Поцелуй волчицы - Андрей Михайлович Дышев

будет сделать уже через час-другой после взаимного знакомства, подумал я. Задачка для первоклассника.

– Вам что-нибудь не понятно? – спросила менеджер, поймав мой отсутствующий взгляд.

– На четырнадцатое июля все места распроданы? – спросил я.

– К сожалению, да, – печальным голосом сообщила менеджер и сразу же вступила в яростную борьбу за клиента: – Зато есть несколько свободных мест на двадцать первое. Сколько вам оформить билетов? Парочку?..

– Вы меня… – попытался я воткнуть слово, но безуспешно.

– Нужен только загранпаспорт, – продолжала давить менеджер, слету перебивая меня. – Никакой визы для Кипра не требуется! Я гарантирую вам ни с чем не сравнимый отдых! Массу впечатлений! Высочайший сервис…

– Дайте же слово сказать! – взмолился я.

Девушка тяжело выдохнула и вытерла платочком взмокший лоб.

– Я очень щепетильно отношусь к тем людям, которые будут окружать меня во время отпуска, – сказал я. – И потому прежде чем купить путевку, всегда выясняю, кто будет со мной в группе. Я имею ввиду не только фамилии, но и возраст, род занятий, место жительства.

– Я понимаю, – обреченным голосом прошептала девушка, бесцельно перебирая бумажки. Она говорила таким тоном, словно молила меня о пощаде. – Конечно, вас можно понять, но с нашей стороны было бы бестактно выяснять такие подробности у клиентов, которые подают заявки на участие в круизе.

– Как? – удивился я. – Вы не знаете, кто поплывет завтра на "Пафосе"?

– Мы получили только заявки и авансы, – стала торопливо объяснять девушка. – А продажа путевок, регистрация отплывающих на таможне и пограничном контроле будут завтра, за час до отплытия… Поверьте, нашими услугами пользуются очень порядочные люди, и до сих пор не было ни одного случая хулиганства или кражи…

Я поднялся со стула.

– К сожалению, мне это не подходит, – ответил я.

Менеджер, захлопнув каталог, тоже поднялась и сделала последнюю попытку удержать меня:

– Я не гарантирую, но может быть кто-либо из пассажиров завтра откажется от участия в круизе, либо не придет на регистрацию. Тогда мы сможем вас отправить. Позвоните мне завтра около четырех.

И она протянула мне визитную карточку. Рассматривая изображенные на ней парусник, якорь и бородатого, похожего на бомжа Нептуна, я вышел на улицу.

– Извините, позвольте задать вам несколько вопросов!

Я поднял голову и увидел перед собой Буратино. Он уже коснулся хорошо отточенным карандашом первой графы анкеты, и лицо его излучало беспредельное счастье, уверенность в завтрашнем дне и чистоту помыслов.

– Валяй! – согласился я.

– Сколько вы можете потратить на отпуск?

– Двадцать тысяч долларов, – почему-то соврал я, назвав прилипшую к памяти цифру.

– Правда? – фальшиво восхитился юноша, не поверив мне, но и глазом не моргнув. – Тогда позвольте пригласить вас на нашу презентацию и задать вам еще несколько вопросов…

– Постой-ка! – перебил я его. – Я отвечу на все твои вопросы, только дай сначала взглянуть на них.

Буратино явно не ожидал такого необычного предложения и не успел оказать мне сопротивления. Я без труда завладел его папкой с анкетами. Откинув чистый бланк, я пробежал глазами по первой строке предыдущей анкеты. "Киселева Лидия Петровна"…

Я еще перевернул страницу. "Ткачев Андрей Анатольевич". Затем следовал "Афанасьев Владимир Владимирович"… Анкеты Нефедова не было.

– Слушай, – произнес я, не сводя пытливого взгляда с глаз Буратино. – Только что сюда усатый мужичок на джипе подъезжал. Ты ему тоже задавал вопросы. Так где его анкета?

– На джипе? – обрадованно ответил Буратино. – Усатый? Вот же она!

Он протянул мне анкету, которая лежала под "Киселевой Лидией Петровной".

– Он представился Ткачевым? – спросил я, кинув взгляд на анкету.

– Да, – кивнул Буратино. – А что? Это ваш знакомый?

А почему бы и нет, подумал я. Не станет же Валерка перед кем попало своей фамилией представляться! И мне так же следует поступить.

– Да, знакомый, – ответил я, еще раз просматривая анкету и возвращая ее Буратино. Валерка нафантазировал правдоподобно. На отпуск он якобы способен отвалить десять "штук" баксов, по профессии преподаватель гуманитарного университета, любит пятизвездочные отели с видом на горы, предпочитает Африку Европе и в настоящий момент проживает в гостинице "Ялта" в номере "222".

Я ответил на вопросы социолога в том же духе: Керенский Михаил Миленович, экс-депутат Шпуньковского поселкового совета, а ныне держатель контрольного пакета акций АО "Докторская колбаса". Буратино все аккуратно записал, но про презентацию забыл, а я не стал напоминать.

5

– Я приехала, – томным голосом сказала Эмма, нарочно коверкая слова искусственным акцентом.

– Я очень рад, – ответил я в трубку и на вопросительный взгляд Валеры состроил безрадостную гримасу.

– Страшно устала. Три часа на подиуме. Когда дошла очередь до нательного белья, я уже плыла, – невыносимо растягивая гласные, произнесла Эмма.

– Тебе надо отдохнуть, моя сладкая.

– Но так и быть, приезжай, – поторопилась промурлыкать Эмма, боясь, что я сейчас прерву связь, и многообещающим шепотом добавила: – Я соскучилась.

– Извини, я занят, – как можно мягче ответил я и погасил очередной прилив нежности своей поношенной подруги кнопкой "ON/OFF".

Мы с обедали у моего знакомого в кафе "Рангоут". Нефедов собрал на морском дне полтора десятка килограммов рапанов, отнес их на кухню и рассказал поварам, как их следует приготовить.

Мы пили белое вино, выковыривали палочками щедро сдобренное зеленью и чесноком мясо виноградных улиток и говорили о женщинах. О женщинах вообще, даже намеком не касаясь клиентки Валеры, подписавшей анонимное письмо буквой "А". Я смотрел на холеное, Ломко выбритое лицо друга и меня подмывало спросить, почему он представился в анкете фамилией Ткачев, откуда он эту фамилию выкопал – с "потолка" или же у него есть знакомый с такой фамилией?

– Даже одинокие москвички уже не пользуются такой популярностью, как раньше, – говорил Нефедов, листая свежий номер "Курортных новостей". Я слушал его невнимательно, погруженный в свои мысли. – В прошлом году такого не было. Налицо результат гнусной пропаганды, рассчитанной на то, чтобы навеки похоронить попытки крымчан обрести независимость… Вот, пожалуйста, – ткнул он пальцем в заметку о дезертире, убежавшем с воинской части с "калашниковым". – Это урожай с того же поля.

Нет, не