Комната - Эмиль Брагинский

Дергачев. От нее всего можно ожидать. (Начинает освобождать столик.)

В комнате неожиданно появляется Галина Степановна. С изумлением наблюдает происходящее.

Галина Степановна. Она террористка? Из тех, что захватывают самолеты?

Альбина. Тетя Галя, это обыкновенный бандитизм. Жизнь – или столик на колесах!

Галина Степановна. Как в американском кино! (Поднимает руки и замирает с поднятыми руками.)

Тоня (все еще целясь в Дергачева). Стасик все премиальные на машину откладывал, а я куплю пачку соли за десять копеек – он сцену закатывал: мол, наша старая соль еще не кончилась, а я деньги транжирю!

Галина Степановна. Лучше опустите дуло, вдруг эта штука пальнет!

Тоня. Стасик был против ребенка, потому что заводить ребенка – тоже нести большие материальные потери!

Дергачев (он уже сложил столик). Держи мою личную вещь!

Тоня (берет добычу и соответственно опускает оружие). Скажите, хозяйка, Стасик вам хоть раз самый дешевый букетик принес?

Альбина. Он таскает мне цветы клумбами! Клумбы – моя профессия, и я подсказываю ему, с какой срывать!

Дергачев. Надеюсь, Аля, ты не веришь всей той чепухе…

Альбина (не дает договорить). Тем, кто бряцает оружием, я не верю.

В этот момент Тоня увидела книжную полку, и тотчас кинулась к ней.

Тоня. Смотрите-ка, Булгаков. Пьесы. Я пьес не читаю, но знаете, сколько стоит Булгаков на черном книжном рынке? (Забирает книгу.)

Альбина. Костя и Фета принес. Вон, зеленый томик.

Дергачев. Зачем ты выдала ей Фета?

Тоня (берет и зеленую книжку). Молчи, жмот! Зазеваешься – ты не только стихи, всю квартиру вывезешь! (Идет к двери, унося трофеи.)

Галина Степановна (вслед Тоне). Очень хорошая женщина!..

Уже в дверях Тоня останавливается и, улыбаясь, раскладывает столик обратно.

Тоня (насмешливо). Я себе с Фолклендских островов не такой столик привезу – из пальмы!

Альбина. Лучше – из сахарного тростника!

Тоня. А все это… (кладет на столик Фета и Булгакова), чтоб вы, хозяйка, ясно осознали, какую радость в дом впустили!

Дергачев. По-моему, ты забыла, где выход!

Тоня (Галине Степановне). Может вы, пожилая дама, тайно пьющая?

Галина Степановна. Честное слово, нет.

Тоня. Так вот, бутылку я все-таки забираю. А то у нас пятый директор стрельбища и пятый пьющий. (Уходит.)

Галина Степановна. Жалко, что ушла. С ней как-то веселее!

Учреждение. Лиза работает, разбирает почту. Спрятавшись куда-то в угол, подложив под голову два толстых тома определителя растений, мирно спит Елена Алексеевна.

На просцениуме, сбоку, – кафе-молочная. Рядом в телефонной будке звонит Дергачев.

Лиза (снимает трубку). Слушаю.

Дергачев (мягко, просительно). Извините, шашечка…

Лиза (опасливо оглянулась на спящую). Я… я занята, работаю!

Дергачев (позволил себе пошутить). Пусть медведь работает.

Лиза. Прошу вас со всей категоричностью: перестаньте мне досаждать!

Елена Алексеевна (сквозь сон). Если б не было телефона – сколько бы нервов и сил сэкономили люди!

Лиза (резко повернулась к Елене Алексеевне). Подслушивать неприлично!

Елена Алексеевна. Я ничего не слышу, я сплю без задних ног!

Дергачев (в трубку). Когда иссякнет терпение, человек способен на все! Я жду в молочной забегаловке. Если в течение двадцати минут вы не придете, я сам поднимусь к вам!

В комнату входит Лохов. Лиза испуганно бросает трубку.

Дергачев отошел от телефона.

Появился у невидимого окошка кафе-молочной. Как в кукольном театре, возникла Рука, протягивает Дергачеву две маленькие тарелочки, на каждой из которых – по булочке и по баночке простокваши.

Лохов (Лизе). Где все?

