Вендетта - Бронислава Вонсович

Ему очень не понравилась улыбка, появившаяся на лице лже-Франческо после ужина. Как будто все идет по намеченному ею плану. Поэтому Винченцо запер дверь спальни на ключ, а ключ положил в ящик прикроватной тумбочки. Наблюдавший за этим Роберто ехидно спросил:

– Думаешь, сбегу?

– Хочу выспаться, не волнуясь о тебе, – обтекаемо ответил старший брат.

Самое удивительное, это ему удалось. Впервые после нападения Беннардо Сангинетти, мучительные последствия которого до сих пор уродовали лицо капитана Санторо, Винченцо спал так крепко, что, наверное, его не подняли бы начавшиеся боевые действия. Но запах свежей выпечки, проникший через дверные щели, все же разбудил.

Глава 3

Первое, что заметил капитан, выйдя из комнаты, это лицо Франчески. Она смотрела на дверь спальни с напряженным ожиданием, но лишь только его увидела, на ее лице проявилось глубокое разочарование. Мельком удивившись, что же ее так расстроило, Винченцо спросил:

– Откуда булочки?

– Здесь пекарня всего в квартале, – пояснила девушка. – Я с утра сходил.

– Правильная инициатива, – раздался сонный голос Роберто.

Винченцо повернулся к брату, обнаружил, что тот вышел в одних нижних штанах, и уже хотел выговорить ему по этому поводу, как тот вдруг присвистнул и изумленно сказал:

– Ну ничего себе! Ченцо, если бы я своими глазами не видел тебя вчера, никогда бы не поверил.

– Ты о чем?

– О твоей щеке. А ты еще ругался на местного целителя. Да он просто кудесник!

Санторо-старший провел по щеке рукой и обнаружил, что отек исчез. Более того, не нащупывался даже рубец. Он прошел к зеркалу и увидел, что шрам почти пропал, оставив на память о себе еле заметную тоненькую белую ниточку. Зеркало отразило его лицо таким, каким оно было до встречи с кровником. Еще оно отразило две физиономии: одну – восторженно-заспанную и другую – обиженно-огорченную. Винченцо подумал, что девушка что-то вчера с мазью сделала, но результат оказался не таким, как она ожидала.

Ческа кусала губы, даже этого не замечая. Она недоумевала, почему ее действия привели к этому безобразию. Ведь всю ночь провертелась в ожидании криков со стороны спальни, но так и не дождавшись, понадеялась, что нос отвалился беззвучно.

Девушка встала ни свет ни заря, побродила по дому, прислушиваясь к звукам из спальни, и, чтобы хоть немного отвлечься, сходила в пекарню, которую они с Роберто заметили, когда бегали в харчевню заказывать ужин. Столько было надежд, что кровь воздаст подлецу по заслугам, и что в результате? Полнейшее безобразие! Санторо, конечно, без вздутия на щеке смотрится куда привлекательней, только Франческа не собиралась его улучшать.

За завтраком Винченцо наблюдал какое-то время за расстроенной девушкой, а потом решил прояснить для себя мучающий его вопрос:

– Франческо, почему ты согласился стать моим ординарцем?

– Я хочу научиться драться, как вы. Нет, не как вы. Лучше.

– Зачем?

– Хочу убить того, кто убил моего брата, – прямо ответила девушка, глядя в глаза Винченцо.

– Убить можно, не беря оружие в руки, – бросил пробный шар капитан. – Ядом, например.

– Я хочу в честном бою, глядя в глаза этой сволочи. Яд – это недостойно, – гордо вскинув голову, сказала Франческа.

– А если тебе не удастся достичь необходимого уровня?

– Я попробую, – помрачнела девушка.

Она сама уже об этом думала, и не единожды. Но сдаваться при первых трудностях – это недостойно великой семьи Сангинетти, бабушка бы не поняла. Нужно приложить все силы, и тогда результат непременно будет. Чтобы она проиграла Санторо? Нет, справедливость восторжествует.

– Что ж, похвальное рвение. – Капитан несколько успокоился, поняв, что в ближайшее время его брату ничего не грозит. – Роберто, если ты остаешься, я дам задания вам обоим. Будешь делать с Франческо полную разминку, начиная с пробежки вокруг дома. Дом небольшой, так что задание – тридцать кругов. Затем по двадцать отжиманий за подход. Ты – от пола, Франческо – пока от стула. За день должны сделать пять подходов.

– А может, от стены? – предложил младший брат, у которого после вчерашнего возникли серьезные сомнения в том, что друг сможет двадцать раз отжаться даже от стула.

Винченцо оценивающе посмотрел на девушку. Пожалуй, брат прав – она столько не осилит. Но если давать поблажки, может понять, что раскрыта, и сбежать. И с Роберто сдружить их не получится.

