Нулевой. Том 4. Новые Горизонты - Алекс Бредвик

что, бери пока сумки и подбери себе более-менее подходящую одежду, а я пока перенесу Ивана и хворост подальше от воды, мало ли что.

Ответом мне был лишь кивок. Вскочив на ноги, девушка тут же выхватила у меня сумки и буквально улетела в сторону небольшой лесополосы примерно в сотне метров от нашей первой стоянки. Схватив Ивана, мне пришлось достаточно быстро перенести его как можно дальше от береговой линии, уложить его туда, где уже нет песка и начинается трава, да и пригорок был. Насекомых в излишке тоже не наблюдается. Так хоть в воде не захлебнётся.

Примерно с такой же скорость я перенёс и весь хворост поближе к тому месту, где мне пришлось положить Ивана. Быстро набросав всё в небольшую кучку, я приступил к самому старинному способу разжигания костра — метод трения палку о палку.

Прошло около пятнадцати минут, за которые мне хотелось проклясть всё на свете, ибо мои руки систематически стирались в кровь и тут же зарастали новой кожей, что из-за ещё не огрубевшие структуры быстро стирались, и все начиналось сначала. Зато по прошествии этих пятнадцати минут у меня получилось сделать уголёк, который с помощью силы моих лёгких и наложенного на него хвороста быстро превратился в маленький костёр.

Дальше дело осталось за малым. Нарвав, оборвав, обломав веток побольше, мне удалось из них воздвигнуть каркас достаточно большой палатки, чтобы в ней могло уместиться сразу три человека, при этом друг другу не мешая. Не знаю, сколько времени мы ещё проторчим на берегу, так что надо оборудовать временное жилище… получше.

— Ты, конечно, молодец, — с насмешкой в голосе сказала Алисия, подошедшая к нам, одетая в «комплект» весьма неприметной серой одежды: обтягивающие штаны и футболка, волосы собраны в конский хвост, чёрные кроссовки, — но не забывай, что тут есть весьма приметная достопримечательность, которая очень хорошо выдает наше местоположение.

— Думаешь, о нас всем уже известно? — спросил я у девушки, тут же оценивая все возможные опасности, которые нас могут подстерегать.

— Я не думаю, я в этом уверена. Слишком часто приходилось мне сталкиваться с правительственными войсками. Даже удивительно, что в нашу сторону ещё не направленно полчище самолётов со всевозможным вооружением.

— Может, они нас просто не заметили? — уточнил я, подойдя к девушке и забирая у неё из рук обе сумки.

— Заметили, ракетой же сбили… но, видимо, есть опасности больше, чем наша троица. Хотя, может, из-за того, что сбили, и не стали сюда никого высылать, — сказала она, отдавая мне обе сумки. — Смотри, попробуй подобрать тоже что-то нейтральное. Есть пара задумок.

— Передвигаться ночью? — тут же опередил её мысли я, ловя на себе соглашающийся взгляд.

— Именно, — кивнула девушка. — Все, иди переодевайся.

Кивнув ей в ответ, я направился в сторону всё той же лесополосы. Нечего смущать девушку. Мы хоть и не в приличном обществе, но и не варвары, чтобы вести себя похабно и вульгарно.

Добравшись до деревьев, я тут же бросил обе сумки и достал все вещи, что в ней были. Очень много не подходящих для меня по размеру вещей, но были и те, что, в принципе, можно было одеть, и они бы растянулись на мне. Так мне удалось натянуть на себя чёрную футболку, тёмно-синие штаны и чёрные кроссовки, которые были даже слегка великоваты, но это не причиняло дискомфорта, ведь, главное, они не шлепали.

Вернувшись обратно к девушке, которая уже успела из веток с листьями соорудить остальную часть каркаса палатки и уже занималась тем, что с помощью своей силы держала несколько кусочков мяса над открытым пламенем. Это меня даже удивило, но потом я вспомнил, что ей не особо-то и сложно с помощью своей силы убить всех в округе. А просто держать мясо — пустяки. Но удивляться этому, думаю, я не перестану ещё долго.

— Он даже не просыпался? — уселся я рядом с пламенем, вытянув к нему одну ладонь. Жар огня позволял мне чувствовать, что я ещё живой. Иногда я даже не ощущал дуновения ветра, хотя было видно, как шатаются деревья, как развеваются волосы девушки.

— Не просыпался, так что тебе придётся его сегодня ночью переносить, — покачивая головой, сказала она, пристально следя за кусочками мяса. — Я его пыталась разбудить, как-то взбудоражить, но, похоже, он после экстренного пробуждения после клинической и очень долгой смерти впал в кому.

— Это нехорошо… — сквозь зубы выдохнул я, тут же поджав губы, так как часть составляемого в моей голове плана полетела в тартарары. — Тогда, да, буду переносить его, он нам ещё очень сильно нужен.

— Так что в итоге мы имеем? — уточнила девушка, смотря на приближающееся к горизонту светило. — Времени до первой перебежки у нас осталось всего ничего, примерно пару часиков. Я не хочу быть пойманной в плен или убитой правительственными войсками.

— Никто этого не хочет… — сказал я, обдумывая все наши возможные варианты. — Скорее всего, первое время система меня в городах будет воспринимать как своего. Несколько видоизменить лицо я могу, уже практиковался в этом, когда только «зародился», — последнее слово я даже специально выделил двумя пальцами, чтобы показать, что именно я имел в виду. — Но это временно. Значит, первая задача — за максимально короткий промежуток времени мне необходимо собрать все необходимые сведения о правительстве, войсках, которые тут располагаются, да и о том, как именно можно против всей этой системы настроить народ.

— Ну это ты, а нам-то что делать в это время? — уточнила девушка, убирая два куска мяса в импровизированную тару, а третий с помощью своей псионной силы остужая, водя в воздухе в разные стороны. — Просто у тебя есть некоторая свобода действий, мы же ограничены в своих передвижениях. Чипов-то нет.

— С вами всё несколько сложнее… — сказал я, почесывая шею. — Вас даже как беженцев не выдать, да и при сканировании, что-то мне подсказывает, в вас сразу же будет обнаружена Тьма. Это у меня, возможно, есть кое-какая возможность избежать обнаружения, но опять же, в этом я не уверен, чип в моей голове не всесильный.

— Хорошо. Тогда будем рассчитывать на твои предположительные возможности, — тихонько усмехнулась девушка, потом с какой-то обречённостью в глазах посмотрела на меня. — Вот только имеет ли это какой-то смысл?.. Зачем мы вообще ввязались во всё это?

—