Лиза (разнервничалась и полностью потеряла самоконтроль). Людмила – в парикмахерской. Ей будут мыть голову, потом стричь, как овцу, потом накручивать на бигуди, сушить под сушилкой, потом ее будут укладывать…

Лохов (сердито). Где остальные?

Лиза. Разве остальные вас тоже интересуют?

Лохов. Не груби! Где Елена Алексеевна?

Лиза. Вот же она, спит!

Лохов (невольным шепотом). Почему спит?

Лиза. Можете говорить громко – она наглоталась снотворного. Ночь промучилась с простуженной внучкой, теперь на службе отсыпается.

Елена Алексеевна (сквозь сон). Сейчас детей на балконах выращивают, а дети плохо переносят балконное воспитание.

Лохов. Говорят, давно, еще до войны, в учреждениях шесть часов работали. А я думаю – женщинам вообще можно через день ходить!

Лиза. А еще лучше – два раза в месяц, за зарплатой! Только вот Людмила должна ежедневно хоть на пять минут показываться, а то вы изведетесь!

Лохов (не разозлился). Надо тебя, Елизавета, выдвинуть по общественно-бесполезной линии. Будешь сотрясать воздух правильными словами!

Лиза (не может остановиться). Я посылаю на вас телегу наверх, самому главному по насаждениям – вы разлагаете коллектив! Превратили нормального советского специалиста в безнравственную западную содержанку! Обеды ей варите, подарки преподносите, в кабинете с ней запираетесь, и в это время секретарша к вам никого не пропускает!

Лохов. У меня отличная секретарша!

Лиза. Я подниму на ноги высшее руководство!

Лохов (беззаботно). Валяй!

Елена Алексеевна (по-прежнему не открывая глаз). Им давно пора встать на ноги!

Появляется Людмила, в новой прическе, гордая и торжественная.

Людмила. Мной занимался сам великий Леопольд. (Показывает парикмахера.) «Делать головку такой женщине – подарок судьбы; Вы хороши с любой головкой, но я превращу вас в московскую парижанку».

Лиза (упрямо). Головку делала в служебное время!

Людмила. Отвяжись, зануда! В выходной в «Кудесницу» не продерешься, а так потратила всего-то три часа!

Лохов (с нежностью глядит на Людмилу). Подлецу все к лицу!

Лиза (взглянула на часы, и вскрикнула). Ой! Двадцать минут прошло! (Убегает.)

Елена Алексеевна (поднимает голову) Людмила, как зовут твое неслыханное сооружение?

Людмила. Узор любви.

Елена Алексеевна. Говорят, от этих варварских причесок лысеют! (Вновь закрывает глаза.) Мне все время, пельмени снятся – к чему бы это?

Людмила (погладила Лохова по плечу. Вдруг обнаруживает белое перо). На вас куриное перо, начальник.

Лохов. Я говорю шоферу: смотри, на сиденьях перья! А он ухмыляется золотыми коронками: «Я с вокзала подвозил с курями».

Людмила. Скоро он с коровами подсадит. Зря боитесь его поменять. Все равно вашей жене все доподлинно известно. И все равно дело дрянь. (Продолжает с душой.) Совсем дрянь, дряннее не бывает.

Лохов (сразу догадался). Ты его снова видела?

Людмила (произносит с трудом). Он собирается на мне жениться.

Лохов (усмехнулся). Сделал тебе официальное предложение?

Людмила. Конечно, нет, но говорит об этом как о свершившемся факте. В любви не объясняется. Он просто строит совместные планы и определенно заявляет, что раньше у нас появится мальчик, потом девочка.

Лохов. Он это знает?

Людмила. Очевидно.

Лохов. Но если я тебя потеряю…

Людмила. Сколько у нас тут комнат – пятьдесят, шестьдесят? Для начальства широкий выбор.

Лохов (с неожиданной для него страстью). Ты – моя жизнь! Ты – моя долголюбимая!..

Людмила. И ты мой долголюбимый!

Входит Альбина. С трудом тащит огромный ящик, из которого, покачиваясь, выглядывают цветы.

Альбина. Машину просила – конечно, не дали. Такси, конечно, не оплатят. Эстонский совхоз образцы прислал – любуйтесь! (Водружает ящик на стол.)