Автобус славы - Ричард Карл Лаймон

подниматься. Когда она была на полпути к вершине, решила, что, вероятно, достаточно высоко для хорошего обзора. Памела заползла на каменную плиту, которая выглядела довольно гладкой и не имела большого наклона. Она села на нее, подтянув колени и упираясь ступнями в поверхность, чтобы не соскользнуть вниз.

Сложив ладони вокруг глаз, Памела прищурилась и всматривалась в пустыню.

Через некоторое время заметила Родни. Все еще распростертого на земле.

Вздохнув, она вытерла пот с лица.

Какое-то время Памела просто наблюдала за ним и наслаждалась осознанием того, что находится в безопасности. Родни был внизу. Далеко. Пока они оба оставались на месте, он не мог причинить ей вреда. Она посмотрела на дорогу.

Ничего не приближалось.

"Зачем вообще здесь сделали дорогу, если ей никто не пользуется? - удивилась Памела. - Не проложили же ее только для Родни?" Потом она подумала: "Может, и так". Эта мысль немного напугала ее. - Шучу, - пробормотала она. Дорога, ведущая в никуда. "Это просто смешно", - сказала себе Памела. Это не какое-то призрачное шоссе, оно просто находится в глуши и, вероятно, проходит между парой захолустных городков, в которые никто никогда не ездит, поэтому им мало кто пользуется. Рано или поздно кто-нибудь появится. Памела попыталась вспомнить, видела ли она еще какие-нибудь машины с тех пор, как они свернули на этот участок. Ничего не смогла припомнить.

"А что, если никто не придет? - задалась она вопросом. Потом сказала себе: - Здесь я в безопасности. Вот что важно. Ему меня не достать. Я просто должна устроиться поудобнее и переждать".

Свитер казался ей тяжелым влажным пальто. Она сняла его и вздохнула. Ветерок был горячим и сухим на ее коже, но это было чудесно.

Памела сложила свитер и села на него. Толстая шерстяная ткань была хорошей подушкой.

Родни по-прежнему лежал неподвижно. Она посмотрела на дорогу. По-прежнему пустынно.

"Если кто-нибудь и появится, - подумала Памела, - мне от этого не будет никакой пользы. Только не сейчас, когда я здесь наверху. Скорее всего, меня не увидят, а вовремя спуститься к дороге я точно не успею".

"Все в порядке. Мне и здесь хорошо. Пока".

Но солнце было ужасно жарким, поэтому она вытащила свитер из-под своей задницы и накинула его через голову. Часть его свисала ей на спину, часть закрывала лицо. Памела приподняла часть, скрывавшую ее лицо, и подняла ее обеими руками, чтобы получился навес.

Она выглянула из-под него. Родни все еще лежал на земле.

Двигался ли он вообще с тех пор, как упал? Ей казалось, что нет.

Может быть, он мертв?

А может, и нет.

Снятый свитер и поднятые руки не могли остановить струйки пота, стекавшие по коже Памелы. Они скользнули вниз до самого пояса ее юбки, щекоча тело. Время от времени, когда зуд становился невыносимым, она опускала свитер на лицо и обеими руками терла себя.

Хоть на время успокоить зуд было чудесным ощущением. Но ей не хотелось этого делать, потому что она не могла видеть Родни, пока свитер закрывал ее лицо.

Каждый раз, когда Памела поднимала ткань, она боялась, что он может исчезнуть.

"Никуда он не денется, - наконец сказала она себе. – Родни больше не преследует меня".

Но мертв ли он? Памела была почти уверена, что удар в глаз может быть смертельным - если попасть достаточно глубоко, чтобы задеть мозг. Достаточно ли глубоко для этого она ткнула большим пальцем? Вряд ли. Но если рана не убила его, возможно, его свалил сердечный приступ. Такой большой толстый парень, как он, бегает по пустыне, борется с ней, получает множество ударов по организму от всех повреждений, которые она нанесла... Не говоря уже о том, что он, вероятно, был измотан с самого начала. Ехал несколько часов. Не спал всю ночь, сначала убил Джима, потом изнурял себя захватом Памелы в плен, затем поджогом дома. Она провела большую часть ночи в надежде, что он умрет от сердечного приступа. "Если он сейчас мертв, - подумала Памела, - я могу взять ключи от его машины и уехать. Но если он не умер, а я пойду за ключами..."

Она позволила свитеру упасть на лицо. Обеими руками она растирала зудящие бока, живот и грудь. Ее кожа была горячей и скользкой. Когда ткань опустилась, ее лицо, казалось, начало запекаться. Памела приподняла свитер и вздохнула от приятного дуновения ветерка. "В машине есть кондиционер. Но что, если Родни притворяется?"

Он не может притворяться с глазом. Если он и не мертв, то сильно измотан. И все же нужно быть сумасшедшей, чтобы отправиться за его ключами.

Памела ждала. Наблюдала за Родни. Смотрела на дорогу. Все чаще и чаще она ловила себя на том, что смотрит на машину Родни. Представляла, как садится на водительское сиденье, вставляет ключ в замок зажигания и уезжает. Оставив Родни позади. Направляясь к городу, расположенному выше по дороге (он должен там быть), в то время как прохладный воздух льется на нее из кондиционера.

"Есть только один способ сделать это, - сказала она себе. - Пойти за ключами".

Он убьет меня!

Если только сможет.

Глава 4

Памела отправилась за ключами.

Сначала она натянула свитер. Ощущение горячей ткани на коже заставило ее поморщиться. Но снимать его Памела не стала и спустилась со своего каменного насеста. Превозмогая боль заковыляла по раскаленной земле.

"Я возьму и его обувь, - подумала она. - Туфли, ключи, рубашку".

Хорошая легкая рубашка с короткими рукавами. Но Памела вспомнила, что та была вся в крови из-за его глаза, поэтому решила не брать ее.

"Только туфли и ключи", - сказала она себе. Наконец показалось его тело. Памела направилась к нему, прихрамывая и морщась каждый раз, когда ставила ногу. Когда до тела оставалось несколько ярдов, девушка остановилась. Она неподвижно стояла и пристально смотрела на Родни.

"Дышит ли он?" С такого расстояния было не определить.

"Может быть, это именно то, чего он ждал, - подумала она. - Он знал, что я вернусь за ключами, если он пролежит здесь достаточно долго. И вот теперь я это сделала. Сунулась прямо в его ловушку".

Родни лежал лицом вниз, голова повернута вправо, обе руки подняты и согнуты в локтях. Правая рука, лежащая на земле в нескольких дюймах от его лба, все еще держала пистолет. Со стороны не выглядело, что ладонь крепко сжимает рукоять. Как будто он заснул с пистолетом в руке. "Может быть,