Юный техник, 2005 № 03 - Журнал «Юный техник»

— Я снесу их к чертовой матери.

Рейнхардт добродушно рассмеялся.

— Они сделаны из напряженного титана с уплотненной молекулярной структурой.

— Что все это значит?

— Их практически невозможно разрушить. Мы позаботились о том, чтобы какой-нибудь диверсант не решил их подорвать во время переговоров.

— То есть они останутся здесь навсегда?

— Со временем вы к ним привыкнете. А зимой…

— Не бывает у нас зимы! — проорал О'Нил.

— Значит, они вам не понадобятся. Моя ошибка.

— Так что же мне все-таки с ними делать?

Рейнхардт широко улыбнулся.

— А кому сейчас легко, О'Нил?

* * *

— Готовы к медосмотру? — спросил майор.

— К какому еще медосмотру? — подозрительно спросил О'Нил.

— Представители Калии прибывает всего через шесть дней.

— И какое отношение имеют эти чертовы представители к моему здоровью?

— Нас заботит не ваше здоровье, — ответствовал майор. — Но они — млекопитающие, и не исключено, что восприимчивы к человеческим болезням. Вдруг у вас простуда или еще какая хворь? Любое инфекционное заболевание может оказаться для калийцев смертельным. Не хотим же мы, чтобы они перемерли у нас на руках, не так ли?

— Я-то думал, это прекрасный повод развязать войну, — пробурчал О'Нил.

— А вы шутник! — рассмеялся майор. — Теперь будьте паинькой и отправляйтесь в корпус № 4 на медосмотр. Идет?

— Да пошел ты…

— Вы можете явиться туда добровольно или я вызову солдат, но медосмотр вы пройдете, мистер О'Нил. Позвольте мне сослаться на подписанный вами договор. Страница семь, параграф…

— А теперь выдохните.

Красный как рак, О'Нил выдохнул и тут же часто-часто задышал.

— Мы немного не в форме, не так ли? — с улыбкой спросил доктор.

— Мы как-то не представляли себе, что императору должно задерживать дыхание на десять минут, — осторожно ответил О'Нил.

— Да ладно, мистер О'Нил, — хохотнул доктор. — И всего-то вы продержались тридцать секунд.

— Как скажется на жизни калийцев моя способность задерживать дыхание?

— Никак, — ответил доктор. — С другой стороны, мы не хотим, чтобы правящий монарх умер во время переговоров. Начальство за это по головке не погладит.

— Я не собираюсь помирать.

— Из этого следует, что вы согласны немедленно сесть на диету. Положим вам восемьсот калорий в день.

— Что-о-о?

— Пока вы не похудеете фунтов на двадцать пять. И разумеется, придется отказаться от употребления табака и алкоголя.

— Ни от чего я не откажусь! — огрызнулся О'Нил.

— Послушайте, мистер О'Нил, с вашим давлением нельзя так волноваться. Я думаю, вам не повредят ежедневные трехмильные прогулки. Утром и вечером.

— Сам и прогуливайся.

— Пожалуйста, мистер О'Нил, мы несем ответственность за ваше здоровье.

— Вы отвечаете только за то, чтобы по прибытии на мою планету давление не поднялось у калийцев.

— Мистер О'Нил, у вас никудышное здоровье. Я обязан настаивать на том, чтобы вы выполняли мои рекомендации.

— Руки коротки.

— Статья тридцать четвертая, регламентирующая действия оккупационной армии, гласит: «Если, по мнению старшего офицера-медика, имеются основания для…»

— Достаточно, — смирился О'Нил.

— Все делается для вашего же блага, — улыбнулся доктор. — Вы еще мне спасибо скажете.

— Не сотрясай зря воздух, — отмахнулся О'Нил.

— Что теперь? — спросил О'Нил у подошедшего Рейнхардта.

— Вам пора покинуть планету. Посольство Калии прибывает в ближайшие десять часов.

— И что? Это моя планета. Я хочу посмотреть, как они выглядят.

— Мы не можем допустить, чтобы вы в таком виде представляли человечество. Когда вы в последний раз носили обувь?

— При чем здесь обувь? Насколько мне известно, калийцы вообще обходятся без одежды.

— Калийцы, возможно, и обходятся, а вот люди — нет, — в голосе Рейнхардта звучали стальные нотки. — А ваши обноски одеждой не назовешь.

— Ладно, надену ботинки.

— И новую одежду.

— Хорошо, — пробурчал О'Нил.

— И побреетесь.

— Что? А как насчет маникюра? — с издевкой спросил О'Нил.

— Как раз хотел напомнить.

* * *

Калийцы прилетели и улетели. Дипломаты высказали взаимные обвинения, никаких решений принято не было, что, впрочем, никого не удивило.

