Комната - Эмиль Брагинский

Лиза. Вы копейки считаете, вы мелочный!

Дергачев. Да, я расчетливый.

Лиза. Вы пожилой.

Дергачев. Да, я взрослый!

Лиза. Вы запятнали себя историей с Альбиной!

Дергачев. Да, это уже история!

Лиза. Почему вы мне понравились, вы, смутный?

Дергачев. Я вам не понравился, вы в меня влюбились!

Лиза. Какое несчастье, вы же совсем не героическая личность! (Начинает быстро есть простоквашу.)

Дергачев. Молочнокислые продукты всегда помогают в переломные моменты!

Лиза (серьезно). Неужели в жизни есть необъяснимое, потустороннее, что не проходят даже по политической экономии?

Дергачев. Увы, даже в ней не все предусмотрено.

Лиза. Неужели существует наваждение?

Дергачев. Безусловно! И я угадываю ваши потайные мысли. (Выдерживает паузу.) Вы хотите, чтоб я поднял вас на руки!

Лиза. Об этом я не думала.

Дергачев. Но могли подумать?

Лиза. Пожалуй, могла. (Вдруг.) Возьмите меня на руки, если сможете!..

Дергачев (поднимает Лизу на руки). Как видите, смог!..

Лиза. Так хорошо быть нелогичной!..

Появляется Галина Степановна.

Галина Степановна. Костя, кого вы носите на руках посреди кефира?

Дергачев (бережно опускает Лизу на пол). Лиза, Альбинина тетя меня выследила!

Лиза (без тени смущения). За людьми не надо следить, людям надо доверять!

Галина Степановна. Это я уже от племянницы слышала. Лиза, у вас квартира отдельная, дом кирпичный, тети нету?

Лиза. Да, у меня крепкий дом, и я живу одна!

Галина Степановна (как бы между прочим). Зато у нас – крупнопанельный, в щелях ветер гуляет.

Дергачев. Вы – из другой эпохи, тетя Галя! (Продолжает с душой.) Все ваши прежние категории, все эти привязанности, благодарности, что скажут люди, мы вместе учились, мы компаша – все это давно истлело. У нас другой критерий – мне так хочется!

Галина Степановна (с насмешкой). В мою эпоху это звалось эгоизмом!

Дергачев. Поймите, эгоистов остро не хватает! Эгоист пусть во имя себя, но как-то работает, а вы кричите, что делаете для других, но в конечном счете ничего не делаете!

Галина Степановна. Пойду спрячу подальше свое кольцо. Вдруг вы его себе возьмете, потому что вам так хочется! (Поворачивается и уходит.)

Дергачев (Лизе). Ты не обращай внимания!

Лиза. Отныне я обращаю внимание только на тебя. В прошлый раз ты меня потряс. Теперь мужчины равнодушно-нахальные, я с ними иногда сталкиваюсь. А ты жертвовал собой ради того, чтобы помочь Альбине!

Дергачев (сдерживает улыбку). Да, я жертва!

Лиза. Тебе было, наверно, так тяжело играть в Костю!

Дергачев. Я измучился! (Снова поднимает Лизу на руки.) Но теперь мне легко!

Лиза. Мне тебя так жалко!

Дергачев (нежно). Какая ты, Лиза, компактная!

После седьмой картины прошло три дня. Комната в учреждении. Все на месте. Альбина, Людмила, Лиза и Елена Алексеевна напряженно работают. Наверное, конец месяца, а может, и конец квартала.

Лиза. Где находится Главное управление эксплуатации автомобильных дорог Дальнего Востока, в каком городе?

Елена Алексеевна. Что они, дураки? Конечно, в Москве!

Лиза. С ума сойти!

Альбина (читает письмо). Ура! Павелецкий вокзал я уже уговорила! Теперь я обеспечу Павелецкую железную дорогу самыми лучшими дикарями!

Елена Алексеевна (счастливо). Поздравьте меня. Мой средний, Алешка, женится!

Людмила. Ему же всего восемнадцать.

Елена Алексеевна. Невестку мы с мужем уже полюбили – добрая, отзывчивая, домовитая и слегка беременная, на пятом месяце. (Ликуя.) Друзья мои, как мне жить хорошо!..

Лиза. Женится на беременной! Позор, а вы радуетесь!

