Любовная соната - Мэри Бэлоу

Она лежала неподвижно и расслабленно, игнорируя спирали желания, которые закручивались в ней, поднимаясь к ее груди, горлу, голове.

– О! – произнес он наконец, и в этом возгласе было глубочайшее удовлетворение.

Она подняла руки, чтобы укрыть его плечи одеялом, и повернула лицо так, чтобы ощущать своей макушкой его щеку.

Она ждала их в гостиной. Так сэру Джеральду сказали на следующий день, когда он приехал в дом своей любовницы с графом Северном. Он был рад этому. Он был рад, что ее не пришлось звать из верхних комнат. Накануне вечером она не предложила показать ему те комнаты.

Когда Прендергаст ввел их в гостиную, Джеральд с гордостью подумал, что она выглядит очень хорошо. Присс стояла в центре комнаты, одетая в легкое муслиновое платье с узором в виде веточек, ее темные кудри были недавно расчесаны, на щеках алел природный румянец. Она не стала, как обычно, протягивать ему руки. Она смотрела на него немного неуверенно, но на губах у нее была улыбка.

– Присс, – сказал он, подходя к ней. Она все-таки протянула ему руку, и он поднес ее к губам. – Как ты?

Ее улыбка потеплела.

– Я привел графа Северна познакомиться с тобой, – продолжил он. – Это Присси, Майлз.

Она сделала его другу реверанс и покраснела. Все женщины краснели, когда видели Майлза. Все дело было в его высоком росте, будь он неладен, в ширине его плеч, в его ярко-синих глазах и густых темных волосах.

– Присси, – сказал граф, тоже направляясь к ней и протягивая руку, чтобы поприветствовать ее. – Я слышал от Джеральда такие восторженные отзывы о вас, что просто не мог сам с вами не познакомиться.

Джеральд с раздражением заметил, что синие глаза друга озорно поблескивают. Граф склонился к руке Присси и поцеловал ее.

– Вы не присядете, милорд? – предложила она. – Я скажу, чтобы подали чай. Джеральд, садись, пожалуйста.

Были принесены чай и кексы, и следующие полчаса Присси занимала их разговорами. О себе она ничего не рассказывала. В основном умело задавала вопросы, отвечать на которые большей частью приходилось лорду Северну.

Мужчины неожиданно обнаружили, что вспоминают истории из своих студенческих лет и смеются над ними. Джеральд увидел, что в глазах его любовницы скачут искорки. Он перевел взгляд на своего друга. Тот казался чересчур красивым.

Он еще ни разу не вел разговора в ее присутствии. Он счел бы ее неспособной поддержать беседу. Как всякий мужчина, он считал, что его содержанка обладает лишь одним родом умений и только одним видом знаний.

Похоже, Кит по-настоящему хорошо обучила Присс. Ее выговор и манеры ни разу не изменили ей.

Когда они с Майлзом встали, чтобы прощаться, Джеральд снова поднес ее пальцы к своим губам.

– Благодарю тебя, Присс, – сказал он. – Я увижу тебя завтра вечером?

Она ему улыбнулась. Граф кашлянул.

– Я сам могу отправиться домой, Джер, – сказал он. – Тебе не обязательно уходить со мной. – Он поклонился Присси. – Это были очень приятные полчаса, мэм, и, наверное, теперь я понял, почему Джер так увлечен вами. – Он ухмыльнулся и подмигнул ей.

– Дьявольщина, Майлз, – недовольно проговорил Джеральд, когда они оказались на улице и направились на Гросвенор-сквер, – неужели ты не можешь предоставить человеку самому решить, когда ему хочется остаться наедине с любовницей? Я провел с ней всю прошлую ночь.

«Я овладевал ею три раза, а отправился домой уже после рассвета», – невольно вспомнилось ему.

– Она удивительно хороша собой и мила, – сказал граф. – Не удивляюсь, что она была любимицей Кит! Кто она? Наверняка не простая молочница или уличная девчонка. Могу предположить, что она девушка благородного происхождения, которой не посчастливилось.

– Откуда мне знать, кто она? Меня это не интересует, Майлз. У нее в моей жизни есть только одна роль. И я не намерен осложнять дело, пытаясь выяснить, кто она – или кем была.

– И все же, – заметил граф, – я думаю, тебе стоит узнать ее поближе, Джер.

Джеральд резко остановился.

– Если у тебя появились какие-то идеи, Майлз, – заявил он, – то лучше скажи мне прямо сейчас, чтобы я успел дать тебе в нос прежде, чем вспомню, что ты способен растереть меня в порошок, даже особенно не утомившись. Если ты себе не враг, то держи свои руки и свои мысли от Присси подальше.

