Play - Kylie Scott

— Ну, конечно, — он засмеялся мягким, зловещим смехом, видя меня насквозь (двадцать на восемьдесят). — Ты умираешь от желания ознакомиться с моими потребностями. Ты не можешь отвести взгляд от моего полуобнаженного тела. В ту минуту, когда я открыл дверь, ты ухватилась за меня. Как будто у тебя был жар или что-то вроде того.

Блин.

На секунду я зажмурилась, блокируя его, в попытке вернуть мысли на место. Если бы только мое сердце перестало пропускать удары при взгляде на него и звуке его голоса, тогда стало бы гораздо легче.

— Нет, Мал. Я потеряла равновесие, когда ты открыл дверь. Обнаружить тебя здесь, на самом деле, было несколько неожиданным. Я не привыкла к тому, что люди просто переезжают ко мне, не обсудив это всерьез заранее.

Когда я открыла глаза, он смотрел на меня. Осуждал меня.

— И я не хваталась за тебя.

Слишком-уж-спокойное выражение его лица говорило само за себя. Он мне не поверил, ни на капельку.

— Эй, теперь-то не смущайся.

Я не была бестолковой девственницей. В моем Д-удостоверении стоит штамп от первого и последнего парня, с которым у меня были длительные отношения, в возрасте шестнадцати лет. С момента приезда в Портленд я позволяла себе ходить на странные свидания. Почему бы и нет? Я была молодой и свободной. Мне нравился секс. А вот мысли об облизывании полуобнаженного мужчины на винтажном кресле? Не очень.

Я себя не контролировала. И тем не менее я ни в коем случае не позволю ему об этом узнать.

— Да все в порядке, Тыковка. Я не против, что ты ухватилась за меня. Если так тебе проще выражать свою привязанность, то все хорошо.

— Мал, — из плохого это перерастало в отвратительное. Я даже не знаю, почему начала смеяться. — Пожалуйста, перестань говорить. Мне нужна минутка. Рассматривай это как границу.

Его глаза загорелись восторгом.

— Эй, ты думала над тем, что я говорил. Здорово. Я уважаю твою границу, Энн.

— Тогда почему ты до сих пор говоришь?

— Точно. Прости.

Я пыталась успокоиться. Почему я никогда не находила времени на йогу? Упражнения с глубоким дыханием были такими бесполезными.

Когда я открыла глаза, Мал беззаботно улыбнулся. Высокомерный придурок. Такой уверенный. Такой горячий. И такой, что б его, полуобнаженный. Что с этим делать? В Портленде была осень — холодная погода, дождь то шел, то переставал. Нормальные люди в это время года носили одежду.

— Не мог бы ты одеть рубашку?

Он почесал подбородок:

— Мм, нет. Это моя граница, прости. Мне слишком нравятся твои сексуальные взгляды, чтобы одеться.

Черт, неужели я делала безумные глазки?

— Ты идеальна, — пробормотал он с фирменной ухмылкой на лице.

А черт с ним, я такая.

— Какие ты думаешь у меня потребности, Энн?

— Я в курсе, что ты говоришь о сексе, Мал. Это как бы очевидно. Но почему, из всех женщин в твоем распоряжении, выбор падет меня? Этого я не понимаю. И почему ты переезжаешь ко мне — тоже за гранью моего понимания. Ты бы мог поселиться в отеле или арендовать себе жилье, которое гораздо приятнее, чем это.

— Не-е-е-е, — он откинулся на спинку кресла, положив сцепленные пальцы на плоский живот. — Я говорю не о сексе. Мне нравится думать о тебе и обо мне выше всего этого бедлама, физической ерунды, не смотря на твое страстное влечение ко мне. Что мне нужно, так это девушка... точнее, мнимая девушка, и ты Энн Роллинс, подходишь идеально.

— Бл*, что?

Он разразился смехом.

— Ты шутишь, — произнесла я с облегчением. Ну, со злостью и облегчением. Неужели рок-звездам в последнее время так скучно, что им приходится прибегать к подобным крайностям, чтобы разлечься?

— Нет, я не шучу. Твоя реакция была забавной, вот и все, — длинные пальцы пробежались по белокурым волосам, отбрасывая их с лица. — Это серьезная, деловая сделка и она должна остаться строго между нами. Я оплатил твою арендную плату. Я купил тебе мебель вместо той, которую забрала твоя дерьмовая подруга. Взамен я хочу, чтобы ты некоторое время изображала мою девушку.

У меня отвалилась челюсть.

— Ты не серьезно.

— Почему ты не веришь ни единому моему слову? Энн, я очень серьезен.

— Почему я?

Он вздохнул и надолго, с тяжелым взглядом, уставился в потолок.

— Не знаю, может из-за того, что ты помогла своей подруге, даже когда у нее на это не было права.

— Мал, это не делает меня хорошим человеком. Это делает меня идиоткой, — исходя из того, как все обернулось, это было ничем, кроме как горькой, жестокой правды. — По сути, ты прошлой ночью сам об этом и сказал. Я позволила ей себя использовать.

