Нулевой. Том 4. Новые Горизонты - Алекс Бредвик

сейчас, когда эти мысли пришли в мою голову, сомнения просто начали раздирать меня изнутри. Чип говорит, что у меня отсутствует доступ во всепланетарную сеть, но так ли это? База данных-то откуда-то получена. И если они смогли манипулировать моим чипом тогда, почему не могут сделать этого сейчас?

Только одни вопросы и ни одного ответа. Система, которую за несколько десятилетий выстроило правительство, была просто непрошибаемой. Для меня одного. Чтобы воевать с этой системой, надо было в этой системе не состоять либо обладать уровнем доступа, позволяющим эту самую систему изменять. А у меня доступа нет никакого. Вроде как. Или есть, но скрытый, что даже я о нём не знаю.

— У меня появилась одна идея… — слегка улыбнулся я, продолжая развивать весьма сумбурную, но вместе с тем предположительно действенную задумку.

— Какая именно идея? — слегка обернулась Алисия, убирая очень гибкую ветку перед собой, но из-за того, что не видела её целиком, ветка сорвалась и со всей дури хлестнула ей по щеке, оставляя красный след. — Ай!

— Ты за дорогой впереди лучше следи, — усмехнулся я, не скрывая улыбки, — мне тебя и так хорошо слышно.

— Не умничай… — с лёгкой обидой и некоторой злобой в голосе сказала девушка, а её красные волосы словно сами слегка зашевелились, порождая у меня ворох мурашек по всему телу.

Что-что, а момент, когда я пытался до неё дойти в момент пробуждения её невероятной силы, мне запомнился навсегда. Такой опыт повторять больше не хочется. Но, думаю, когда-нибудь да придётся. Эта «способность» раскрывается только в тот момент, когда у неё сильная эмоциональная перегрузка. А триггером для перегрузки может стать всё что угодно.

— Ладно-ладно, — решил я не злить эту мадам с невероятной и необузданной силой внутри. — Так вот мне нужно найти кого-то, у кого есть определённые возможности манипулировать системой, которая внедрена на этой планете. Ну или у всего человечества…

— Система… это которая? Можно точнее? Это как-то связано с чипами?

— Да, — кивнул я. — Чипы, они соединены в одну очень большую систему. Вот только рядовые пользователи не вправе её регулировать, только пользоваться. Ну или чтобы ими пользовались, — усмехнулся я. — А мне нужен именно тот, кто способен регулировать эту систему, изменять хоть какие-нибудь правила внутри неё…

— А ты способен на это? — продолжила задавать свои вопросы девушка, что было неудивительно, ибо она в этом мире, том, что находился за границами огромной пустыни, была впервые. — Способен регулировать эту систему?

— Не совсем… Как бы объяснить… — снова я попытался рукой вытереть на подбородке капельку пота, но ничего не получилось, из-за чего снова я вытер её об одежду на груди. — У меня есть возможность подключаться к другим чипам, так я смог обновить карту местности, смог подключиться к квантовым каналам обмена голосовой информацией и тому подобное. Скорее всего, так у меня пополнилась база данных обо всём на планете. В общем, у меня есть возможность воздействовать на систему, если я смог у кого-то получить этот доступ. А так, я от неё отрезан.

— А зачем тебя от неё отрезали? — вопросы всё так и сыпались, что уже начало несколько утомлять, но я пытался не подавать никакого виду, не хотел ничем и никак обидеть Алисию.

— Не знаю… — реально задумался я над этим вопросом. — Никогда особо не думал, а сам чип на это ничего не говорит. Вероятнее всего, это дело рук одного скрытного сочувствующего мне… Своего среди чужих, того, кого принудили работать.

— И кто же это?

— Уже никто, — печально вздохнул я, так как и от вопросов реально утомился, да и Хендмейна жалко. Он не был виноват в том, что его принудительно, ценой его любимой семьи заставили работать над этим адским проектом. — Он умер, причём я косвенно виноват в его смерти. Был слишком слаб, чтобы чем-то помочь ему, не знал, как правильно пользоваться силой. Да и сейчас не знаю. Плюс… считал его врагом, хотя это было совершенно не так. Он был моим самым главным союзником. Всё то время, что я был в той тюрьме… он думал обо мне, реально думал. Но он был просто не на той стороне. Обстоятельства сделали нас врагами. Но не я его убил. Я был слаб…

— Когда ты что-то неспособен сделать из-за того, что просто не хватило сил или возможностей, то в этом твоей вины нет, и не стоит себя в этом корить, — неожиданно решила поддержать меня девушка, как раз в тот момент, когда мы пробрались через самые густые участки леса, выйдя в более-менее привычный лес с не особо плотной растущей растительностью. — Если этот человек тебе помог, просто будь благодарен ему. Если он что-то хотел, чтобы ты сделал, даже если он напрямую об этом не говорил, то сделай это.

— Надо найти сведенья о его семье, — уверенно сказал я, кивнув самому себе, лишь после этого ускорив шаг. — И отдать почести, если мертвы, а потом отомстить за их смерть. Если живы… то освободить. Так, думаю, я отдам ему тот долг, который у меня есть перед ним.

Дальше мы шли молча, особо общаться каких-либо тем, да и смысла, просто не было. Я шёл и размышлял, какие ещё препятствия будут на моём пути, что придётся преодолеть и как придётся поступать. В одном я уверен был точно, обычное население трогать я ни в коем случае не буду. Если только они не будут представлять реальную опасность. Да и в этом случае, думаю, просто уложу, оглушу. Но не убью. Их обманом заставили вживить в свои головы чипы, их обманули, пообещав райскую жизнь. Они не виноваты в том, что стали пешками системы, которая хитроумно придумана правительством. Либо изменена.

А ещё я очень долго размышлял на тему того, что же именно сделал для меня Хендмейн. Почему именно я остался в живых, а не кто-либо другой. Почему я был одним из последних подопытных, почему меня держали в резерве столь долгое время, почему мне пришлось страдать и видеть мучения других те два месяца?

Я просто был уверен в том, что всё тут неспроста, что Хендмейн, зная, что я тоже в плену, тянул резинку как можно дольше. Просто чтобы нужный ему человек стал тем самым первым удачным результатом эксперимента либо одним