Play - Kylie Scott

Он хихикнул, уголок его рта приподнялся:

— Эта песня о том, как кто-то занимается сексом с твоим другом.

— Я предпочитаю игнорировать данный аспект.

Пожилая женщина в одежде с узором из разводов направилась прямиком к секции «Самосовершенствование/Философия». Двое подростков начали целоваться у нового стенда с поваренной книгой. Мило, но это было явно не к месту. Как только рука одного ушла далеко на юг, я громко откашлялась:

— Держите руки выше талии, ребята.

Колокольчик над дверью бешено звякнул, когда они вылетели из магазина со скоростью света. Парень даже залился самой невероятной краской. Мне почти стало его жаль. Наверное, он ну очень хотел ее пощупать.

Рис усмехнулся. Ну, может, усмехнулся. Он регулярно с кем-нибудь знакомился в пределах этих четырех стен. Привычка, которую он, надеюсь, перерастет в ближайшее время.

— Успокойся. Они никого не обидели.

— Для этого не время и не место.

Маленький колокольчик над дверью зазвенел опять, когда последний человек, кого я ожидала увидеть, заглянул к нам. Эвелин зашла с чашкой кофе в руке и с нерешительной улыбкой на лице. Не смотря на то, что она работала всего в паре кварталов от меня, я не знала, что она раньше бывала в магазинчике. И, определенно, никогда не приносила мне кофе. Если это именно то, что она собиралась сделать.

Я удивленно уставилась на нее.

Рис оживился. А затем заметил ее огромное обручальное кольцо и снова приуныл. Идя сюда через реку, он не проходил мимо кафе Руби, как я. Эв была ему незнакома.

— Нам тебя не хватало этим утром, — сказала она, подвигая высокий картонный стаканчик с кофе на прилавок передо мной. — Ты не зашла к нам, как обычно, вот я и подумала принести его тебе.

— Ты замечательная. По кое-каким причинам я поздно проснулась.

— Могу представить по каким, — она улыбнулась.

Я сделала глоток супергорячего напитка. Идеальный. Кофе был чертовски идеален. По сути, Эвелин была покровителем кофейных зерен. Что я буду делать через несколько недель, когда она уедет в турне вместе с группой, я не имела ни малейшего представления.

Плакать, скорее всего.

Длинные белокурые волосы Эв были заплетены в косу. Как и я, она с головы до ног была одета в черное. Только на ней была юбка-карандаш, тогда как я предпочла обтягивающие джинсы. Фраза «Кафе Руби» покрывала ее щедро дарованные природой сиськи, в то время как «Независимый Книжный Магазин Льюиса» была написана на моих, более похожих на степные холмики. Вне зависимости от наличия куска льда на ее пальце, представляющего из себя ее кольцо, она могла бы работать, где угодно. Почему она продолжала работать в качестве баристы, когда вышла замуж за миллионера, я была без понятия и не собиралась спрашивать.

Я повернулась, чтобы представить ее Рису, но он воспользовался возможностью исчезнуть исподтишка, весь его интерес к Эв пропал, стоило ему увидеть кольцо.

— Еще я хотела извиниться за вчерашнюю ночь, — сказала она, кладя руки на прилавок.

— За что?

— В основном за ту часть, когда Мал завалил тебя на пол. Разве что я что-то упустила, и мне стоило бы также извиниться?

— Нет, — я махнула рукой, улыбаясь. Нет нужды поднимать тему о том, как я накричала на ее гостя ранее, тем вечером. — Все в порядке. Он просто дурачился.

— Ага. Он похож на щеночка на стероидах. Не чувствует собственной силы, — она с любопытством обвела взглядом магазин, ее лицо не скрывало эмоций. — Это отличное место. Почему я здесь не бывала раньше?

— Из-за отсутствия времени, наверное. Когда ты не работала, ты училась. А теперь ты замужем.

— Верно, — просияла она. — Было здорово повидаться с тобой вчера ночью, Энн. Я рада услышать, что Мал не причинил никакого непоправимого вреда.

— Нет, со мной все хорошо. И спасибо тебе огромное за кофе. Я и правда очень нуждалась в нем. Не знаю, как тебе удалось встать так рано после вчерашнего.

Она пожала плечом:

— События развернулись довольно странно после твоего ухода. Бен и Мал ушли, забрав всех с собой. Мы с Дэвидом завалились спать. Мы не часто устраиваем вечеринки. Если бы мы этого не сделали, то я была бы никакой этим утром.

— А...

— Та-а-ак, Дэвид сказал, что ты некоторое время болтала с Малом на балконе...

Вот когда стала понятна причина ее визита с кофе.

— Да, разговаривала, — ответила я. — И затем Дэвид спросил меня, рассказал ли он что-нибудь. Я до сих пор не понимаю, что имелось в виду.

Губы Эв плотно сжались в линию.

— М–м.

