Разведчицы и шпионки - 2 - Игорь Анатольевич Дамаскин

берега спешит на своей лодчонке Коллеб Брустер. Получив донесение, Брустер тут же тронулся в обратный путь, не забыв сообщить о своем благополучном прибытии. На веревке он вывесил сигнал — красную юбку.

Дальше, как говорится, дело техники. Брустер уже находился на американской территории, где доставил документ начальнику разведслужбы Бенджамину Толмеджу И надо же, какое совпадение: как раз перед этим Толмедж получил письмо от коменданта Вест-Пойнта, генерала Бенедикта Арнольда, который сообщал, что в район, где находился Толмедж, возможно попадет друг генерала Джон Андерсон, и просил выделить драгун для его охраны!

Мы не будем описывать всех перипетий операции по разоблачению и срыву английского плана захвата Вест-Пойнта. Это увело бы нас в сторону от темы очерка. Достаточно заметить, что Бенджамин Толмедж проявил себя не только как разведчик, но и как блестящий контрразведчик. Правда, изменнику генералу Бенедикту Арнольду удалось бежать, но его соучастник Джон Андерсон, он же Андре, был пойман, отдан под суд и повешен.

Остается с сожалением констатировать, что даже в условиях «открытого» американского общества имена участников группы «Калпер», в том числе и Сары Таунзенд, долгое время хранились в тайне и стали известны лишь более столетия спустя.

ЗА БРИТАНСКУЮ КОРОНУ

Не все американцы были единодушны в борьбе за независимость. Немало оказалось и таких, которые предпочитали оставаться подданными его величества короля Великобритании. Среди них и Энн Бэйтс, школьная учительница из Филадельфии.

Молодой девушкой она вышла замуж за артиллерийского инженера, который занимался ремонтом пушек английской колониальной армии. Видимо работа наложила отпечаток на его мировоззрение — он всегда оставался преданным слугой британской короны. Эти же верноподданнические чувства испытывала и его жена.

Когда под натиском армии Джорджа Вашингтона английские войска, а вместе с ними и ее муж, собирались покинуть Филадельфию, к Энн обратился начальник английской разведки:

— Нам известно о том, что вы преданы английской короне. Ваша помощь была бы неоценимой. Готовы ли вы оказать ее?

Энн ни минуты не колебалась.

— Да, — просто ответила она.

После ухода англичан Энн осталась в Филадельфии, выдавая себя за американскую патриотку. В город вступили американские части под командованием генерала Бенедикта Арнольда (он сам впоследствии стал английским агентом и предателем). Энн получила все права и документы американской гражданки. Можно было приступать к работе.

Под видом маркиганки Энн (носившая псевдоним «Миссис Барнс») проникла в лагерь американской армии. Ее пол и род занятий представляли ей относительную свободу действий, благодаря чему она с шутками и заигрываниями добиралась туда, куда не смог бы добраться мужчина-разведчик. Но не всегда она действовала умело.

Однажды ее задержали и привели к полковнику.

По-моему, это шпионка, — доложил начальник патруля. — Она интересовалась, сколько орудий у нас осталось после боев.

— Обыскать! — приказал полковник.

— Вы не смеете до меня дотрагиваться! — возмутилась Энн.

— Хорошо, пригласите жену священника, у которого мы остановились.

У «Миссис Барнс» ничего предосудительного не обнаружили.

— Так почему же все-таки вы интересовались числом орудий?

Очень просто. Я должна заказать в городе и привезти нашивки для командиров орудий. Зачем же мне заказывать лишние?

Ее отпустили, но предупредили, чтобы она не совала нос не в свои дела.

В другой раз ее задержали, когда она следила за передвижением колонны армии Вашингтона.

— Что вы здесь делаете? — поинтересовался офицер.

Она смутилась.

В одной из колонн должен пройти человек, которого я… которого я люблю. Я так волнуюсь за него. Он участвовал в бою под Гринхау.

— Эти части не оттуда, а из-под Рошвилля, так что убирайтесь отсюда!

Опечаленная «Миссис Барнс» пошла составлять донесения о переброске войск из-под Рошвилля.

Но случилось и так, что ее чуть было не схватили с донесением, и она, буквально под пулями солдат, перебежала линию фронта. А через пару дней вернулась и оказалась в самой штаб-квартире Вашингтона, где завела полезные знакомства.

Ее многочисленным «вояжам» из Нью-Йорка в расположение американских войск и сбору информации об их планах, передвижениях, численности, вооружениях, поставках не мешали ни опасности, ни препятствия.

Самым большим достижением Энн Бэйтс было получение сведении о том, что сторонник Вашингтона маркиз Лафайет направился в Род-Айленд для встречи французского флота, спешившего на помощь американцам. Это предупреждение позволило англичанам перебросить туда войска и отстоять город Ньюпорт.

В 1778 году Бэйтс вновь проникла в Пенсильванию со специальным заданием и встретилась с женщиной, имя которой так доселе и осталось неизвестным. Известно лишь, что она находилась в окружении генерала Арнольда. Вместе с этой женщиной Энн немало сделала для того, чтобы генерал перешел на сторону противника.

В 1781 году, когда Энн стала угрожать опасность разоблачения, она вместе с мужем отправилась в Англию, где благополучно дожила до конца XVIII века.

ОТЧАЯННЫЕ РОЯЛИСТКИ

Времена французской революции и наполеоновских войн еще можно отнести к «галантному веку». Именно в эти годы женщины — знатные и простушки, патриотки и авантюристки весьма активно проявили себя на поприще разведки, как на стороне революции и Наполеона, так и на стороне роялистов.

Аббат Леклерк, роялист, фанатически ненавидевший Наполеона и революцию, стал, выражаясь современным языком, резидентом английской разведки во Франции, бескорыстно снабжая англичан ценнейшими сведениями. Он имел широкую сеть агентуры в разных слоях общества. Одной из его верных помощниц стала мадемуазель де Руссель де Превиль, дочь покойного капитана Королевского флота.

Миниатюрной, очаровательной девушке в 1804 году едва исполнилось восемнадцать. За красоту и грацию ее прозвали «Нимфой». Она привыкла к веселому обществу, где вызывала обожание, была непостоянна и до глупости простодушна. Все ее интересы сводились к украшению своей особы, балам и приемам. И хотя пословица гласит: «Когда говорят пушки, музы молчат», никогда не было ни таких веселых балов, ни такой прекрасной музыки, ни таких прелестных танцев, как в эти годы.

Казалось бы, ее характер был полностью противоположен представлению о разведчике, человеке умном и сосредоточенном на деле, свято следующим правилам конспирации. Но… В разведке бывает всякое. И вот эта девушка, узнав, чем занимается Леклерк, и заинтересовавшись его работой — не исключено, что и просто от безделья — вызвалась помогать ему. И вскоре стала его незаменимой сотрудницей, вошедшей в историю.

Нимфа де Руссель де Превиль, под таким именем она осталась в архивах французской полиции, переоделась юношей, приняла фамилию Дюбюиссон и начала опасную, полную приключений работу роялистского шпиона и курьера. Хотя она и была довольно опрометчивой, это не сказалось на безопасности ее товарищей. В ее задачи входили прием и передача секретной корреспонденции для Леклерка; для сбора информации она