Елена Алексеевна. Беременных без очереди расписывают, и ребеночка меньше ждать. (Мечтательно улыбается.) Хоть бы двойня родилась…

Решительной, твердой походкой входит Лохов. Сегодня он элегантен. На нем прекрасное светлое пальто, модные туфли, отлично сидит шляпа. Он держит чемодан, на котором сверкают молнии.

Лохов. Девочки, я отбываю в санаторий!

Людмила. Вы же ничего не говорили!

Лохов. Девочки, когда начальника вдруг отправляют в санаторий самого высокого ранжира, это неспроста!

Становится ясно, что Лохов нарочно держится так, будто Людмилы нет в комнате.

Лиза. Тихон Иванович, так хорошо, что вам дали путевку. А то я себя осуждаю за ту телегу. Больше я никогда не буду ни на кого строчить!

Лохов. Твоя телега, Елизавета, подействовала. Перед тем как снять, мне дают разрядку, дошло? Но если снимут, то, пожалуй, с повышением!

Альбина (со злостью). И нам вместо вас пришлют какого-нибудь долдона!

Елена Алексеевна. Если это случится, берегись, Елизавета!

Лохов. Я, Альбина, тебя собираюсь предложить на мое место!

Елена Алексеевна. Идея настолько хороша, что наверняка не пройдет!

Лохов. Пробьем! (Входя в азарт.) Ты, Альбина, во всей нашей зеленой ботанике разбираешься, ты умеешь постоять за дело, ты общественно активная, темпераментная, всем интересуешься, ни перед кем не спасуешь!

Альбина. Не гожусь я, совсем не похожа на начальство!

Лохов. Ну и прекрасно! Может, начальство станет похожим на тебя!

Людмила. Тихон Иванович, почему вы делаете вид, будто меня здесь нет?

Лохов (разыгрывает удивление). Девочки, я Людмилу не заметил. Ты в Ленинграде меньше ростом стала, что ли? Как, между прочим, съездила?

Людмила. Потрясающе! Он поселил меня одну в двухкомнатном люксе и упал передо мной на колени на пыльный ковер. (Показывая ухажера, эффектно падает на колени.) Очень дорогая Людмила! В Ленинграде обитает знаменитый собиратель серебра Конаков. Я у него был, Людмила. Он выставил меня за дверь! Бесценная Людмила, перед вашей красотой не устоит ни один мужчина, даже если он коллекционер. Пойдите к нему, и пусть он продаст вам любой серебряный предмет по любой цене. Серебро дорожает, Людмила! Нужно торопиться, нужно вкладывать деньги в серебро, пока не поздно, Людмила!

Альбина. И ты, конечно, пошла в поход за серебром!

Людмила (смотрит на Лохова, но тот не помогает ей встать, и она поднимается сама). Конечно, пошла! Передо мной не каждый день становятся на колени! Этот Конаков показывал мне чудо-коллекцию и изумительно объяснял. Я в него влюбилась – ему всего семьдесят шесть.

Альбина. И, расчувствовавшись, он продал тебе серебряное – не знаю, что именно?

Людмила. Нет. Он никогда и ничего не продает. Но он (с гордостью) подарил мне крохотную очаровательную серебряную чарочку, на которой есть дата – 1778 год!

Альбина. И ты отдала ее своему вкладывателю?

Людмила. Разве я похожа на идиотку?

Елена Алексеевна. Как две капли воды!

Лиза (порывисто вскакивает). Людмила, вы обязаны перестать встречаться с этим – из сферы обслуживания!..

Людмила. Да, он оттуда!

Лиза. И остаться с Тихоном Ивановичем: вы оба созданы природой друг для друга!

Лохов (иронично). Меняешь убеждения, Елизавета?

Лиза. То, что вы, Тихон Иванович, будучи женатым, обожаете Людмилу в открытую, при подчиненных, говорит о вашем высоком гражданском мужестве!

Лохов. Лиза, я растроган и ухожу в санаторий пошатываясь… (Выходит из комнаты.)

Людмила. Какая я мерзавка, я ведь уже дала согласие моему любителю серебра!

Елена Алексеевна. Все женщины таковы: кто угодно поманит в загс – мы подбираем юбку и мчимся!

Альбина. Но разве ты, Людмила, сможешь без твоего Тиши?

Людмила (вскакивает, бежит к двери, распахивает ее, зовет). Тихон Иванович, Тихон Иванович!

Лохов (входя). Да не кричи, я здесь, я подслушиваю!

Людмила. Не сердитесь, на меня, Тиша…

Лохов. Я тебе буду звонить из санатория каждый вечер, только попробуй не быть дома!