Вендетта - Бронислава Вонсович

– Погуще, говоришь.

Винченцо размышлял, стоит ли это пробовать, поскольку внешний вид «супа» не внушал ни малейшего доверия. Но перстень не подавал признаков жизни, поэтому Санторо-старший зачерпнул немного с поверхности и попытался пожевать. Попытка не удалась – кашеобразный суп оказался не в состоянии удержаться во рту и тут же его покинул, вернувшись в кастрюлю, откуда был взят. Капитан еще долго отплевывался и промывал рот, попутно размышляя на тему, можно ли такую еду считать попыткой отравления, и если да, то почему в этом участвует его родной брат.

– Это что такое?! – наконец отплевавшись, заорал он на Роберто.

– Суп, – уже менее уверенно отвечал тот.

– Суп? Поесть этого супа ты не хочешь?

– После того как ты туда наплевал? – возмутился Роберто. – Как я это теперь буду есть? И Чино? Ты нас с Чино обеда лишил. Мы так старались. Мы только курицу час чистили. Вот что я тебе скажу, Ченцо: совести у тебя нет. Ты нам теперь обед должен. Ужин, так и быть, мы постараемся сделать.

Винченцо содрогнулся, представив, что может приготовить на ужин Франческа под руководством его брата, и решил, что не стоит давать ей возможность легально отравить семью Санторо.

– Знаешь, Тино, – сказал он, – ваша идея с покупкой еды в харчевне не так уж плоха. И вообще, на время твоего пребывания здесь стоит нанять кухарку.

В замке Сангинетти царил настоящий траур. Семья только успела оправиться от смерти старшего сына, как пропала единственная дочь. Все попытки розыска не дали ни малейшего результата. Никто из подруг Франчески не признавался ни в том, что помогает ей скрываться, ни в том, что получает от нее какие-то известия. Пост напротив Магического университета решили не снимать, пока есть хоть крохотная надежда на то, что девушка там появится. Графиня постоянно ходила с красными глазами, хотя никто не видел ее плачущей.

– Зря мы это затеяли, Доменико, – как-то сказала она мужу. – Твоя мать воспитала наших старших детей в ненависти к Санторо, и глупо было надеяться, что Франческа покорно согласится выйти за одного из них.

– Бесполезно говорить об этом сейчас, – ответил граф. – Лучше подумай, куда бы ты направилась на месте нашей дочери?

– В Магический университет, я уже говорила, – вздохнула его жена. – Она хотела туда поступить, но мы были против. Но ее там нет.

– Не переживай, Тереза. Тех денег, что у Чески с собой, надолго не хватит. Точную сумму я назвать не могу, но бегать от нас она сможет не больше чем полгода.

– А если она устроится на работу?

– Ну-ну, – усмехнулся граф. – Не иначе как в кухарки пойдет или в горничные. Ты нашу дочь с половником в руке представляешь? Или с тряпкой? Вот и я нет. Побегает и вернется, никуда не денется.

А объект их переживаний в этот момент все так же сладко спал в постели постороннего мужчины, обнимая подушку и мирно посапывая в нее. И бегать ей абсолютно не хотелось, хотелось спать, спать и спать…

Братья Санторо обедали в харчевне, и старший размышлял, как бы дать понять младшему, что Чино – девушка. Причем так, чтобы Роберто был убежден, что догадался сам, а старший брат ни о чем не подозревает.

– Хилый он какой-то, этот Франческо, – неожиданно сказал Санторо-младший. – Мы и разминку до конца не закончили, а он уже совсем никакой был.

– Я тебе говорил уменьшить нагрузку, – ответил брат, решив, что судьба сама подкидывает ему шанс. – Видно же, что бо́льшую часть упражнений он никогда не делал. Руки слабые, запястья тонкие, как у девушки.

– Да, как у девушки, – кивнул Роберто. – Мне вот недавно в голову пришло, что если Чино в платье одеть, то из него такая красотка выйдет! Грех этим не воспользоваться.

– Каким образом? – подозрительно спросил Винченцо.

– Переодеть твоего ординарца в девушку и подшутить над кем-нибудь из твоих офицеров, – азартно предложил Роберто. – А то скучновато вы живете. От подъема до отбоя. Никакой романтики.

Винченцо отметил, что разговор пошел совсем не туда, куда нужно, и недовольно сказал:

– Вряд ли Франческо согласится.

– Он твой подчиненный, ты можешь просто приказать.

– Изображать женщину не входит в обязанности моего ординарца, – возразил старший брат. – Франческо может отказаться.

