ш, задержи в себе, — прошептал он, склоняясь так, что между их губами осталась ровно пара сантиметров, и девушка задержала дыхание, вся собравшись, словно ждала от него нападения, как бы медленно и сладко он ни двигался. Словно питон, который завораживал свою очередную жертву. — А теперь дыши-и-и…

Варя сделала это осторожно, опустив ресницы и с каким-то внутренним трепетом наблюдая, как дым вошел в его приоткрытые губы вместе с ее дыханием.

Он просто вдохнул их в себя, прикрывая на пару секунд ресницы, словно искренне наслаждался.

Столько чувственности и порока было в этом странном действии, что Варя покрылась мурашками.

И в ее голове промелькнула лишь одна здравая мысль: извиниться за беспокойство и уйти как можно быстрее. Не оборачиваясь.

Но Лекс лизнул ее губы, заставляя беззвучно ахнуть и впустить его в себя.

Без лишних разговоров и жеманностей.

Его язык коснулся ее губ, давая понять, что никакой прелюдии не будет.

Ему нужно всё и сразу.

До самого предела.

До полного дурмана в голове.

Варя любила целоваться.

Ей искреннее нравилось, как простые движения губ, слившись вместе, дарили незабываемые эмоции, в буквальном смысле пробуждая тело. Показывали то, что значит желать человека. Хотеть до дрожи. До сладостного стона.

Но в том, как целовал Лекс, было что-то хищное. Жадное. Не поддающееся объяснению.

Если языком и губами можно было заниматься сексом, то ее просто трахали.

Низко. Грязно.

На грани больной чувственности, где не было понятия правильного.

Извращенно и глубоко.

До полного отрыва от реальности.

Он словно ел ее.

Пил ее.

Вдыхал в себя.

Подчинял и клеймил, причиняя боль, которой Варя не сопротивлялась, потому что была ошеломлена.

Лишь в какой-то момент она осознала, что больше не сидит на его коленях, а скорее полулежит, придавленная торсом мужчины с лицом ангела и душой самого страшного из демонов.

Он не остановится на этом!

Эта мысль выстрелила в голове паникой, когда Варя дернулась и умудрилась пнуть его в бок со всей силы, что только была в девушке.

Его отрывистый судорожный выдох она вдохнула в себя, для пущей убедительности залепив еще и пощечину, которой красавчик Лекс совсем не ожидал, нехотя откатываясь назад и держась ладонью за бок.

— Маньяк! — хрипнула Варя возмущенно, ринувшись вон из этого места.

Но всё было бы слишком просто, если бы на ее пути не появился тот самый мужчина в сером костюме, ловко поймав за кисть и вывернув ее так, что девушка не могла больше пошевелиться.

— Подожди-ка, красотка.

— Грабли свои убери! А то и тебе достанется! — зашипела Варя, стараясь и этого наглеца огреть хоть чем-нибудь, когда за ее спиной раздался раскатистый хохот Лекса.

Он смеялся от души, завалившись на спину и запрокидывая голову назад, отчего его глаза, казалось, стали еще ярче и теперь светились задорными лукавыми искорками.

— Жека,