Автобус славы - Ричард Карл Лаймон

Открыв глаза, она увидела, что лежит, растянувшись на сиденье. Но не на сиденье машины Родни.

Памела была в автобусе – на одной из тех длинных мягких скамеек, где люди сидят сразу за водителем, лицом к проходу. Окна над спинкой сиденья были покрыты желтой тканью, которая приглушала солнечный свет и придавала воздуху мутно-золотистый оттенок. Воздух был теплым, но не слишком горячим. Она догадалась, что в автобусе работает кондиционер.

Памела повернула голову. Длинное сиденье через проход было пусто. Опустив взгляд, она посмотрела на себя. На ней все еще были свитер и юбка болельщицы. Большая часть свитера была так густо заляпана кровью, что почти не было видно его первоначального золотистого цвета. Однако он была аккуратно расправлен, как и юбка. Кто-то, должно быть, позаботился поправить ее одежду после того, как уложил на сиденье.

Очевидно, кто-то также позаботился о ее лице. На ощупь оно был свежевымытым. Исследуя его рукой, она не обнаружила никаких следов липкости. Ни на лице, ни в волосах, которые казались слегка влажными. Памела проверила свою руку. На ней не было крови.

Кто-то хорошо вымыл ее, по крайней мере, от шеи и выше.

Посмотрев мимо своих ног, Памела заметила пару пассажиров в первом ряду сидений, расположенных лицом вперед. Мужчину и женщину. Они сидели неподвижно, пристегнутые ремнями безопасности, которые пересекали их грудь и колени. Оба, казалось, смотрели прямо вперед. Парочка была очень хорошо одета для автобуса посреди пустыни: мужчина - в пиджаке и галстуке, женщина - в платье с цветочным узором.

"Должно быть, это чартерный автобус, - подумала она. - Может быть, везет церковную группу на какую-нибудь экскурсию.

Заблудились по дороге в Большой каньон? И, кроме того, религиозные группы обычно не разъезжают, всаживая пули в головы людей.

Тогда кто только что застрелил Родни?"

Памела сомневалась, что ее спас кто-то из этих двоих. Они сидели, как две статуи.

Она кивнула им в знак приветствия, но они не ответили. Памела повернула голову. Через проход от пары сидел ребенок. Может быть, их сын. Лет восьми-девяти. На нем была бейсболка, синие джинсы и футболка. Памела попыталась прочесть надпись на его футболке. Несколько слов были спрятаны под нагрудным ремнем безопасности, но она собрала воедино сообщение, которое показалось ей довольно странным: "Я был в Питсе. Это и есть Ямы. Питс. Калифорния. Население 6".

Хотя мальчик, казалось, был одет как обычный ребенок, он сидел неподвижно у закрытого окна, руки по швам, лицо вперед, и не двигался.

- Привет, - сказала Памела, надеясь, что ее голос прозвучит достаточно громко, чтобы быть услышанной за шумом автобуса.

Мальчишка даже не взглянул на нее.

"Очень дружелюбные люди, - подумала она. - Наверное, религиозная группа. Кучка святош-фанатиков. Может, они практикуют обет молчания".

"Да, но кто-то застрелил Родни. Кто-то спас мне жизнь". - Памела села. Повернувшись к проходу, она опустила ноги. Ступни у нее затекли и болели, поэтому она осторожно поставила их на пол. Резиновый коврик на полу был прохладным и гладким, немного шершавым. Она помахала мальчику рукой.

Тот проигнорировал ее, и Памела повернула голову налево. Сразу за подлокотником кресла, на котором она лежала, от пола до уровня ее плеч поднималась металлическая перегородка. Она предположила, что перегородка была там, чтобы защитить спинку водительского сиденья, хотя верхняя часть сиденья и голова водителя были видны.

Шофер был без головного убора. Его черные волосы были так коротко подстрижены сзади и по бокам, что сквозь них виднелась кожа головы. Из-за короткой стрижки его уши казались слишком большими. На макушке волосы торчали прямо вверх, как щетина щетки.

- Привет, - сказала Памела.

Он не ответил.

- Водитель? - спросила она, повысив голос.

- Никаких разговоров, мэм, - крикнул он, не оборачиваясь. В его голосе не было злости, как у человека, констатирующего очевидный факт.

- Что? - спросила она. - Что значит "никаких разговоров"?

- Никаких разговоров с водителем во время движения автобуса. Политика компании.

- О. Ладно. - Памела предположила, что это, должно быть, правило безопасности.

- Извините, - добавила она.

- Нет проблем.

Памела задумалась, есть ли в автобусной компании правило, запрещающее вставать во время движения автобуса.

"Скоро узнаем".

Наклонившись вперед, она потянулась к блестящему опорному столбу. Девушка ухватилась за него и поднялась с сиденья. Боль поднялась от подошв ног. Памела замерла, сгорбившись и сжимая шест, ее рот был разинут в безмолвном крике. Сильная боль длилась недолго. Она выпрямилась.

Глубоко вздохнув, Памела заметила, что шторами на окнах по ту сторону прохода служили порезанные на полоски желтые одеяла. Они были прикреплены к окнам широкими серебристыми полосками клейкой ленты. "Очень стильно, - подумала она. - Что это за автобус такой? Вероятно, одна из тех крысоловок - машин смерти без тормозов – о таких вы слышите, когда они разбиваются в горах по пути на воскресный уик-энд или библейский лагерь или что-то в этом роде.

И паломники попадают на небеса немного раньше, чем они ожидали. Аминь.

Может быть, мы тоже направляемся в библейский лагерь. Если прежде не разобьемся и не погибнем..."

Повернув только голову, Памела посмотрела в переднюю часть автобуса. Яркий свет от ветрового стекла заставил ее прищуриться. Впереди автобуса была двухполосная дорога через пустыню.

Та же дорога, по которой она ехала с Родни? Памела не могла сказать. Но это точно была та же пустыня.

Она видела лицо водителя в зеркале заднего вида, но темные очки скрывали его глаза. Кивнула в знак приветствия на случай, если он смотрит на нее. Тот никак не отреагировал.

"По крайней мере, он не приказывает мне сесть".

В темных очках, с плоской макушкой и худощавым, с грубыми чертами лицом он выглядел так, словно должен был стать полицейским на мотоцикле. Полицейским, подрабатывающим водителем церковного автобуса. Это было бы неплохо. Это могло бы объяснить, что произошло там с Родни.

- Эй? - спросила Памела.

Лицо в зеркале слегка повернулось. Так же терпеливо, как и раньше, водитель объяснил:

- Я не могу сейчас говорить, мэм. Не во время движения автобуса. Это для безопасности всех, кто находится на борту.

- Ладно. Простите.

"Ну и черт с ним", - подумала она. Затем вышла на середину прохода, отвернулась от яркого света, проникавшего из ветрового стекла и посмотрела в заднюю часть автобуса. В тусклом желтом свете было видно, что многие места оказались заняты. Памела прикинула, что пассажиров