Шум, или Что делать, когда не знаешь, что делать? - Ирина Кург

class="p1">Вот только чьей она станет, это мы еще посмотрим…. Главное-то, чтоб уважаемым инстанциям вылезти сухими из случившейся переделки.

Жилая высотка на шумной магистрали

Пример вопиющего злоупотребления понятием шумового барьера – проект жилой высотки на очень шумной магистрали, на который нанесена ломаная линия, символизирующая этот чудо-барьер.

При пристальном рассмотрении оказывается, что длина его 110 метров, а какова высота-толщина и из чего сделан – неизвестно. Пройти к остановке общественного транспорта в случае возведения этой китайской стены будет и вовсе невозможно. К проекту приложена яркая, из серии «вырви глаз» шумовая карта с объемистой пояснительной запиской.

Читаешь этот шедевр демагогии и не понимаешь, откуда выныривает вывод о том, что появление абстрактного защитного объекта улучшает шумовую обстановку до уровня, допускающего возведения в этом аду жилья. При этом нечто длиной 110 метров и неизвестной высоты даже не включено в состав проекта в качестве объекта проектирования! Это всего лишь черточка на чертеже.

Согласны ли мы на такое будущее?

Тенденция городского пейзажа этого, 21-го века – все чаще и чаще, в разных местах выбивающиеся из общего контекста несуразные, якобы шумозащитные заборы – свидетельство того, что строительство ведется хаотично, без должного перспективного планирования, но зато с полным игнорированием методов шумозащиты. Если следовать этой логике, в городах надо все самые яркие, самые посещаемые и мобильные места украшать такими заборами. Торжество бессмысленного уродства.

Главное – сиюминутная выгода, выжатая из каждого клочка земли. А уродливый забор – так, необходимая кость, которую потом приходится кидать тем, кто пострадал. Не всем, а только тем, кто кричит громче всех. На все заборы денег налогоплательщиков не хватит.

Об авиационном шуме и не только…

Специфика науки акустики состоит в невозможности введения и применения абсолютных единиц измерения. Тут мы имеем дело всего лишь с давлением, хорошо всем известным и измеряемым где в паскалях, где в атмосферах, где в миллиметрах ртутного столба.

Если говорить об измерении артериального давления, то широчайшие народные массы гипертоников, казалось бы, знают о нем все лучше любых врачей. Прекрасно знают, чем хороши или плохи 120/70, 90/60 или 230/140. И как соотнести их с понятными килограммами или сантиметрами, им совсем не интересно. Хотя и возможно, но смысла нет.

Восприятие звуков человеческим ухом и физиологическая реакция на них организма гораздо тоньше и сложнее, чем окружающие нас внешние физические процессы. И поэтому методы и единицы измерения, принятые и естественные для их описания, для работы со звуком не годятся никак.

Для достижения действенных результатов в решении проблем, связанных со звуком, создана весьма оригинальная система измерения и оценки. В отличие от других физических единиц, децибел не имеет прочной и ясной всякому опоры. Количественные оценки в акустике – это одно, а управление реальными процессами, достижение нужного результата – совсем другое. Для децибела не указ обычные математические действия.

Царство относительной по происхождению единицы децибела – своеобразное царство относительности. Некая фата-моргана в общем мире физики. Мираж, с которым сложно совладать.

Переориентация четкого и ясного законодательства СССР в области шума на общеевропейские принципы считаю большой ошибкой и результатом неквалифицированного подхода. Безусловно, изменения были необходимы, но положенный в основу новых нормативных актов материал оказался для специалистов других областей (строительных инженеров, проектировщиков, юристов) слишком сложным и недостаточно четким. Это не позволяет избегать ошибок в применении законодательства и создает почву для злоупотреблений.

Например, нет понимания, что результаты измерений по нормативам бытового, транспортного, производственного и прочего шума, мешающего людям в обычной жизни, нельзя сравнивать с замерами, предоставляемыми предприятием-источником шума.

Даже если отмести возможные попытки манипуляции результатами (технологии этого, к сожалению, не исключают), предприятие-источник, как правило, предоставляет результаты собственного мониторинга шума.

Мониторинг проводится там, где шум является неизбежным сопутствующим явлением. Правила мониторинга и, соответственно, отчетность базируются на конкретных условиях производства, в том числе, с учетом спектра, периодичности и характера шума. Т.е. относительные единицы децибелов «внутреннего пользования» не совпадают с теми децибелами, что приняты в нормативных документах «гражданского» производства. Тем более, с условиями их измерения.

Это понятно хорошим специалистам-акустикам, но совершенно не отражено в законодательной базе. И, соответственно, дает очередную почву для манипуляций.

Аэропорт в черте города

Хорошо, конечно, когда из центра города до аэропорта можно добраться за 10 минут, но что, если самолет рухнет на жилые дома? К сожалению, такие варианты расположения не единичны.

Как пример рассмотрим Таллинский аэропорт.

На нижеприведенной схеме его взлетно-посадочная полоса выделена красным, а взлетно-посадочный коридор желтым. Коридор, по обстоятельствам, используется в обе стороны. Очевидно, что он пролегает над озером Юлемисте и далее над городом (в основном, над спальными районами). Минимальная высота коридора на противоположном берегу озера 80 метров.

Этот пример актуален именно тем, что расположенное в черте города озеро Юлемисте является главным источником городского водоснабжения. А еще тем, что в ночь на 18 марта 2010 года над ним уже произошло серьезнейшее ЧП.

Как ЧП 18.03.2010 чуть не переросло в катастрофу

Тот март был особенно снежным и студеным. Залив и озеро были скованы толстенным слоем льда. Городу очень повезло.

Вследствие технической неполадки польский экипаж грузового самолета не дотянул до аэропорта и виртуозно посадил самолет на лед озера. Лед выдержал, обошлось без жертв. Постепенно проседающий самолет лед выдерживал еще несколько часов.

Наблюдая за комментариями произошедшего, я была удивлена их поверхностностью и вялостью. Седой академик что-то бормотал про анализ рисков. И выходило, что вроде бы все и ничего: довольно бодренько, с надеждой на лучшее будущее. Косвенные ссылки совсем не седых журналистов на мнение водоочистной станции, что качество воды не пострадало. Какие-то обсуждения по телевизору…. Даже слабые кивки в сторону нехорошести самолетов русского производства. Впечатление, что все очень даже ничего, ребята! Будем жить дальше…. Впечатление замятой проблемы.

Почему спасатели несколько часов не могли добраться до самолета? А потому, что дорога к воротам территории озера в принципе не расчищалась от снега! А если бы там 200 пассажиров тонули? Судя по всему, фактор риска недостаточно высок, чтобы снег тревожить.

Или в структурах, отвечающих за безопасность населения и ликвидацию последствий катастроф, ни на уровне города, ни на уровне государства не нашлось никого, кто способен понять, насколько важно обеспечение подъезда к стратегическим объектам?

Да, факт: уроки гражданской обороны в советское время были чересчур политизированы. Но это никак не