Мал оскалился.

— Эй, я не говорил, что ты идиотка, и не хочу слышать, чтобы ты снова так говорила о себе. Это еще одна граница, прямо тут.

— Ладно, успокойся.

— Я вполне спокоен. Слушай, у нас у всех есть свои проблемы, Энн. Я и не говорил, что ты идеальна, — он замолчал, почесывая подбородок. — Ой, нет, погоди. Говорил. То есть, я не имел в виду именно это... не то что ты не замечательная, но... да, давай, пропустим эту часть.

— Нет. Давай же, рок-звезда. Что ты имел в виду? — спросила я, подавляя смешок. Все дело в нем. Ничего не могу с этим поделать, он был таким забавным.

Он отмахнулся от вопроса.

— Нет, мы идем дальше. Чисто из любопытства, вот прошлым вечером приходила ли тебе вообще в голову идея попросить у Эв необходимую сумму денег?

Я отпрянула назад от удивления:

— Что? Нет.

— Она бы одолжила. У нее и Дэйви их хрен знает сколько.

— Это не ее забота.

Он бросил на меня еще один самодовольный взгляд.

— Это ничего не доказывает. И если ты выбрал меня из-за моих моральных качеств, тогда действительно ли моя кандидатура лучшая для того, чтобы лгать твоим друзьям и семье, Мал?

— Тыковка... мы не собираемся никому причинять боль. Мы просто будем помогать друг другу, вот и все.

— Ты сказал, что я безнадежная лгунья.

— Ты справишься, — он отмахнулся от моего возражения.

Я просто сидела на месте, и мое убеждение пошатывалось. Сможем ли мы на самом деле с этим справиться?

— Доверься мне.

— Зачем тебе нужна мнимая девушка?

— Потому что нужна.

— Мал.

Он закатил глаза, лицо напряжено.

— Потому что это не твое дело знать зачем, ладно? Я оплатил наперед твою арендную плату. Твою милую задницу не выселят. Взамен все, о чем я прошу, чтобы ты смотрела на меня с обожанием перед другими людьми. Ты и так это делаешь; так в чем проблема?

— Значит, ты не собираешься сказать мне?

— Как давно ты проверяла свой слух? Скажем так, у меня есть на то причина, личная причина, и сойдемся на этом. Честно, ты так же ужасна, как Дэйви с Эв. «Что случилось, Мал?», «Ты в порядке, Мал?» Что ж, был в порядке, пока все не начали спрашивать меня об этом тысячу гребаных раз.

Он вскочил на ноги и начал ходить по комнате. Учитывая длину его ног, уходить ему удавалось недалеко. Три шага туда, три шага обратно. После пары кругов он остановился, уставившись за окно на улицу.

— Почему каждый долбаный раз всякий настаивает на том, чтобы все усложнить? Жизнь слишком коротка для всех этих копаний в душе. Ты здесь. Я здесь. Мы можем помочь друг другу и в процессе хорошо провести время. Это все, что имеет значение, — он развернулся на пятках с широко раскинутыми руками, чтобы посмотреть на меня. — Жизнь — это песня, Энн. Давай сыграем.

Моя жизнь никогда не походила на песню... по крайней мере, не с этой точки зрения.

В течение некоторого времени никто из нас не проронил ни слова. От него так и сочилось ожидание и нетерпение. У меня без сомнения было плохое предчувствие, что мною опять играют. Вот только на этот раз не злонамеренно. Мал создавал впечатление человека, который мухи не обидит. Но одну случайно мог прихлопнуть.

Если не вдаваться в подробности, то это казалось хорошей сделкой. Мне действительно нужны были деньги. А также мне нравилось находиться в его компании. Он был раз в сто веселее, чем я думала. Что бы ни случилось, это будет той еще адской поездочкой. И если заранее знать, что он уйдет, то не возникнет риска сильно к нему привязаться. Я просто буду наслаждаться временем, проведенным вместе с ним, и затем скажу «прощай». Это очень даже может быть чудесным.

— Ладно, — сказала я, наконец. — Ты вытащил мою задницу из огня. Спасибо за это. Но я до сих пор не совсем уверена насчет всего этого плана с девушкой. Наверное, посмотрим, как там дальше будет.

От радости он хлопнул в ладоши:

— Ты об этом не пожалеешь. Я не запутаю твою жизнь. Сильно.

— Сильно?

— И знаешь, моя компания чертовски очаровательна. Люди это не всегда во мне замечают. Плюс, я буду открывать крышки и таскать тяжелые вещи. Я слышал, для вас женщин, это проблематично, — он проскакал по комнате. Боже милостивый, у этого человека в запасе было столько энергии, словно он надышался сахара. — Так, чем сегодня займемся? Хочешь, закажем еду? Ты что хочешь?

Я откинулась в кресле, просто устав смотреть на него.