— Он послал тебя спросить у меня об этом, — догадалась я. Верно, если посчитать вспышку вины в ее глазах, как индикатор.

— В любом случае ты заслужила кофе. Но да, он действительно попросил меня поговорить с тобой.

— Ладно, — я облизнула губы, выигрывая время для того, чтобы собраться с мыслями. Вдали от глаз моя нога заерзала, делая все возможное, чтобы протереть дыру в ковре. — Честное слово, мы немного разговаривали, ни о чем особо личном или тайном. Просто о всякой ерунде насчет моей бывшей соседки.

— Лорен упоминала, — глаза Эв наполнились сожалением.

Я пожала плечами.

— Да, не бери в голову. Я с этим разберусь. Но, правда, мы с Малом не особо говорили о ней. По большей части он просто дразнил меня.

— Это он может.

Немного погодя она посмотрела на меня. Пытаясь поверить мне на слово, я думаю. Она определенно тревожилась о Мале, но дело обстояло так, что мы не знали друг друга слишком хорошо для подобных сердечных откровений. Это казалось нелепым, неестественным.

— Спасибо, что поделилась, — наконец, произнесла она. — Мал ведет себя странно с тех пор, как приехал неделю назад. Страдает манией... больше, чем обычно. А потом иной раз просто смотрит в точку. Мы пытались с ним поговорить, но он говорит, что все хорошо.

— Мне жаль.

— Мы не знаем, может он в депрессии, или это из-за наркотиков или чего-то еще. И после того, как Джимми недавно прошел реабилитацию... — она одарила меня небольшой, печальной улыбкой. — Я была бы благодарна, если бы ты не упоминала об этом никому.

— Конечно.

— В любом случае моя смена на сегодня закончена. Мне пора. Дэвид будет беспокоиться, куда я запропастилась. Было приятно тебя снова увидеть.

— И мне.

— Приходи к нам как-нибудь еще, ладно? — она обернулась около двери, помахав на прощание рукой. Мое сердце смягчилось от того, как искренне прозвучало приглашение. После предательства Скай у меня еще остались настоящие друзья.

— Обязательно. Еще раз спасибо за кофеин.

Показав мне фирменный жест рок-группы, слегка коснувшись подбородка, она ушла.

— Твоя подруга ушла? — Риз притащился обратно с собственной кружкой кофе в руке.

Я вернулась назад в реальность, вытянув свой разум из шестифутовой головоломки по имени Мал. Уж слишком моим мыслям нравилось задерживаться на нем. Похоже на то, что он занял главное место в моих мыслях, несмотря на другие события, происходящие в жизни.

— Да, ей надо было вернуться на работу.

— Ты хмуришься. Все еще беспокоишься насчет той сучки?

Я кивнула, но это не было правдой. Хотя и не совсем ложью. Я беспокоилась обо всем. Мал был не прав. Не страх овладевал мной, а беспокойство, и прямо сейчас я беспокоилась о нем. Я стряхнула с себя хмурость, выпила еще немного кофе.

— Почему бы нам не поработать сегодня, босс?

— Вот именно поэтому ты должна быть за главного, — драматично вздохнул Рис.

За его плечами красовалась впечатляющая степень по экономике и бизнесу, тогда как я с горем пополам закончила старшую школу, но зачастую складывалось впечатление, что из нас двоих я была той, кто соблюдал рабочую этику. Когда мама начала переживать худшие времена после того, как ушел отец, я просто не могла оставить ее на собственное попечение. В какой-то день, придя домой и обнаружив, насыпанный полоской, кокаин и снотворное на ее прикроватной тумбочке, я убедилась в верности своего решения. Вот так я и перевелась на «домашнее обучение». Социальная служба навещала нас лишь однажды, и мы предоставили им довольно хорошее шоу.

Однако я пристально следила за тем, чтобы Лиззи ходила на уроки в местную школу с понедельника по пятницу.

Рис поднял коробку с новым поступлением книжек на прилавок, чтобы мы могли поместить на них ценники.

— Расскажи мне о прошлой ночи.

— Эх, мне удалось познакомиться с парой человек из группы. Это было круто.

— Ты с ними разговаривала? — выражение лица у Риса было восхищенным.

Обычно болтовня в магазинчике крутилась вокруг его намеков и шуточек о том, насколько скучна моя жизнь. Его слова, не мои. Я вполне уверена, что вовсе не обязательно переспать с каждой девицей в деловой части Портленда, чтобы было о чем поговорить. Возможно, именно поэтому мы так и не стали парой. Наши хобби так сильно отличались.

Сегодня мои мысли были удивительно горькими и запутанными.

Куда подевалось мое счастливое выражение лица? Скорее всего, оно до сих пор лежит возле моей входной двери, куда упало всего-то шестнадцать часов тому назад. Малкольму Эриксону на краткий миг удалось реанимировать мою радость, прежде чем он начал говорить о моих предполагаемых недостатках. И все же, от одной мысли о нем мне становилось легче.