Иноплеменники России в Отечественной войне 1812 г. - Валерий Ульман

id="id46">В Витебске, по мнению П. Ниве, Барклаю было рискованно дожидаться, «присоединения 2-й армии, так как при неизбежно-кружном движении последней Наполеон неминуемо успел бы разгромить 1-ю армию отдельно. Уходить от Витебска на соединение к Багратиону – приводило бы к опасному фланговому маршу в виду превосходного противника, а также, весьма возможно, и к обнажению путей на Москву. Наконец, продолжение отступления 1-й армии к Смоленску, – обрекало Багратиона на неминуемый разгром, так как в этом случае основному замыслу Наполеона – раздвинуть могучим клином наши обе армии, – несомненно суждено было бы окончательно и блестяще осуществиться. В виду таких соображений Барклай, в конце концов, остановился на решении среднем; он намерен был остановиться за Лучесой, задержать французов сколько будет можно не ввязываясь отнюдь в решительный бой, после чего уже начать отход к Смоленску».[71]

Н.А. Окунев, считает, что «…следуя нападательному движению около Витебска, он мог быть отрезан от Смоленска Корпусами Генералов: Даву, Князя Понятовскаго, Вандама и Груши, которые вместе составляли более 90 000 человек».[72] Троицкий Н.А. подчёркивает, что «обстановка резко изменилась, Барклай уже не мог рассчитывать под Витебском на Багратиона. Между тем к Наполеону подходили всё новые и новые силы. Опять возникла угроза разъединения русских армий и окружения одной из них. Надо было отвести эту угрозу и успеть к Смоленску раньше Даву».[73]

Желая скрыть отход армии от Витебска, Барклай «поручил отряду графа Палена, усиленному посланными к нему подкреплениями до 14-ти батальонов, 32-х эскадронов и 2-х казачьих полков с 40 орудиями, задержать неприятеля на пути к Витебску… во всех 14-ти батальонах было не более 4-х тысяч человек…».[74]

Мненме француза Лабома: «Все были изумлены превосходным порядком, с которым князь Барклай-де-Толли отступил с своих позиций. При этом трудном отступлении генерал-майор граф фон-Пален блестяще проявил свою прозорливость и военное искусство; на наших глазах он маневрировал с арьергардом и так хорошо прикрыл остатки армии, что мы не нашли на ея пути никаких следов ея прохода; ни одной брошенной повозки, ни одной павшей лошади, даже ни одного отсталого – ничего, что бы могло нам указать ея направление».[75]

15 (27) июля «Арьергард графа Палена занял позицию в 8 верстах от Витебска, на левом берегу р. Лучосы, недалеко от занятой французами деревни Добрейке. Правый фланг упирался в Западную Двину, левый фланг русских был совершенно открыт. Занятая позиция была слишком большой и открытой для войск арьергарда, поэтому пехоту пришлось расположить всего в две линии с большими промежутками между батальонами и без резерва. Кавалерия разместилась на небольшой равнине у впадения р. Лучосы в Западную Двину. На рассвете кавалерийский корпус генерала Нансути, а также пехотные дивизии генералов Брусье и Дельзона атаковали русские позиции. Бой продолжался с переменным успехом, но около 4 часов пополудни французы развили успешное наступление со стороны Витебска, которое грозило арьергарду Палена полным уничтожением. Видя невозможность удержать позицию, спустя час (около 5 вечера) граф Пален отвел арьергард за Лучосу, где и остановился. Сражение при р. Лучосе позволило Барклаю де Толли успешно вывести войска из Витебска по направлению к Смоленску».[76]

15-го июля, «французы тронулись от Кукович к Витебску, и в 4-ом часу утра завязалась перестрелка в авангарде графа Палена. Лейб-казаки первые ходили несколько раз в атаку. В одной из них, отборные Донцы налетели на батарею, возле которой стоял Наполеон, и произвели такую тревогу вокруг него, что он остановил на некоторое время свои действия. Когда прошла суматоха, Французы опять двинулись вперёд. Граф Пален, сражаясь, отступал к берегам Лучесы в виду армии. Стоя на возвышениях, она только что не рукоплескала его искусным движениям… Граф Пален был уже от армии верстах в пяти, и на крепкой позиции выдерживал сильный натиск».[77] В составе этого авангарда были и Драгуны генерала Крейца.

Крейц Киприан Антонович (Циприан Гвальберг): «В ходе русско-шведской войны 1808–1809 гг. охранял побережье Балтийского моря в Литве. 8 марта 1810 г. назначен шефом Сибирского драгунского полка. В 1812 г. сражался в арьергарде 1-й Западной армии. Участвовал в боях под Витебском, Смоленском, Вязьмой. 15 июля 1812 г. произведен в генерал-майоры. В Бородинской битве командовал бригадой 3-го кавалерийского корпуса и был четырежды ранен. Сражался при Тарутине, Малоярославце, Вязьме. В заграничных походах 1813–1814 гг. принимал участие в осаде крепостей Модлин, Магдебург и Гамбург, сражался при Люцене, Лейпциге». (С. 435)

Вот как это сражение описано в Витебской Энциклопедии: «На рассвете 15 (27) июля войска Наполеона начали наступление. Пройдя около двух вёрст, французам пришлось под артобстрелом восстанавливать мостик через речку, заранее разрушенный русскими. Затем через этот мост двинулся вперёд 16-й конно-егерский полк и пехота ген. Брусье. Пален отправил против них лейб-гвардию казаков и два эскадрона Сумского гусарского полка. Егеря встретили их залпом из карабинов, но это не остановило русскую конницу. Они смяли французских егерей, отбросили их в овраг и бросились на стрелков 9-го линейного полка, которые кучками отступили к оврагу. Вскоре стрелкам на помощь пришёл 53-й линейный полк. Последующее наступление пехоты Брусье было отбито контратаками русской кавалерии. Французам пришлось пустить в ход всю пехоту Дельзона и кавалерию Нансути, чтобы заставить графа Палена отступить за Лучосу. Произошло это в 5 часу вечера. До этого, в 4 часа дня, русская армия начала отступление в сторону Поречья и Смоленска. Отступление велось тремя колоннами: одна шла по дороге на Лиозно, другая на д. Веледичи, третья по дороге на Сураж. Граф Пален оставался за Лучосой до рассвета следующего дня. Ночью его войска разожгли огромные костры, введшие противника в заблуждение – Наполеон до утра думал, что основные силы русских все ещё тут, в Витебске, и ему предстоит главное сражение с ними. Утром 16 (28) июля граф Пален также начал отступать. При селе Гапоновщина (Агапоновщина) он устроил засаду в которую попал авангард противника – семь эскадронов французской кавалерии были разбиты».[78]

В донесении Императору, о действии арьергарда, «Главнокомандующий приписывает главный успех сего предприятия искусным расположениям Графа Палена, который прикрывая всю армию, оказал в сем случае все то, что прозорливость и воинское искусство имеют в себе наиболее блистающего. Войска наши оказали удивительное мужество; каждым положением воспользовались; берега малой реки Лучессы защищаемы были с таким упорством, что у неприятеля побито множество людей. Граф Пален равномерно умел извлекать пользу из всякой малейшей дефилеи; и засада постановленная у места в окрестностях Гапоновщизны истребила при походе 16 числа [июля] семь Французских эскадронов».[79]