– Нет, все-таки от стула, – решил он. – Если будет очень уж тяжело, уменьшите число. Но до разумных пределов. Остальные упражнения разминки он должен осилить без послаблений. Но в меньшем количестве, чем ты.

«Общие трудности сплачивают, – размышлял старший Санторо. – Главное, чтобы у нее сил к вечеру не оставалось да и мыслей в голове поменьше было. Но не передавить, а то точно сбежит. Что бы ей еще такого задать? Пожалуй…»

– Я приду к обеду, так что с вас суп, – заявил капитан. – Только никаких харчевен. Сами делаете.

– Ченцо, – взвыл Роберто, – я же тебе говорил, что готовить мы не умеем! Оба.

– Приготовить суп несложно, – отрезал старший брат. – Берете половину курицы, отвариваете до мягкости, добавляете овощей, крупы какой-нибудь и специи. Все это есть на кухне. Чего проще?

– На первый взгляд ничего, – неуверенно ответил младший. – Но мой внутренний голос буквально кричит о каком-то подвохе.

– Да какой подвох может быть в супе, сам подумай. – Винченцо ободряюще похлопал брата по плечу. – Все, остаешься за старшего.

На территории гарнизона капитан первым делом отправился к целителю. Тот, увидев такое стремительное улучшение пациента, довольно сказал:

– Все-таки обратились за помощью к родным покойного? И правильно сделали.

– Мне ничего не пришлось просить. Они сами, – ответил Санторо. – Только вот не удовлетворите ли вы мое любопытство? Что именно добавили в мазь?

После несложных манипуляций целитель заключил:

– Кровь очень близкой родственницы. Скорее всего, матери или сестры.

– Значит, все-таки сестра, – заключил Винченцо. – Интересно, что ее побудило это сделать?

– Возможно, пожалела вас, – предположил его собеседник.

На его предположение капитан Санторо только усмехнулся. Если учесть, что этим утром Франческа говорила, что лично хочет его убить, то жалости в ней точно не должно быть. И это разочарование на лице… Нет, она рассчитывала на другой результат.

От целителя Санторо отправился к начальнику гарнизона и доложил:

– Инор полковник, личность девушки установлена. Шпионкой она не может быть, так как еще четыре дня назад жила в родительском замке и никуда не выезжала.

– Тогда что она здесь делает?

– Приехала, чтобы отомстить мне за смерть брата. Это Франческа Сангинетти.

– Нужно срочно сообщить ее родителям.

– Инор полковник, пока не нужно. Вы же знаете, что они с моим братом должны были пожениться, но оба сбежали. Нужно дать им возможность получше узнать друг друга, сблизиться. Поэтому я решил только вам сообщить, и то потому, что вы считали ее орочьей шпионкой.

– Рискуете, Санторо, – недовольно сказал полковник и покрутил шеей в тесном форменном воротнике. – А если она вас ночью вместе с братом зарежет?

– Она так не поступит. Похоже, когда она ехала сюда, думала, что сможет меня победить на дуэли, но по приезде убедилась в обратном, а сейчас хочет, чтобы я ее натренировал. Так и сказала, что собирается убить в честном бою, глядя в глаза.

Полковник недовольно поцокал языком.

– Санторо, молодая девушка живет в одном доме с неженатыми мужчинами… Это губительно для ее репутации. Как бы потом у ваших семейств не появилась новая причина для мести.

– Никто не знает, что это девушка, – возразил Винченцо. – А потом они с Роберто поженятся и будут со смехом вспоминать эту историю.

На взгляд Франчески, продавать неощипанных кур – самое настоящее преступление. Они с Роберто уже битый час пытались выдрать остатки перьев из тушки, но курица до последнего не желала расставаться с тем жалким подобием одежды, которое на ней еще было. Наконец Санторо-младший смирился с поражением.

– Слушай, а давай ее побреем, – предложил он. – А то мы так до следующего утра провозимся.

– Мне кажется, – с сомнением в голосе сказала девушка, – что кур не бреют. Может, когда их варят, перья сами отваливаются?

– А что, – воодушевился Роберто, – давай проверим? В крайнем случае потом побреем. Главное, сделать это до прихода брата.

Загрузив половинку тушки так и неощипанной курицы в кастрюльку и залив ее водой, они дождались, пока закипит, и некоторое время с интересом наблюдали, как все это весело булькает.

– Ну что, – бодро сказал Роберто, – пойдем разомнемся?

– А за курицей присматривать не нужно? – с надеждой поинтересовалась Франческа, руки которой после вчерашнего так и не отошли. Она с ужасом представляла новые отжимания, пусть даже от стула.