Предел - Елена Лобанова

Нэрнис сострадательно коснулся плеча икающей, «подлив» аромата. Икота прекратилась. Зато началось то, что называется отвратительной женской дракой — с визгом, тасканием за волосы и некультурными попытками пнуть соперницу ногой. Пелли решила бороться за свою первую и последнюю любовь до конца и налетела на Нирти как буря.

Таким образом, зрелищ прибавилось. Под зубчатым балконом башни кипел бой, перемежаемый отборной руганью, лязгом железа, хрустом, уханьем и стонами — гномы старались. В коридоре шла битва за любовь с непременными когтями, «сама кошка облезлая», «тварь гулящая», всхлипами, ойканьем и намерением выцарапать глаза.

Разорваться на две части оказалось не под силу даже эльфу. А смотреть, как у дев задираются подолы, было еще и неприлично. Поэтому Нэрнис запер дверь в коридор и ретировался на балкон досматривать, как стража вступает в сражение, получая и от гномов, и от людей, и даже от гоблинов. На побоище стоило не только посмотреть. Следовало записать, а потом высказать отцу свежую мысль, что объединяющей силой для мира, если не станет орков, вполне может стать стража любого города.

Первый день Нэрниса в Торговой Империи удался на славу: один обморок, две драки (одна массовая), шикарный жест и два проявления личного сострадания. Малерна должна навсегда запомнить его таким — Ледяным, прекрасным, взирающим свысока. Вполне можно было отправляться спать. Вот только как теперь попросить ночную вазу у Малерны Фар Бриск? Совершенно ясно, что никак. Только впечатление портить. И Нэрнис не стал портить впечатление.

В середине ночи с башни донеслось странное журчание. Окрестности затопил нестерпимый запах цветов. Все обитатели и сторожа Предела уже знали, что в башне Замка Бриск поселился эльф. А всем известно, что ночью эльфы любуются на звезды и колдуют. И этот — не исключение.

Утро Нэрнис бездарно проспал.

*сатр — примерно соответствует сухопутной миле.

**сиори — ярко красные цветы с розовой сердцевиной.

*** тарл — камень необычайной крепости, похожий на розоватый опал (чаще всего). Самые ценные — лунные тарлы молочного цвета с искрами внутри, встречаются так же желтые и голубые. Черных тарлов известно только два. Оба в коронах Озерных Владык. Все тарлы гранятся под кабошон, а не многогранником, как прозрачные камни.

Глава 2

Что может быть хуже, чем утро, которое наступило днем? Когда в комнате уже жарко, день наполовину прошел, а дрему никак нельзя назвать сладкой? Хуже может быть только стук в дверь, который даже прийти в себя не дает, а требует немедленно вставать. А если к тому же стучат в балконную дверь, то изумленный разум поднимает тело рывком, не позволяя хозяину задуматься, а во что собственно это тело одето? Тело было одето в нижние штаны. И все. Нэрнис был почти уверен, что только отчаянная девица (одна из вчерашних) могла перелезть кладку, разделяющую башню на два балкона. «Состояние отчаяния». Но, соседи… Пока голова размышляла, рука тянула на себя створку двери. Поэтому первое чудо в своей жизни Нэрнис Аль Арвиль встретил, сверкая голым торсом и подштанниками.

Чудо нагло протиснулось в комнату и прикрыло дверь, отцепив пальцы Нэрниса от ручки, как мимоходом обрывают плющ.

— Даэрос Ар Ктэль. — чудо представилось и выжидательно замолчало. Нэрнис, получив новую порцию информации, пытался отыскать в своем жизненном опыте хоть что-то, что намекало на возможность существования потомка Светлых и Темных эльфов, которые никогда, ни при каких обстоятельствах не заключали ничего более серьезного, чем торговые союзы. И вообще старались не пересекаться. Тайна! Загадка! Имя гостя указывало на то, что он является признанным младшим сыном Дома. Пусть не самого знатного, но все же. Мысли носились как ошалелые. Как-то совершенно непроизвольно Нэрнис сделал шаг в сторону, перекрывая выход на балкон. Чудо не имеет права сбежать!

— Н-да… Понимаю, что я сам по себе должен вызывать удивление, а моё появление — тем более. — Нахальный гость осмотрел комнату, задержался взглядом на плаще, брошенном на спинку стула и изрек: «Все понятно».

Нэрнису как раз ничего не было понятно. Но он кивнул. На всякий случай. И, наконец, представился:

— Нэрнис Аль Арвиль, к Вашим услугам. А Вы… Ах, да…

— Да. Можно просто Даэрос. Обстоятельства нашей встречи не таковы, чтобы соблюдать этикет. К тому же никто не знает, что я здесь. А я здесь по делу.

— Делу? Ко мне? — Ситуация выходила за всякие рамки возможного и уже напоминала сон, в котором любая глупость должна восприниматься как норма. И то, что Нэрнис не предложил гостю сесть, и то, что сам стоял полуголый, вполне вписывалось в эту небыль.

— Я начну по порядку. Позволите присесть?

— Да, да, конечно, и я… сейчас — Нэрнис торопливо накинул на плечи плащ, освобождая гостю стул. Чудо, кажется, не собиралось убегать. Даже наоборот.

— Как Вы уже поняли, я являюсь младшим сыном Дома. Моя Достопочтенная Мать принадлежит к народу Темных эльфов. — При этом гость провел руками по белоснежным волосам, как бы намекая, от кого они ему достались. Мог бы и не намекать. Именно этот «окрас» и бросался в глаза прежде всего.

— Соответственно, мой отец, принадлежит к народу Светлых. Из чего следует, что он жив, и я знаю кто он, но Вам это знать незачем. — Многозначительный взгляд серых, почти прозрачных глаз, явно давал понять, что трогать эту щекотливую тему не стоит. Нэрнис подтверждающее кивнул. Теперь стало понятно, что чудо явилось в этот мир вполне естественным путем. Но менее чудесным от этого не стало. Наоборот! Неслыханно! Где-то живет один из поданных Озерных Владык, у которого есть сын, рожденный его темной возлюбленной. И может быть даже он, Нэрнис, знаком с отцом этого… Полутемного.

— Я уже давно живу в этом городе. Надеюсь, мне не надо очень подробно рассказывать, почему я живу не в семейных владениях? Я — Полусветлый. И этим все сказано. И Ваше удивление, и явное желание задавать вопросы личного характера мне более чем знакомо. И, если честно, мне это любопытство… дома надоело. Всякий гость, посещавший нас впервые, сначала примерзал к месту при моем появлении, а потом стыдился на меня смотреть, как будто я…Но, пожалуй, к делу. Все эльфы в каком-то смысле — сородичи, так?

— Так, конечно. — Нэрнис не собирался заводить себе родственников, тем более таких. Но не скажешь же гостю «нет». Особенно, если ради визита он полз по гладкой стене на такую значительную высоту. Вот, наверное, картина была! К тому же — у него такая душевная травма! Все-таки Темные — совершенно бессердечные существа! Гость тем временем продолжал: