Хроники Остунгславии - Александр Токун

конструктивно слабых мест. Тонкая работа, — заключил Мурзовский.

— Значит, это точно не топливные трубки?

— Подождем еще два-три дня, прежде чем делать выводы, испытаем двигатель с новым топливом, под нагрузкой. Но пока я склонен считать, что проблема не в трубках.

— Но ведь бракованным мог оказаться как раз тот двигатель, который стоял на утонувшей подлодке, а с этим все в порядке, — возразил Штюцль.

— Конечно, могло быть и так, — согласился Дмитрий. — Я ведь сразу сказал, что наверняка узнать о причине аварии мы не сможем.

— Как вам кажется, не слишком ли опрометчиво давать такой важный военный заказ венграм, особенно после недавнего восстания? — задумчиво произнес Маркус.

— Считаете, это могла быть диверсия? — скептически проговорил Мурзовский. — Я думаю, венгры не станут подвергать опасности свою деловую репутацию ради мелкой мести. И потом… вы же говорили с директором завода в Будапеште. Каким он вам показался?

— Герр Макаи? Он даже обиделся, что я подозреваю его завод в производстве бракованных двигателей.

— Вот видите!..

— Правда, потом он как будто хотел задобрить меня и организовал целую экскурсию по заводу…

— Не удивительно! Ведь там есть на что посмотреть, не правда ли?

— Ну да…

— Вам показалось, что директор хитрит или что-нибудь не договаривает?

— Откровенно говоря, нет, — после паузы ответил Штюцль. — Он, кажется, порядочный человек.

— Тогда зачем хотите очернить его предприятие?

— Не обращайте внимания, просто мысли вслух… Забудем этот разговор.

Они еще немного прошлись. Маркус чувствовал себя неловко.

— Ладно, — сказал он, остановившись. — Работайте, не буду вам мешать.

— Ничего, не беспокойтесь! — махнул рукой Дмитрий. — За два-три дня мы разберемся с двигателем, и, если все будет в порядке, можете возвращаться в Полу. Я еще заеду к вам в Вену. Вы остановились в гостинице?

Штюцль назвал отель.

— Вот и прекрасно! Если появятся новые сведения, я дам вам знать.

Инженеры попрощались.

Возвращаясь на поезде в Вену, Маркус задумался, стоило ли ему рассказать Мурзовскому о таинственном незнакомце. Возможно, Дмитрий объяснил бы ему, кто это и зачем его преследует. Странный субъект и связанная с ним тайна не давали покоя инженеру.

Майор Ловицкий

Поезд прибыл на Северо-западный вокзал около часа пополудни. Впереди у Маркуса было несколько часов свободного времени. Погода радовала Вену одним из последних теплых и ясных дней в году. Штюцль решил съездить на окраину столицы, в Гринцинг, чтобы пообедать и отведать молодого вина в одном из местных хойригеров. Инженеру хотелось сполна насладиться этим свободным погожим днем, заставшим его в Вене.

Черный с желтой полосой «Нессельсдорф» вывез Маркуса из паутины шумных, расходившихся под прямыми углами улиц, застроенных большими, плотно подогнанными друг к другу зданиями, в тихий, уютный пригород, где маленькие домики карабкались по склонам занятых виноградниками холмов. Штюцль вышел из такси и направился по извилистой улице вверх. Внимание инженера привлек обвитый плющом желтый дом, на террасе которого расположились несколько простых деревянных столов. За одним из них увлекательно беседовали два столичных франта, за другим мило шептались парень с девушкой. Маркус занял самый дальний стол, откуда открывалась замечательная панорама. В совершенно прозрачном воздухе виднелось расстилавшееся до самого горизонта белое море домов Вены, оттененное зеленью виноградника.

Инженер плотно пообедал и уже хотел приняться за бокал белого вина, когда к его столу подошел полноватый человек в пенсне с моржовыми усами.

— Красота! — воскликнул он. — Отличный выбор!

— Простите? — не понял Штюцль.

— Вид красивый, — пояснил незнакомец.

Маркус молча обернулся в сторону панорамы и сделал маленький глоток из бокала.

— Можно к вам сесть? — спросил человек в пенсне.

Инженер испытующе посмотрел на него, но ничего не сказал. Штюцль решил, что это один из тех одиноких людей, которые любят болтать с незнакомцами. Лучший способ избавиться от них — молчание.

Тем временем человек в пенсне сел за стол, положив котелок себе на колени. Он внимательно посмотрел на пившего вино Маркуса.

— Как поживаете, герр инженер? — участливо поинтересовался незнакомец.

Штюцль едва не поперхнулся.

— Мы знакомы? — спросил он.

— Заочно, — ответил человек в пенсне. — В командировке?

— Да, — насторожился Маркус.

— Как давно в Вене?

— Несколько дней, но я отлучался по делам в другие места.

— Прекрасно, — проговорил незнакомец.

— А, собственно, почему вы спрашиваете? — недоумевал инженер.

— Извините, я не представился, — сказал человек в пенсне. — Майор военной контрразведки Ловицкий.

Штюцль устало посмотрел на своего собеседника.

— Вижу, вы мне не верите, — человек в пенсне извлек из кармана пиджака удостоверение и бросил его на стол.

Маркус стал удивленно изучать удостоверение.

— Ну что, похож? — шутливо произнес Ловицкий.

Инженер вернул майору удостоверение.

— Что вам от меня нужно?

— Поговорить.

Штюцль хмыкнул.

— Просто поговорить. Времени у нас много. До открытия заведения фрау Майзе остается, полагаю, — Ловицкий взглянул на карманные часы, — почти четыре часа.

— Как?… — побледнев, осекся Маркус.

— Чего вы испугались? Все мы грешны, — невозмутимо продолжал майор, затем, приблизив лицо к инженеру и заговорщически улыбаясь, вполголоса проговорил: — Хотя на вашем месте я бы предпочел Гертруде Зоффи — такая фигуристая бабенка!..

— Зачем вы меня преследуете? — взорвался Штюцль. — Зачем этот ваш тип залез в мой номер в Будапеште?

Ловицкий удивленно вскинул брови.

— Разве он не ваш?… — изменившимся голосом сказал Маркус.

— А вот с этого места, пожалуйста, поподробнее… — попросил майор.

Инженер сбивчиво рассказал Ловицкому о своем таинственном преследователе.

— Очень интересно! — заключил майор. — А еще не хотели со мной разговаривать. Не волнуйтесь, мы разберемся, что за тип вас терроризирует. Но даю вам слово, что он не наш.

— О чем вы хотели со мной поговорить? — успокоившись, спросил Штюцль.

— Дело в том, герр инженер, что в Морской секции завелся крот. Он действует очень умело, и мы даже не знаем, на чью разведку он работает. Но документы о Военно-морских силах Остунгславии стали регулярно утекать за границу.

— Извините, но здесь я вряд ли смогу вам чем-то помочь, — заметил Маркус. — Во время этой командировки я только один раз ездил в Морскую секцию и пробыл там буквально десять минут.

— Ошибаетесь, герр инженер! — возразил Ловицкий. — Когда я говорю о кроте в Морской секции, это означает, что он может сидеть не только в управлении в Вене, но и в Поле, Триесте, Фиуме — в любом подразделении. К тому же информация о преследующем вас человеке может оказаться полезной для нас. Вдруг это нить, которая выведет нас к преступнику?… Так что живите обычной жизнью, смотрите, слушайте и, если заметите что-нибудь необычное, например появится ваш хороший знакомый, сообщите нам.

— Каким образом? — поинтересовался Штюцль.

— Сейчас вы живете в гостинице, мы знаем, в какой. На каком этаже находится ваш