Наследник червоточины I - Иван

Служитель закона отказывался верить в происходящее.

- Товарищ лейтенант, я, между прочим! Осенью подаю документы в школу милиции. У меня по физкультуре пятёрка и память хорошая. Говорю же... - Это, он! Его фото!

Максим правдиво посмотрел в глаза милиционеру, затем мотнул головой в сторону дверного проёма.

- Не может быть?! - капитан по-прежнему ничего не понимал. Однако приподнялся со стула. Повернул голову в том же направлении.

Дверь, почувствовав тяжёлые, как кирпичи, взгляды, чуть присела от неожиданности, скрипнула и открылась внутрь.

- Оленька, солнышко, надеюсь ты не скучала? - в помещение вошёл человек в махровом халате, вытирающий голову полотенцем. Освободив лицо от ткани. С удивлением обнаружил свою помытую тушку в кабинете служителя закона.

- Мокрый? - удивлённо воскликнул лейтенант. - Ты что ли? Вот так встреча!

- Нет, это не я! Точнее, я - это не он! - затараторил рецидивист и бегом бросился в сторону выхода. Торопясь, задёргал ручку. Попытался как можно скорее покинуть пенаты любимой милиции.

- Стой, гад! Стрелять буду! - Синицин резво вскочил с места. Как матерый волк хищно ощерился молодыми зубами. Схватил стул и угрожающе направил его в сторону дергающегося бандита. - А-ну упал! На пол! Живо!

- Че сидишь? - уже обратились к Максиму. - Давай, быстро, заходи слева. Помогай!

- Господа, товарищи, милиционеры! Дорогие мои! Это недоразумение! - Мокрый истерически бился в дверь, пытаясь вернуться обратно.

- Я - не он! И шёл не сюда. Я случайно! Мне здесь ничего не нужно. Простите! Помогите! Выпустите меня! Я ни в чём не виноват!

Глава 4

«Гобелен» – 13 округ Парижа.

Где-то на окраине города.

Павильон приват-студии «Дюваль».

Максим зашёл в небольшое помещение. Прошёл по коридору. Перед дверью офиса собственника повстречал плачущую женщину. Среднего роста, полная, в какой-то старой вязаной кофте и бесформенной юбке, она, размазав тушь по лицу, громко ревела прямо в цветок, что держала в руках.

Странный посетитель подошёл вплотную. Произнёс на ломанном английском. - Простите, мадам? Первый день в Париже и признаюсь никогда не видел чтобы француженки так оригинально поливали цветы.

- А я его не поливаю. Просто меня уволили. Хозяин компании месье Дюваль сказал, что я больше не нужна. Он всех уволил и меня тоже. Хотя я недавно устроилась и все меня хвалили.

- Оу, мадам! - придирчиво осмотрели бывшею работницу приват-студии. - Так, вы актриса? В каком фильме снимались?

- Нет, я референт. Работаю с бумагами. А ещё слежу за цветами.

- Мфф, мфф.. всхлипнули, вытирая мокрую щёку. - Точнее за цветком.

- Понятно, - парень осторожно обошёл ревущую, вошёл внутрь, аккуратно прикрыл дверь за собой.

Через несколько минут выглянул хозяин компании. - Мадам Пуартес, вы ещё здесь? - Его глаза метали молнии.

- Нет, месье Дюваль, я уже ушла.

- Куда ушла? Зачем ушла. Почему ушла? Что за бардак происходит на студии? Что вы себе позволяете? Хотите чтобы я уволил вас?

- Так, вы... меня, уже... уволили?

- Когда? - глаза работодателя страшно выкатились из орбит.

- Только, что.

- Кто вам сказал?

- Простите, месье. Просто когда вы сказали, что я уволена. Я подумала, что уволена. А раз я уволена, то значит уволена. И теперь без работы.

- Что за бред? Если не хотите чтобы я уволил по-настоящему! Быстро поставьте цветок на место и занимайтесь делами.

- Слушаюсь, месье Дюваль.

- И перестаньте ревень!

- Хорошо, месье Дюваль.

- И отойдите от двери. Не пугайте посетителей.

- Уже отошла, месье Дюваль.

Дверь громко захлопнули перед носом.

Женщина вздрогнула от стука дверного проёма. Перестала тереть глаза. Рассеяно осмотрела полностью ободранную, пустующую студию. Увидела забытый всеми разбитый деревянный ящик, одиноко стоящий у стены. Подошла к нему. Постелила намокший платок. Присела на краешек, обняла цветок и стала ждать.

......

Новый деловой компаньон по кинобизнесу осмотрел скромный кабинет отца основателя студии. Хмыкнул.

- Да-а, хоромы-то не царские.

- Что ви иметь ввиду, месье Иванов, когда говорить такой обидный слова? - Дюваль насупился как индюк. Покраснел.

- Говорю, скромно у вас.

- Ми есть небольшой малоизвестный приват-студий. Вынужден экономить на всём. Особенно офис руководитель.

- Вот, я и говорю, у моего соседа по даче, пенсионера, собачья будка больше чем ваш кабинет.

Дюваль удивлённо приподнял густые брови. - В СССР? В Москва? Такие будка у собак? Это есть юмор шутка?

- Ага, - пришелец закончил обход кабинета. Подошёл к креслу. Сел в него. Покрутился.

- Ну-с. Месье Дюваль? - Хлопнули в ладоши. - Я готов начать работать. С чего начнём?

Симон деловито насупился. - Я думать срочно начать набор новых работник. Студия совершенно пустой. Нет никого. Даже персонал площадка.

- Дельное предложение, - протянули руки к небольшому столику. Из стопки достали журнал с картинками привольного содержания.

Француз взял бумажку со стола. Пробежался по ней глазами. - Ещё нужен новый хороший аппаратур, свет, декораций, сценарий, режиссёр.

- Тоже верно, - согласились рассматривая худую блондинку в красном белье.

- Но, самый главный проблем – срочно нужен половина милль франк, чтобы закрыть старый долг компания. Без этого нельзя начать работа.

- Полмиллиона, - русский скривил лицо показывая какие пустяки.

Журнал откинули в сторону. Поднялись с кресла. Подошли к окну. Посмотрели на дымящие заводские трубы фабрики «Гобелен». Повернулись

- Мой друг, месье Симон! Я знаю место где можно быстро достать деньги. Много денег. Огромную сумму.

- И где такой мест?

- В банке! Кстати, какой в Париже самый большой и богатый банк?

Дюваль задумчиво поджал губы. - Думаю «Кредит Агриколь».

- Что ж! - Улыбнулись. Пощёлкали пальцами. - Поздравляю вас месье Симон. Сегодня у нас знаменательный день! Мы с вами идём грабить «Кредит Агриколь»!