Чужая невеста для Альфы (СИ) - Уайт Амелия

— Нет. Пожалуйста. Не так!

— А где? В спальне? Или в лесу с Даном?

Сам о её недо-Альфе вспоминаю, и сам же зверею. Сильнее толкаюсь, чтобы ни о ком другом не думала. Кусаю губы, пробуя её на вкус. Сладкая, как мёд. Пробовать и пробовать, пока Зверь не насытится.

— Пожалуйста! Ты настолько зверь, что готов взять меня прямо здесь? Берг, пожалуйста.

Сука!

Хотел, чтобы просила. И это жалкое «пожалуйста» тоже хотел. Только Зверь срывается, что не в том контексте получаем желанное. Заставляет меня сделать шаг назад, отступая. Я готов продолжить, но Зверь — нет. Его слёзы Таи трогают больше меня.

А она ведь даже не плачет, блять. Просто носом шмыгает, а на ресницах влага блестит.

— В чём проблема, куколка? Только что сама тянулась на встречу.

— Я не… — весь свой привычный запал теряет. Отпускает взгляд и обхватывает себя руками. — Это мой…

— Не понял, — хватаю её за подбородок, заставляя на меня смотреть. Хочу всю правду узнать. — Хочешь сказать, ты в двадцать лет девственница?

— В двадцать один. Да.

Охренеть.

Глава 12. Тая

— Может отойдешь?

Пытаюсь звучать уверенно и злобно, но внутри я сплошная дрожь. В вены словно расплавленное серебро залили, отравляя. Потому что я не могу представить, как прикосновения этого монстра могли мне нравиться.

— Берг, ты же не будешь…?

Не знаю, почему верю в то, что он не станет брать меня силой. Если даже собственное тело предает, то оборотень может легко принять это за согласие. А может вообще не спрашивать.

Но мужчина отступает. В душевой кабинке тесно, но когда Берг не прижимает к стене, дышать становится легче. Поворачиваюсь спиной, пускай лучше на мою задницу смотрит, чем на всё остальное. Меняю температуру воды, уменьшая градус, и подставляю лицо холодным каплям. Вдруг оно, наконец, перестанет гореть смущением.

— Почему не сказала?

— А ты спрашивал? — оборачиваюсь на сурового мужчину и взгляд сам ползёт ниже. — Ты ничего обо мне не знаешь, Берг. Вцепился в меня, как охотничья псина, и не отпускаешь. А зачем?

— Ты моя Истинная.

— Да, конечно. Только это и имеет значение.

Усмехаюсь тому, как мужчина повторяет одно и то же. Раз за разом, словно в какой-то момент это начнёт иметь смысл. Просто Боги наказали меня подобным, видно сильно я согрешила в прошлой жизни. Зато, за эту жизнь мне точно положено что-то хорошее в следующей. Ну, хотя бы не Истинный, да?

— Замерзнешь, — мужчина тянется к смесителю, но получает шлепок по руке. — Куколка, я предупреждал. Если ты поднимаешь на меня руку, Зверь расценит это как нападение. Плевать, что ты моя пара. Огребешь.

— Ну так ударь. Заставь меня силой слушаться.

— Ты пару минут обиженно сопела из-за того, что получила шлепок по заднице. И опять смелая?

— Сломай меня, Берг.

Разворачиваюсь и заглядываю в черные омуты. Часто дышу, потому что боюсь, что он так и сделает. Я не идиотка, я понимаю, чем может закончиться спор с оборотнем. Какими способами он заставит меня слушаться. И хуже от того, что я знаю — я буду. Я готова умереть, чтобы не быть парой для чудовища. Но если это чудовище будет пытать и издеваться — я прогнусь. Сломаюсь, поддамся и стану послушной. Лишь бы боль закончилась.

Мы все выживаем, как умеем.

— Сломай, и тогда получишь свою послушную куклу. Но до того момента — я не собираюсь ни слушать тебя, ни уважать, ни подчиняться. Ясно?

— Невыносимая девчонка! Добавь горячей воды, заболеешь же.

— Не хочу.

Пытаюсь ядовито улыбнуться, но получается плохо. Я не стерва, чтобы легко противостоять всем нападкам. Да и злость больше не помогает, потому что я устала. Пару часов назад вся моя жизнь была предрешена. Я была уверена, что выйду за Дана, обрету спокойствие. И спокойно продолжу жить в клане.

Теперь — я в плену у Берга и без понятия, чем это закончится. Как долго у меня будет смелость отбиваться от него. И будет ли ещё мелкий шанс на побег.

