Колыбель кристальных душ - Вомпёр Мадагаскарский

- Обычно оно таким и является из-за академий. Люди не любят места, где такое сосредоточение магической энергии.

- Ну не сказал бы. В Хаттурии, я слышал, всё прекрасно и с магией, и с городом.

- Сам сравни Хаттурию и Вандилию, - Лотарь посмотрел на собеседника как на идиота.

- Тоже верно, - пожал плечами Цайбер.

Знать бы ещё, что именно там сравнивать можно, подумал перерожденный. В глупом свете не выставил себя до сих пор. Процесс освоения в новом мире пока шёл более гладко, чем планировал маг.

- Неужели в Кестиле так всё плохо с геомантией?

- По всему королевству ни одной академии. Есть только панмагическая. Но это совсем для нищих, - Цайбер презрительно поджал губы.

Всё-таки Кестиль – это королевство. Вандилия и Хаттурия – это города. Судя по всему, Вандилия находится где-то рядом. Похоже туда возит свой товар тот крестьянин. Он сможет довезти, когда соберется в следующий раз. Плату за услуги можно будет использовать в качестве мотивации для внеплановой цели поездки в Вандилию.

- Если что, я не все термины из геомантии знаю, - колдун прервал раздумия Лотаря.

- Неважно. Призыв суккубов из общей магии.

- Говори, что надо.

- В Вандилию стоит заезжать?

Лотарь говорил, перебирая кучу магического барахла. Магия не должна была кардинально отличаться от знакомой ему по прошлым жизням. На столе валялось много чего, что он бы хотел прихватить. Практической пользы от них было мало. Было какое-то желание младенцев потискать, погрызть и разломать.

- Тебе же книги нужны были, вроде, - пожал плечами Цайбер, - странный вопрос какой-то. А почему не заехать? Город - есть город.

- Ты прекрасно живёшь тут, не заезжая в город, например, - хитро улыбнулся перерождённый.

- Откуда знаешь? – Нахмурился колдун. Утверждение было для него неожиданным.

- Действительно не бываешь в городе, - расплылся в ухмылке маг, довольный удавшейся провокацией.

- Вопросы у тебя, конечно… Мне в город путь заказан.

- Как же так?

- По-пьяни спалил кое-что. Когда из академии отчислили, я многое учудил. Я бы уехал ещё куда, но и здесь неплохо. Геомантия и высшая наука ценится у крестьян. Если что муторное есть, то всегда можно к ведьме отправить. А я коров не лечу.

На почве пьянства и нелюдимой жизни речь становится запутанной. Лотарь мало ценил таких людей, какими бы полезными бы они не были. К таким у него была личная неприязнь. Благо, что долго общаться с Цайбером ему было не нужно.

- Турмалин ещё есть у тебя? – Маг поднял один из камешков.

Довольно бойко из другой кучи хлама Цайбер выудил ещё парочку турмалинов.

- Скрути факел, - коротко бросил Лотарь.

Маг выудил флакон с чернилами и начал выводить на полу рисунок. В это время его напарник по ритуалу достал обломки табурета. С кряхтением одна из ножек была отломана. Он обмотал один конец палки грязной половой тряпкой и с довольным видом протянул Лотарю. Тот посмотрел на колдуна как на идиота, но палку с тряпкой взял. Обмокнув пальцы в чернилах, начертил три кольца и два непонятных иероглифа. Он отдал факел обратно.

- Если бы инкуба призывали, то ты бы на полу член нарисовал? – Цайбер указал на характерного вида пиктограмму.

- Конечно.

По невозмутимому лицу перерождённого трудно было сказать, шутит ли тот или нет. Он положил два турмалина снизу и сверху чертежа. Короткое заклинание прозвучало в комнате. Глаза мага засветились в темноте. Ноги гнулись с трудом. Едва опустившись к полу, Лотарь коснулся одного из турмалинов. Аметистового цвета искры пошли по чернилам, поджигая рисунок. Дойдя до другого турмалина, они со звоном пропали. Оба камешка едва заметно засветились.

- Поджигай, - коротко скомандовал Лотарь, кивнув в сторону чертежа.

Цайбер с опаской ткнул факел в центр чертежа. Тряпка на факеле вспыхнула пурпурным пламенем.

- Пошли теперь к дому этой ведьмы, - перерожденный маг ожидающе посмотрел на колдуна.

С опаской держа горящий факел, Цайбер вышел из своего жилища. На улице была глухая ночь. Ночное небо было стянуто тучами. Среди густого леса едва угадывалась тропинка.

Колдун вопросительно посмотрел назад. Такая магия была странной для него В темноте ночи отчетливо угадывались аметистового цвета глаза. Тяжело вздохнув, Цайбер побрел по дороге. Лотарь следовал за ним.

Они прошли сквозь лес. Деревня была по правую руку от них. На небольшом отдалении стоял дом. Небольшие постройки и низкий забор окружали его. В темноте не было видно ничего выдающегося. Они остановились около самого забора.

- Бросай в дом, - нисколько не пытаясь говорить тихо, сказал Лотарь.

От так громко сказанных слов Цайбера передернуло. Он ошалелыми глазами глянул на мага. Глаза уже немного привыкли к темноте. Выражение лица было совершенно спокойным. Даже дети понимали необходимость конспирации, когда подсматривали за купающимися селянками. А этот напыщенный бродяга словно смеялся над ним.

Цайбер помешкал, но всё-таки бросил факел. Почти беззвучно он рассыпался в порошок от удара об стену дома. Колдун удивился тому, что ничего больше не произошло.

- Всё, пошли обратно, - в ночной тишине голос Лотаря был невыносимо громким.

До самого леса они шли молча. Едва зайдя под кроны деревьев, колдун шепотом спросил, почему его напарник по этому делу не боится, что их заметят.

- Мне всё равно – я скоро уеду отсюда, - спокойно ответил Лотарь, - чего же мне бояться?

Никогда прежде у бывшего студента академии геомантии, дебошира и пьяницы из Кестиля не было такого сильного желания ударить человека. Он всё-таки считал себя магом. Ему больше нравилась идея превосходства над остальными за счёт того, что он обладал уникальными силами. Даже обучался этой магии, хоть и недолго. Но сейчас он бы раскроил голову собеседника об ствол ели.

- Вот как, - со злостью прошептал Цайбер.

Оставшийся путь они шли молча. Колдун едва сдерживался, чтобы не наброситься с кулаками на Лотаря.

Войдя в хижину в лесу, перерожденный маг остановился возле пиктограммы. Цайбер встал по другую сторону рисунка. Турмалины по-прежнему тускло светились на полу. Сапог Лотаря с хрустом раздавил один из камней, будто тот был не куском породы, а печеньем.