— Слава тебе, господи! Все кончено! — радостно воскликнул О'Нил, как только последний из звездолетов Калии поднялся в небо.

— Мне понятна ваша радость, — покивал Рейнхардт. — Все-таки вы стали богаче на миллион кредиток.

— Я также похудел на шестнадцать фунтов, три недели не пил и не курил, ноги у меня в волдырях, костюм жмет, и я не узнаю моей планеты.

— Что ж, не в сказке живем.

— Месяц тому назад я жил в сказке. Жил бы и дальше, если бы не ваши идиотские игры. Кстати, а когда вы сваливаете?

— Что-то я вас не понимаю.

— А что тут понимать? — рявкнул О'Нил. — Когда ты заберешь своих людей и вместе с ними покинешь мою планету?

— Не имею ни малейшего представления. Такое решение может принять только руководство Союза.

— Но переговоры с Калией завершены, пусть и без особых результатов. Так чего вам тут делать?

— Насчет переговоров вы правы, — кивнул Рейнхардт. — Но мы склоняемся к тому, чтобы продлить срок аренды.

— Зачем? С этими мерзавцами вы ни о чем не договоритесь.

— Вероятно, нет, — согласился Рейнхардт. — Но я не понимаю, почему вы так волнуетесь. За продление аренды вам полагается дополнительное вознаграждение.

— Не нужны мне ваши деньги! Я хочу, чтобы меня оставили одного! — О'Нил вскочил. — Посмотри на меня. Еще немного, и я стану таким же, как ты!

— Тогда вам с самого начала не следовало сдавать планету в аренду.

— Ты же сам пришел ко мне, черт побери! Я-то к тебе не приходил!

— Не вижу особой разницы.

— Послушайте, — в голосе О'Нила сквозило отчаяние, — а почему бы вам просто не выкупить у меня эту планету?

— Невозможно, — покачал головой Рейнхардт. — Тогда она сразу потеряет статус нейтральной. — Он выдержал паузу. — Нынешнее положение нас вполне устраивает.

* * *

Рейнхардт с генералом сидел в баре «Анус ангела», когда на его запястье дважды пикнул пэйджер.

— Слушаю, — отозвался Рейнхардт.

— Он улетел, сэр.

— Забрал с собой все пожитки?

— Да, сэр.

— Вы установили «маячок» на его корабль?

— Как вы и приказывали.

— Дайте мне знать, где он объявится. — Рейнхардт выключил пейджер и повернулся к генералу: — Жаль, конечно, но нам придется заморозить его счет. Напрасно он попытался нас надуть, — тут он позволил себе улыбнуться. — Приятно иметь дело с аморальной личностью!

— И где, по-вашему, он объявится?

Рейнхардт пожал плечами.

— Кто знает… Но уж наверняка как можно дальше от Союза и Калии. — Вновь на его губах заиграла улыбка, он откинулся на спинку удобного кресла. — Он отыщет идеальное место для новой Швейцарии. Со временем эта планета станет для нас совершенно бесполезной. Так что мы еще свидимся.

Перевел с английского Дмитрий ВЕБЕР

Художник Лена САНКИНА

УНИВЕРСИТЕТ ИЗОБРЕТАТЕЛЬСТВА

Нужна ли корона цилиндру?

Золотая медаль на очередном смотре изобретений в Женеве была присуждена работе нашего соотечественника, доктора технических наук Евгения Бугайца. По мнению жюри, его свечи зажигания могли быть удостоены даже Гран-при, если бы их продемонстрировали экспертной комиссии чуть пораньше. Ведь на глазах изумленных экспертов «Крайслер минивэн вояджер», который разгоняется до скорости 100 км/ч обычно около 30 с, со свечами Евгения Степановича набрал скорость втрое быстрее. Почему так получилось?

— Двигатель внутреннего сгорания, или ДВС, работает на нашей планете уже более 150 лет, — рассказал автор изобретения. — И над его усовершенствованием работают миллионы специалистов, которые тратят десятки миллиардов долларов ежегодно, стремясь выжать из ДВС все возможное. Однако успехи пока довольно скромные — каждый год КПД двигателя возрастает в среднем на 0,2 %. Почему так получается?

Проанализировав ситуацию, я увидел, что при работе двигателя существуют огромные потери, которые почему-то никто не замечает. Часть потерь связана непосредственно с процессом горения. Казалось бы, так здорово все изучено, такие серьезные специалисты работали в этой области, что добавить нечего. Но в том-то и дело, что одни специалисты изучали химический процесс горения, другие — термодинамику процесса с точки зрения цикла Карно, но никто почему-то не удосужился взглянуть на процесс комплексно, применительно именно к горению в цилиндрах ДВС. А там есть масса нюансов, которые заставляют изучать динамику процесса в микросекундном диапазоне.