Марго. Помощница для вампира - Светлана Шавлюк

Стоило нам завернуть за угол, как в глаза ударил яркий свет фар. Я оторопела. Перед нами стоял автомобиль. Черный блестящий, обтекаемая форма. На рынке ничего подобного видеть не пришлось. Лишь лошади, повозки, потрепанные жизнью экипажи и пешеходы. Тихо урчал мотор. Передняя дверь поднялась вверх, оттуда выскользнул мужчина в темном костюме. Водитель — поняла я. Он отворил заднюю дверь, молчаливо приглашая меня сесть. Или приказывая. Кто их теперь разберет. Хозяин же устроился на переднем сидении. Я скользнула в салон. Запах табака и мужского парфюма тут же окутал меня. Притихла и огляделась. Скользнула ладонью по ткани, которой были обтянуты кресла. По ощущениям было похоже на бархат. Двери отделаны деревом, идеально чистые стекла, сквозь которые были хорошо видны серые улицы.

С тихим рыком машина двинулась вперед. С каждой секундой волнение накрывало с большей силой. Дрожь пробирала все тело, несмотря на то, что в машине было гораздо теплее. Мужчины не проронили ни звука. Тишина давила. Столько вопросов крутилось на языке, но я боялась заговорить. Одновременно меня сжирало любопытство, куда меня привезут, и что будет дальше, а еще был страх. Много-много страха перед неизвестностью.

За окном проносились серые дома, в редких окнах горел тусклый свет. Эти постройки напоминали одна другую. В какой-то момент показалось, что меня возят по кругу, но вскоре плотная застройка кончилась, машина выехала из узкой улочки на широкую дорогу, пролетела мимо площади с фонтаном, яркие вывески полыхали разноцветьем, но разобрать хоть какую-то надпись я не могла. Слишком быстро мы ехали. Очень надеялась, что если речь местную понимала, то и с чтением будет порядок. А раз уж мой вирр (вернее, я — его, конечно) богат, то и книги найдутся в его доме. А книги — это знание. А знание, как известно, сила. Будем набираться и того, и другого, чтобы выбраться из той глубокой жо…западни, в которую я попала.

4.2

Тайлинг Ториэс

Он чуть задержался на корабле, чтобы поговорить с Эдрианом о последних новостях от айров. У них произошел переворот, а значит, если наследница престола не объявится и не вернет свое, придется выстраивать отношения с новым правителем.

Когда он оказался у места, где заключался договор с товаром, девушка с проводником были уже там. Он чуял ее запах. Именно он заставил остановиться у того помоста. Этот запах едва не вышиб его из седла. Он бросился в нос и Тай был готов поклясться, что почувствовал жар. От девушки пахло огнем. Тай впервые чувствовал нечто подобное. А когда взглянул на нее, вовсе был поражен. Она и сама была, как пламя. Волосы горели в солнечном свете, глаза полыхали эмоциями. Ему не терпелось вновь посмотреть на нее. И он не смог удержаться, прошел тенью и несколько секунд наблюдал за ней — растерянной, опасливо оглядывающейся, безумно напуганной, но несломленной. Она была слишком худа и бледна. Слишком. Для людей. Но не для вирров. Но перед ним был человек. Ее сердце билось так быстро и громко, что заглушало все остальные звуки.

Он шагнул из темноты. Девушка едва заметно вздрогнула, но тут же взяла себя в руки. Склонился над бумагами. Стандартный договор с товаром. Много сотен лет назад после долгой кровопролитной войны, вирры, айры, вейры и люди пришли к соглашению, по которому мы обязаны дарить свободу своим рабам спустя двадцать лет. Либо раньше. Тай пробежался глазами по знакомым строчкам. Но продолжал краем глаза следить за девушкой. Она рассматривала его. Взгляд хоть и был любопытным, но осматривала она его цепко.

Он повернулся и взглянул ей в глаза. И мгновенно перенесся на несколько лет назад, когда потерял мать и отправился к оракулу. В том видении, которое показал ему оракул, все было в тумане. Это был хаос из едва различимых картинок. Дети, девушки, люди, вирры, все было перемешано и смазанно. Слова оракула тоже не принесли понимания. Тай лишь понял, что ту, о ком говорил оракул, он обязан найти первее тех, кто убил его мать.

— Ищи ту, что давно уже не ищут. Найдешь там, где никогда не ищешь. Купишь чужую, получишь свою. Сделаешь все правильно и все правила нарушишь. Купишь и тут же лишишься. Она тебе и поможет. Найдешь, не упусти. Ищи.

Бред. Какой же это был бред. Казалось, оракул смеется над ним. Ищи то, не знаю, что. А найдешь, так лишишься, но не упусти. Что за бред?

Он уже ошибался, и теперь смотрел на девушку, гадая, не принял ли желаемое за действительное. В нем вдруг взыграли сомнения. Она показалась совершенно обычной, немного взбалмошной и чересчур дерзкой для обычной рабыни. Он на секунду пожалел, что купил ее, пусть и за бесценок. Вдруг понял, что с такой, как она, может возникнуть масса проблем. Если бы он знал, насколько был прав.

Глава 5

Маргарита

Мы ехали около получаса по пустым дорогам. Изредка навстречу попадались другие машины, мелькали прохожие — мужчины и женщины в простой одежде, спешащие куда-то по ночным улицам.

Вскоре мы заехали в район, который я про себя прозвала зеленым. Пышные деревья, густые кустарники, аккуратно постриженные газоны у придомовых территорий шикарных особняков. Сады, подсвеченные уличными фонарями, цветы в клумбах за кованными заборами. Машина постепенно начала сбавлять ход. Мы подъехали к широким кружевным воротам, которые распахнулись, впуская хозяина домой. Машина въехала во двор, прокатилась по узкой дорожке и остановилась у лестницы из четырех ступенек, ведущей к двери двухэтажного каменного дома.

Меня выпустил из машины все тот же молчаливый водитель. Хозяин расщедрился на короткое «за мной» и пошагал к лестнице. Подчинилась, делать нечего. Мы вошли в дом. Нас никто даже не встречал. Хотела спросить, что дальше, но вдруг осознала, что даже не знаю имени своего хозяина. Незадача. Он остановился. Я тоже притормозила в нескольких шагах от него. Решила воспользоваться передышкой и оглядеться.

Огромный холл, широкая лестница, укрытая темным ковром. Перила с узором в виде переплетенных веток неизвестного растения. Два коридора по бокам. Пушистые цветы в высоких кадках. Огромная люстра свисающая с высокого потолка сейчас источала тусклый свет. Весь холл тонул в полумраке. Стены были задрапированы в темную ткань со светлым, словно серебристым узором, который мягко блестел в тусклом свете. Несколько картин в резных золоченых рамках с изображением бушующего моря, какого-то утеса и туманных гор. Мрачненько, но симпатично.

Кожи коснулся холодок. Странный, неестественный,