От эмоций не спрятаться в шкафу - Эверина

— Ну что же, мистер Поттер, — вздохнул декан. — Вы хоть понимаете, как сильно вы рисковали? Ходить в запрещенный коридор нельзя не просто так! И комендантский час создан не от скуки. Несмотря на всю возможную защиту Хогвартса у вас до сих пор много недоброжелателей, которые хотели бы довести когда-то начатое до конца.

Северус говорил очень строго, не повышая голос. Гарри внимательно слушал, замерев на месте и теребил край пижамы, которая была больше его на пару размеров. Старая и немного выцветшая.

Заметив непонимание на лице первокурсника, профессор спросил:

— Вы знаете, как погибли ваши родители?

Поттер отвел взгляд в сторону и скромно, словно сомневаясь, кивнул.

— Вы чудом уцелели тогда! — продолжил Снейп, хотя очень не любил, когда ученики не используют слова для ответа. — Много темных волшебников хотели бы убить вас с той самой ночи. А сейчас вы бродите ночью по огромному замку в одиночестве, как будто хотите облегчить им задание!

Гарри вздрогнул, когда Северус резко закончил предложение, повысив голос.

— Я предупреждал вас о последствиях. Я не потерплю нарушения правил от своих учеников, более того вы подвергли себя опасности… — голос декана стал тише, но был стальным и пугающим. Северус немного подвинул ноги вперед и положил руку на бедро, похлопав. — Ложитесь, мистер Поттер, — он указал на свои колени.

Гарри отшатнулся, ошеломлённо поднял взгляд и уставился на профессора. В груди что-то екнуло, оборвалось, взорвалось и оставило после себя пустоту. Гарри так и не сдвинулся с места, боясь пошевелиться. Он не представлял, как сам ляжет на колени своего учителя для наказания. Это было слишком… Смущающе! И стыдно!

— Простите… — тихо проговорил первокурсник, — Я…

— Это ничего не изменит, Гарри! — перебил Снейп. Это прозвучало относительно мягко и он даже использовал имя мальчика, вместо формальности. — Уже слишком поздно, всем пора спать. Ты все равно не уйдешь без наказания. Ложись быстрее.

Декан, схватив Поттера за локоть, подвел его ближе к себе, направляя, и позволил самому лечь. Гарри, побоявшись перечить, аккуратно попытался опереться на ноги своего декана. Опустив голову, стараясь не плакать, он подошёл ближе и наклонился. Он боялся просто прикоснуться руками к профессору, а тут надо лечь!

Снейп аккуратно помог уместиться и поправил мальчишку на своих коленях. Гарри сжался от смущения, чувствуя, как бы хотелось спрятать голову подальше от всего. Засунуть ее в панцырь или под одеяло, словно черепашка. Он никак не мог поверить, что оказался в такой ситуации. Щеки и уши горели от стыда и смущения, и он ничего не мог с этим сделать. Хорошо, что профессор не мог это видеть. Хотя, то что Снейп видел и наблюдал со своего ракурса стыдило еще больше.

Северус не торопился наказывать. Он словно давал мальчику настроиться, успокоиться и привыкнуть. Гарри шмыгнул носом и немного заерзал.

— Повтори, Гарри, что ты сделал не так? — спросил мастер зелий, придерживая Поттера за поясницу. — Что привело к наказанию?

То, что именно мальчишка сделал не так, было банально. Придумать что-либо другое практически невозможно. Но Снейп старался всегда убедиться, что подопечный все правильно понимает. Он расспрашивал обычно до наказания или после. Вдруг ребенок из-за низкой самооценки, детской догадливости и наивной смышлености думает совсем не то? Разные случаи бывали.

— Я… Плохой… — мальчик запнулся, шмыгнув носом и тяжело дыша… Он вспомнил все разы, когда профессор упоминал его отца, говоря, какой он заносчивый и высокомерный. Когда Снейп сравнивал Гарри с отцом. После этого почти сразу прилетел неприятный шлепок.

— Это не так! — строго сказал Северус. Он снова довольно сильно шлепнул подростка, придерживая.

Гарри напрягал все мышцы изо всех сил стараясь терпеть это наказание. Ладони вспотели и он изо всех сил ухватился ими за что-то, даже не осознавая это. Казалось, это была нога Снейпа, но Поттер не мог об этом думать в этот момент. Он держался за штанину учителя, сжимая бедро, словно пытался уберечь себя от падения. Но декан сам крепко его удерживал на месте.

После седьмого шлепка, который прилетел чуть выше ног, Гарри совсем разревелся. Он больше не мог себя сдерживать и отчаянно расслабился, повиснув на коленях профессора. Дышать в таком положении было еще тяжелее. Он громко всхлипывал, не зная, сколько еще должен терпеть. Но, к его удивлению и облегчению, ударов больше не последовало.

Гарри дрожал и непроизвольно вздрагивал. Как бы он не старался плакать тише, больше это не представлялось возможным. Всхлипы громко вырывались из груди, когда он просто пытался спокойно дышать.

Заметив, что всхлипы стали чуть громче, Снейп прекратил наказание и прислушался. Мальчишка ревел, словно пятилетний малыш. Гарри и сам от себя не ожидал такой реакции, но никак не мог это контролировать. Кожу от шлепков сильно припекало и покалывало, но это была не та боль, которую нельзя терпеть.

Северус собирался дать несколько секунд, чтобы успокоиться, но в таком положении и в такой истерике это было бы бессмысленно. Он подхватил мальчика под грудь, аккуратно поднял и прижал ближе.

Гарри спрятал лицо в локте, пытаясь стереть слезы и сопли. Он думал, что Снейп сейчас снова вольет в него какое-нибудь зелье, чтобы угомонить. Но Северус прижал его, позволяя реветь в свою мантию. Поттер не заметил, как сам стал прижиматься к груди декана, словно пытался зарыться под длинные края одежды в поисках тепла. А Снейп нисколько не собирался выгонять его. Он легко окружил его руками, обнимая, и не давая никуда упасть, потому что Гарри ничего не видел, закрывая лицо.

Семь шлепков. Всего семь шлепков Гарри хватило, чтобы разрыдаться, как дитя. Раньше Петуния гонялась за ним с кухонным полотенцем в руках. Но почти никогда он не плакал, хотя прилетало ему больше. Но сейчас было совсем по-другому. Другие чувства и ощущения. Он ревел вовсе не из-за боли, хотя она тоже играла роль.

В отличие от наказаний у Дурслей Снейп заставил его добровольно лечь. И наказывал он рукой на своих коленях, а не ремнем или полотенцем.

Гарри прижимался к учителю, рыдая в свой локоть. От всех переживаний он продолжал неосознанно сжимать ладони, перебирая все, что рядом. Рядом оказалась мантия Снейпа в районе плеч и даже кончики черных волос. Он сжимал их слегка влажными пальцами, теребил, мял, но никто не ругался на него.

Разум стал потихоньку проясняться. Вместе с рыданиями выходило все напряжение, поэтому Гарри быстро стал успокаиваться. Он осознал, что Снейп не просто его обнимает, а Гарри еще и сидит у него на