Граф рассмеялся:

– Успокойся, Джер! Мне и в голову не придет охотиться в твоих угодьях, дружище. И потом, на мой вкус, твоя Присси чересчур мила и благовоспитанна. Мне нравятся гораздо более чувственные девицы. Я невыразимо жалею о Розмари. Несомненно, она добилась того, что Кит ее выставила за то, что она отказывалась работать по правилам. Ох уж эта Кит с ее правилами!

– Из-за Присси я очень рад, что у нее эти правила есть! – с жаром заявил Джеральд.

Его друг только посмотрел на него – и снова расхохотался.

Глава 4

Присцилла наслаждалась ощущением свободы и полного благополучия. Она гуляла по Гайд-парку в более ранние часы, чем это было принято у аристократического населения Лондона, вдыхая теплый воздух, напоенный ароматами раннего лета, любуясь ровными зелеными газонами и покрывшимися густой листвой деревьями.

Она зашла в библиотеку и взяла абонемент. И никто не стал указывать на нее пальцем и говорить, будто ей не место в. респектабельном заведении. Библиотекарь был любезен и дружелюбен. Присцилла несла под мышкой томик Даниэля Дефо. Свободной рукой она раскачивала свой ридикюль.

Прогулка по парку стала дополнительным подарком, который она сделала себе в честь прекрасной погоды. Она с ностальгией вспоминала розы, которые росли в деревне возле ее дома. Но в Гайд-парке тоже было очень красиво.

Она шла не по центру аллеи, потому что даже в этот час по парку ехали коляски и всадники. Похоже было, что летняя погода выманила людей из дома даже до наступления общепринятого времени променада.

Присцилла виновато подумала о том, как мисс Блайд выругала бы ее за то, что она гуляет одна. Однако дни, когда ей приходилось жить, повинуясь множеству правил словно школьнице, миновали. Она снова стала свободной – и наслаждалась своей свободой.

Этим вечером она с радостью ждала визита Джеральда – он должен был стать первым после почти недельного перерыва.

Она всю неделю жила одна – рисовала акварелью запомнившиеся ей уголки рядом с ее домом, напевала песни, которые так любил слушать ее отец, вышивала и слагала стихи. Стихи о любви она пыталась сочинять впервые. А еще она дочитала последнюю из книг, которые ей одолжила мисс Блайд.

Это была счастливая неделя, несмотря на то что она скучала без Джеральда. В предыдущую неделю – первую, которую она провела в своем новом доме, – он приходил к ней три раза, не считая того визита с графом Северном. И каждый раз он задерживался на несколько часов, а в самый первый раз даже провел у нее всю ночь. Ей понравился такой распорядок. Это больше походило на то, что у нее был возлюбленный, а не наниматель.

Ей нравилось думать о нем как о своем возлюбленном. Конечно, она по-прежнему позволяла себе фантазировать, будто он ее муж, но это был просто глупый вымысел, пусть он и доставлял ей массу радости, пока Джеральд находился с ней рядом, но на таких мыслях задерживаться не следовало.

Мысль о том, будто он ее возлюбленный, тоже, конечно, была фантазией, но не такой нереальной, как та первая.

Два всадника чуть замедлили коней на аллее при ее приближении. Впереди в их сторону двигалось ландо, сзади подъезжала двуколка.

– О, доброго тебе утра, милочка, – обратился к ней какой-то джентльмен, сидевший верхом, и приветственно приподнял шляпу.

Присцилла изумленно посмотрела на него.

– Тебе со мной не по пути, душенька? – спросил он, а его спутник тихо засмеялся. – У моего коня спина широкая, места хватит на двоих.

– Нет, благодарю, – сказала она и продолжила путь, решив, что торопиться было бы унизительно.

– Она из девиц Кит, – подхватил второй джентльмен. – Присси, кажется?

– Что? – изумился его спутник. – Ты сбежала от Кит без поводка? По возвращении тебя отшлепают, милая.

Присси подняла глаза и увидела, что второй джентльмен один раз был ее клиентом. Он ей подмигнул.

Она пошла дальше. Двуколка нагнала ее и проехала дальше. Управлял ею джентльмен, а позади него на высоком сиденье ехал мальчуган.

– Кажется, ей не хочется прокатиться, Клем, – заметил второй джентльмен. – Обидно, правда? А ведь ей стоило бы поразвлечься как следует, раз ее все равно будут пороть. Как я слышал, у Кит очень тяжелая рука.

– Может, мне проводить тебя до дома и заступиться за тебя, душенька? – спросил первый джентльмен.

Но эти два джентльмена просто развлекались. Они со смехом повернули своих коней, когда убедились, что она не намерена им подыгрывать, и поехали дальше своей дорогой как раз тогда, когда с ними поравнялось ландо. Продолжая путь, Присцилла подняла глаза на экипаж.