– Судя по всему, в обязанности твоего ординарца входит сон на твоей кровати, – ехидно заметил Роберто. – А в твои – разминание его затекших мышц. Ничего с ним не случится, если поучаствует в одном маленьком розыгрыше. Его никто из твоих сослуживцев, кроме полковника, не видел. А мы можем выдать его за кузину со стороны матери.

– Тино, поумерь страсть к розыгрышам. Я не буду заставлять своего ординарца носить женскую одежду, как бы он прекрасно в ней ни выглядел.

– И зря, – задумчиво сказал младший брат. – Ну что, инор капитан, какие будут задания по дальнейшему воспитанию твоего ординарца?

– За это утро ты превысил недельную норму по издевательствам. Возьми Франческо что-нибудь на обед, и пусть он сегодня отсыпается.

– Жалость унижает настоящих мужчин.

– Так то настоящих.

Капитан все же не терял надежды, что брат догадается.

– Знаешь, – задумчиво сказал Санторо-младший, – мне сегодня было интересно, когда Чино скажет: «Все, больше не могу». А он только зубы сжимает, губу-то еще вчера прокусил, и делает через силу. Так и не сдался. Упрямый.

– Давай ты больше на нем не будешь проводить экспериментов, – недовольно сказал старший брат и встал из-за стола. – А то получается, я его брал на обучение, а обучать не могу. На сегодня делаете передышку. Ужин закажете.

– У нас еще половина курицы осталась, – задумчиво протянул Роберто.

Винченцо вспомнил суп, приготовленный парочкой, и передернулся от отвращения. Нет уж, больше они травить его с его же разрешения не будут.

– Заказываете в трактире. Это приказ.

Роберто не выказал желания улучшать свои кулинарные навыки, и братья распрощались. По дороге в казарму капитан Санторо размышлял, где найти кухарку. В Алерпо он жил не так долго и постоянно был занят, поэтому даже представления не имел, с чего начать. Но тут его осенило – Энрико! Энрико живет в этом городке намного дольше и может кого-то присоветовать.

Капитан Ферранте не обманул ожиданий друга.

– Инора Кавалли, которая служила у твоего предшественника, – сразу предложил он. – Она и готовит хорошо, и говорила, что не против дальше на военных работать. А что ты вдруг озаботился кухаркой?

– Мне полковник ординарца навязал, еще и брат приехал, – ответил Винченцо. – Я сначала попытался их привлечь, но ты бы видел, что они сегодня на обед сделали!

– И что? – заинтересовался Энрике.

– Нечто трудноописуемое и с таким же вкусом. И продукты-то нормальные взяли, но результат… Пришлось с братом в харчевню идти.

– А ординарца ты без обеда оставил? В наказание? Сурово ты с ним.

– Да нет, – смутился Винченцо. – Роберто его так загрузил, что Франческо уснул, не дождавшись обеда. Так где, говоришь, живет твоя инора Кавалли?

Глава 4

Когда Франческа проснулась на следующее утро, на кухне уже вовсю хозяйничала кухарка. Девушка почувствовала что-то похожее на признательность к старшему Санторо – он не только разрешил отдохнуть весь вчерашний день, но и пришел вечером в сопровождении двух солдат со складными походными кроватями для нее и Роберто. А теперь делает все, чтобы они не умерли с голоду.

– Ты, что ли, Франческо будешь? – поинтересовалась особа, гремящая посудой на весь дом. – Инор капитан сказал привлекать тебя к работе на кухне.

Все теплые чувства, которые Франческа испытывала к Винченцо, молниеносно испарились. Это получается, ее с роли ординарца низвели до поваренка? Вот гад! А тренировать ее он собирается?

– Чего молчишь-то? Давай-ка быстренько умывайся и помогай.

За это утро девушка узнала о себе много нового и интересного. Что руки растут у нее не из того места, где они это делают у нормальных людей. Что более бестолкового помощника инора Кавалли еще не встречала. Что только доброта инора капитана не позволяет ему выгнать эту ошибку природы, по недоразумению называемую ординарцем…

Франческа только обиженно сопела, пытаясь порезать лук в соответствии с требованиями новой начальницы. Получалось не очень, слезы катились градом и мешали разглядеть, что же там режется. Но все когда-нибудь заканчивается, закончился и лук. Бурчащая инора использовала неидеально порезанный продукт для подливки с восхитительным ароматом, на который выманились из спальни братья Санторо. Выспавшиеся и довольные.

Франческа хмуро посмотрела на капитана и опять пожалела, что рубец у него пропал. Знала бы, чем закончится эксперимент с мазью, никогда бы туда свою кровь не добавила. Стоит такой весь из себя красивый, радуется жизни, а бедный Беннардо давно лежит в холодной земле.

– Доброго вам утречка, инор капитан, – радостно сказала кухарка. – Завтрак готов.