Дом героев - Игорь Середенко

— Ты лучше, чем так ругаться, пойдем, посмотрим телевизор. Там новости начинаются. Вдруг о цирке рассказывать будут… — произнес Николай, желая отвлечь приятеля от тяжелых воспоминаний.

— А, новости. Ты хочешь новости? Тогда идем за мной, — предложил Рамба.

Рамба завел Николая в конец коридора, где никого не было.

— Слушай внимательно, — шёпотом произнес Рамба. — Над нами всеми нависла угроза — остаться без жилья. Мне-то все равно. Меня осенью заберут мои родители. А вот вы все…

— Какая угроза? Что ты говоришь? — переспросил Никола.

— Я имею в виду этих мордоворотов, что приехали и с директором ходят здесь. Ты видел их. Они расхаживали тут, в дом они даже не зашла.

— Это наши меценаты, — сказал Николай. — Так, во всяком случае, сказал директор. Они хотят сделать ремонт и построить еще одно новое помещение. Все довольны.

— С виду все так, а внутри — по-другому, — сказал загадочно Рамба. — Если это меценаты, то я белый. Никакие это не меценаты. Ты на их морды посмотри, и все ясно станет.

— Разве по лицам можно судить? — Николай улыбнулся.

— Я случайно подслушал их разговор. Они хотят купить часть территории и построить небольшое строение, а затем превратить нашу жизнь в ад, после чего нас вышвырнут отсюда по нашему же желанию, и они, таким образом, овладеют всем пансионатом. Вот почему они осматривали только территорию, а в дома даже не заходили, а ведь они же там ремонт собирались делать. Они все бульдозером разваляют, а затем построят что хотят, например, гостиницу крутую, для иностранцев.

— Да, ты что?! — удивился Николай воображению Рамбы.

— Все уничтожат, и построят крутую гостиницу. Я слышал все это собственными ушами. Вот, клянусь, своей свободой, — Рамба поцеловал маленький серебряный крестик, который у него висел на шее.

Николай не придал этому особого внимания. Его по-прежнему ничего не волновало. Он полагал, что даже если всех жильцов вышвырнут из пансионата, то он найдет себе какое ни будь другое жилье. Ведь жизнь, как он полагал, для него уже не имела ни какой цены. Он не собирался искать новый путь в жизни, как все обитатели этого пансионата. Ему было все равно, что произойдет с ним завтра, равно, как и во все другие дни.

7. Волшебная сила

Вечером Никита и Рамба готовились ко сну в своей комнате. Последние лучи заката спрятались за холмами, уступив место причудливым теням сгущающихся сумерек.

— Меня постоянно мучает нога, — сказал Никита.

— Ты шутишь, — удивился Рамба.

— Ахиллово сухожилие правой ноги болит. Я получил эту травму еще три года назад, на соревновании по саньда. И с самого первого дня моего пребывания…

— Перестань. У тебя же нет ног. Ни правой, ни левой. Как можно чувствовать боль конечностей, которых нет?

— Ты прав. Но то, что я чувствую — правда. Я спрашивал об этом у нашего доктора Анатолия Ивановича. Он сказал, что такое может быть. Это очень редкое явление. Оно называется «фантомная боль». Ученые не могут пока объяснить ее появление.

— Не знаю. У меня такого нет. Мою ногу оттяпали по самое колено. Врачи говорят, что я смогу ходить на протезе. Правда он дорого стоит. Но мои родители ради меня все сделают. Я же циркач. И потому легко научусь управлять этим протезом. Ты не веришь? — он посмотрел испытывающим взглядом на Николая.

— Нет, нет. Я не сомневаюсь, что ты осилишь. А вот мои ноги, к сожалению… — Николай опустил голову и посмотрел на то место, где должны были быть его ноги.

Ночью Николаю приснился удивительный сон. Ему снилось, как будто у него вновь появились ноги, и он бегал на них по песчаному безлюдному пляжу, наслаждаясь чувством, что он полноценный человек, а не инвалид. Никогда еще он так не радовался и не испытывал наслаждения чувству прикосновения ног с прохладным песком побережья. Во сне его позвал какой-то голос. Этот голос таинственно шептал: «иди ко мне». Эта фраза звучала несколько раз. И каждый раз она увеличивалась в тоне все сильней и сильней, пока Николай не проснулся. Он приподнялся на кроватью и посмотрел на мирно спящего Рамбу. Тот спал крепким сном. «Какие счастливые люди ночью», — подумал Николай, глядя на Рамбу.

— Наверное, приснилось, — тихо сказал Николай.

Он лег и начал успокаивать себя, что бы заснуть и вновь оказаться в том сне, где у него были ноги. Вдруг он вновь услышал эти слова: «иди ко мне». На этот раз Николай прислушался. Он понял, что эти слова ниоткуда не идут. Они произносятся у него в голове, словно кто-то телепортирует ему эту информацию.