— Я люблю холодный душ, — произношу, когда мужчина в очередной раз тянется добавить горячей воды. — Ледяной. И не болела за столько лет ни разу. Так что, если тебе холодно, я тебя не держу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Держишь, куколка.

Смотрю, как на сумасшедшего. Я пытаюсь от него избавиться, а он чушь продолжает нести. Демонстративно оглядываю свои ладони, которые сжимают бутылочку с гелем.

Берг рычит и мне кажется, что сейчас он точно кинется. Но мужчина просто выходит из душевой кабинки, закатывая глаза. Хлопает дверью, отрезая меня от мира. А затем мужчина снова открывает двери, запуская больше света. Я даже испугаться не успеваю.

Псих.

Точно псих.

И надо придумать, как от него сбежать подальше. Верховная не сунется на чужую территорию. Это опасно, а под её ответственностью много других ведьм. Я — не приоритет, никогда не была. Хотя Верховная часто спускала мне многие ошибки.

Значит, нужно выбираться самой. Может, добраться до Сочи. Там ведь тоже есть ведьмы и, уверена, они помогут мне. Хотя бы добраться до моего клана, а дальше всё закончится.

— Давай, куколка, — доносится из комнаты. — Нам пора.

— Куда это?

Хватаю белое полотенце с полки, вытирая волосы. А после оборачиваю вокруг талии, стараясь скрыть как можно больше тела. Смотрю на ладонь, пытаясь вызвать хоть какие-то крупицы магии. Ну хоть проблеск, как знак, что силы начали возвращаться. Но меня ждёт абсолютная пустота.

Перед обрядом с Даном, меня пичкали травами и вытягивали магию, чтобы ничего не мешало стать чужой женой. Ведьмы помогали, как могли, только от этого стало хуже.

— Это дом Арсеева, мы тут жить не будем.

Мы. Уже всё решает, даже не спрашивая. Может, мне очень нравится эта комната. С разбросанными вещами, разбитой тумбочкой и смятой постелью. Прекрасное место.

— Кто такой Арсеев?

— Местный Альфа. И пока ты не вздумала просить его о помощи — он тебе не поможет. Его Альфа выступил свидетелем, так что не надейся на «спасение» от них.

— Стоп. Чего? — ловко ловлю брошенные в меня вещи, хлопая ресницами. — Альфа у Альфы? А так можно?

— Нельзя. Но их не остановило. Одевайся.

— Чьи это вещи?

— Мои. Прости, куколка, твоё платье пострадало.

Смотрю на гору лоскутов, которые когда-то были моим свадебным платьем. И кажется мне, когда Берг стягивал его с меня, оно было целее. Точно псих. Возможно, это было предупреждением. Сначала мои вещи, потом — я, если не прекращу дурить.

Натягиваю спортивный штаны на ещё влажное тело и прячу волосы под капюшон толстовки. Сомнительный наряд для путешествия по зимним улицам. Хотя не мне судить, после полупрозрачного платья. Только тогда меня согревала магия клана, а теперь…

Греет наглый оборотень, подхватывающий меня на руки. Легко и просто, демонстрируя, сколько в нём силы и уверенности. Не обращает внимания, что я против и верчусь в его руках.

— Уроню, куколка, и будет больно.

— Специально ведь уронишь, — спорю, но обхватываю мужчину за шею. Берг лишь закатывает глаза и смотрит так, словно я идиотка. — Что?

— Прекращай притворяться, Тая. Будто не знаешь, что Зверь…

— Что — Зверь?

Берг рычит вместо ответа. Хотя я прекрасно додумываю за него. Будешь противиться, Тая, Зверь навредит тебе. Прекрасно, пускай. Всё равно ведь пострадаю, как бы себя не вела. А сдаваться на милость мужчине, похитившему меня, я не собиралась.

Соня вон явно была тихой, спокойная и грустная. Но с ней всё равно произошло много плохого. Поэтому ломать себя и играть смирность я не собиралась. Хотя, может и стоит? Запудрить Бергу голову, подчиниться, а самой искать удобный случай?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Поставь меня. Люди смотрят, — бормочу недовольно, замечая, как персонал отеля провожает нас взглядом. — Берг.

— Пускай смотрят. Тебе какое дело? Ты их не знаешь.

— Всё равно. Пожалуйста. Тебе жалко?

Берг медленно опускает меня на пол. На мне никакой обуви, только тёплые носки. Тоже мужчины. Но так лучше, чем висеть безвольной куклой на его руках.