— Боже, я наверное брежу, — сказал Николай.

И вновь кто-то произнес эти слова.

— Вероятно, я вечером принял слишком много обезболивающего средства для ног, — тихо произнес Николай, чтобы не разбудить Рамбу.

Неожиданно, он начал чувствовать какое-то приятное тепло. В дали комнаты он увидел маленького светящегося синим люминесцентным оттенком мотылька, который грациозно направлялся к двери. Николай не верил своим глазам. Он быстро собрался с мыслями, сел на инвалидную коляску и направился вслед за ночным незнакомцем. В доме все было тихо, все спали. Николай без труда на своей коляске в полумраке, выбрался из дома на поляну. Ночь была удивительно теплой, яркие звезды еще никогда так не светили. Николай почувствовал, что мотылек излучает какую-то вибрацию, которая манила его. Он следовал за маленьким ночным незнакомцем. Долетев до старого заброшенного сарая мотылек словно растворился в его стене и исчез внутри здания.

— Наверное, ты хочешь, что бы я зашел туда.

Николай осторожно открыл дверь сарая и увидел там едва заметное свечение алого свет, которое исходило из-под пола, в центре домика, как раз напротив сияющей дыры в потолке. Николай вошел внутрь сарая и подкатился к центру комнаты. В потолке была огромная дыра, сквозь которую можно было видеть большие звезды на небе.

— Мне терять нечего, — сказал полушепотом осмелевший Николай. Он подумал о пожаре.

Он добрался к куче старых лохмотьев, из-под которых излучалось таинственное свечение, и откинул их в сторону. Неожиданно осветился весь сарай легким алым светом. В центре комнаты неподвижно лежал огромный камень, который и издавал этот свет. Николай почувствовал те же приятные ощущения, когда его манил за собой маленький мотылек. Он понял, что его звал к себе этот камень, который сейчас притягивал его сознание, манил невидимой силой. Он хотел наклониться, что бы коснуться приятно святящегося изнутри камня. Вдруг он почувствовал страшную боль, как будто его тело разрывается изнутри. От этой боли он потерял сознание и упал на пол, его коляска перевернулась.

Рано утром Николай пришел в себя. Солнечный лучик проникал сквозь щель в стене и приятно грел, освещая его лицо. Он посмотрел на потолок, в дыре сияло голубое небо. Он обнаружил, что находится не в кровати и не в коляске, и даже не в своей комнате. Николай начал вспоминать свой сон, в котором ему казалось, что будто бы он пробрался в сарай этой ночью, следуя за маленьким светящимся мотыльком. Постепенно он начал осознавать, что это был не сон. Он быстро поднялся с пола и с трепетом осмотрелся. Рядом с ним находился огромный черный камень, и вдруг он обнаружил…

— О, боже! — произнес от удивления Николай.

Николай стоял на своих здоровых ногах. Рядом с ним лежала перевернутая коляска, без которой он еще вчера не мог передвигаться.

— Не может быть!

Он не верил тому, что видел. Его ноги были совершенно целыми и вполне здоровыми. Он ущипнул себя. И испытал в таких случаях — обыкновенную легкую боль.

— Значит, я не сплю.

Он согнул ноги в коленных суставах, затем сделал твердой поступью шаг вперед.

— Чудеса, — произнес Николай.

Этим же утром, не дожидаясь, пока его кто ни будь увидит, он сбежал из пансионата. Вечером он без труда добрался к себе домой, туда, где он раньше жил со своей женой. Он открыл дверь своим ключом и вошел в квартиру. Дома никого не было. Николай долго ходил по комнатам пытаясь осознать, что произошло с ним, и жив ли он на самом деле. Реально ли то, что сейчас с ним произошло. Он не включил свет. В комнатах было темно, но Николай хорошо видел, он знал свою квартиру, все ее комнаты и углы. В квартире никого не было.

— Где же Софья? — удивился Николай.

Он смотрел на настенные фотографии и не мог понять, почему нет тех фотографий, где изображен он с Софьей.

— Ах, да, — он вспомнил, что, по словам доктора пансионата, Софья отказалась от Николая. Она его предала.

«То-то она удивится, когда увидит меня живым и невредимым. Но смогу ли я простить ей?» — подумал Николай.

Николай увидел в стене сейф. Он открыл его, там на своем месте лежали его пистолет и деньги. Он взял их. Своё оружие он всегда хранил в этом сейфе. Оно было в полной боевой готовности, как и раньше, когда он брал его на задание, выполняя работу наёмного киллера. Вдруг он услышал, как щелкнул замок входной двери. В коридоре послышались шаги и голоса: мужской и женский. Не дожидаясь, Николай решил спрятаться и понаблюдать со стороны.