Изумрудная роза (ЛП) - Галлеа Элейна Р.

Это и есть Альфа. Вне всяких сомнений.

Оба мужчины остановились перед нашими клетками. Альфа сложил руки на груди, его пронзительные оранжевые глаза сверкнули, пока он медленно переводил взгляд с Флинна на Октавию.

— Вы вторглись в наши земли.

Он произнёс это так, будто мы убили его любимого щеночка, а не случайно пропустили границу.

Напряжение возрастало. Мурашки пробежали по коже Октавии. Что-то ей подсказывало, что им с Флинном очень повезёт, если они вообще выйдут из этих клеток живыми.

Она сглотнула, встречаясь взглядом с Альфой.

— Мы не хотели. Это вышло случайно.

Альфа проигнорировал её слова.

— Вам известно, как мы поступаем с нарушителями?

— Отпускаете с предупреждением на будущее? — с надеждой спросила Октавия, мечтая, чтобы удача в кои-то веки повернулась к ней лицом.

— Нет! — рявкнул второй, ударив по прутьям клетки, в которой стояла девушка.

Железо зазвенело. Боль прострелила лодыжку Октавии. Девушка взвизгнула, попятившись от оборотня. Позорная реакция, но что ещё ей оставалось? Она безоружна, даже ходить не может без трости.

Превращаться в дракона нельзя, хотя она всё же сделает это, если только так можно будет спасти свою жизнь. Вот только она не знала, что будет, если она попытается обернуться в железной клетке с прохиберисом. Кто больше пострадает: дракон или клетка?

— Приношу глубочайшие извинения. — Флинн прижал ладонь к груди, привлекая внимание Альфы. — Я сопровождал леди и каким-то неведомым образом пропустил указатели границы. Мы не имели ни малейшего намерения заступать на вашу территорию и с радостью тут же её покинем.

— Намеренно или нет, но вы переступили границу, — категорично возразил Альфа, сверкая глазами. — Вы…

— Папа! — звонко воскликнула Тия, вбегая в помещение, и обхватила Альфу за пояс.

Мужчина зарычал:

— Катиана, что ты тут делаешь? Ты должна быть сейчас с Нишали. Папа занят.

— Нишали у реки, — ответила Тия. — Я тоже там была, но потом ушла.

Альфа страдальчески воздух.

— Почему ты ушла?

— Тебя искала! — Тия запрыгнула папе на руки, не обращая внимания ни на кого вокруг.

Альфа строго посмотрел на дочь, но всё же продолжил держать её, прижимая к своему боку.

Октавия удивлённо наблюдала за оборотнем. Рядом с маленьким ребёнком Альфа выглядел куда менее неприступным, чем до этого. Возможно, у них с Флинном всё-таки есть шанс уйти отсюда живыми. Сомнительный, но есть.

— Сейчас не лучшее время, Катиана, — поучал Альфа, отойдя от клеток. — Мне нужно разобраться с пленниками. Возвращайся к Нишали и передай ей, чтобы подошла ко мне через час. Нам надо обсудить её… компетентность в вопросе присмотра за тобой.

— Что? Нет! Не обижай их, пап! — Катиана, распахнув глаза, вцепилась в отцовскую тунику. — Пожалуйста, обещай мне, что не тронешь их!

Октавия понятия не имела, как им удалось заполучить столь ярую защитницу, но помощь Тии была как раз кстати. Да что там говорить, прямо сейчас Октавия была рада любой помощи. У неё определённо не самая светлая полоса в жизни. Затянувшаяся буря, подозрительное появление в хижине Флинна, плен у оборотней — Октавия уже готова была официально объявить этот год ужасным.

Альфа вздохнул и попытался опустить дочку на пол.

— Ты же знаешь, это моя обязанность. Я должен защищать стаю, и порой это значит, что…

— Нет! — взвизгнула Тия и застучала кулачками по папиной груди. — Ты не можешь! Она леди, — девочка выделила это слово, как будто это нечто священное, — и она мне нравится.

В Октавии загорелась надежда.

— Тыковка, в этом вопросе решения принимают взрослые.

И всего одним предложением Альфа растоптал все её надежды.

У Тии задрожала губа, к её глазам подступили слёзы.

— Но, папа, она кажется хорошей.

Все, включая Флинна, разом посмотрели на Октавию. Осознавая, что правильная реакция может решить её судьбу, Октавия выдавила улыбку. По крайней мере, попыталась. Это было непросто в таких обстоятельствах.

— Меня зовут Октавия Эшблум. — Она говорила тихо, не поднимая головы. — Клянусь, я совершенно безобидна.

«Кроме случаев, когда оборачиваешься драконом и теряешь контроль над огнём», — резонно отметила драконица.

Октавия цыкнула на неё. Сейчас не лучшее время для подобных комментариев.

— А в сумке что? — спросил Октавию тот оборотень, которого они встретили в лесу.

Она привычно прижала сумку к себе.

— Ничего особенного, правда. Еда, вода, сменная одежда, всякие мелочи.

И один очень важный предмет, который она поклялась доставить в целости и сохранности.

С приклеенной на лицо улыбкой Октавия старалась притвориться максимально безобидной. Драконам-перевёртышам несвойственно глушить свою хищную ауру, но Октавия старалась как могла.

— Клянусь Кайдоной, мы не причиним вам вреда.

Октавия готова была на всё, лишь бы выбраться отсюда живыми. Она не самая религиозная из драконов, но готова это исправить, если выживет.

Во взглядах оборотней читались сила и обещание сурового наказания. Как бы Октавия ни хотела отвести взгляд, она не смела.

— Что думаешь, Брен? — спросил Альфа.

Второй оборотень сощурил глаза.

— Решать вам, босс. Мне они не нравятся.

Это плохо. Октавия пыталась показаться меньше и незначительнее под пристальным взглядом Альфы.

— Пожалуйста, папа! — Тия обхватила руками шею Альфы, крепко прижимаясь к нему. — Ты ведь их отпустишь? Ради меня?

Сердце Октавии взволнованно стучало. Каждый вдох казался слишком громким, пока она ждала… ждала…

От тяжёлого вздоха Альфы содрогнулись бы горы. Он поджал губы, а затем простонал.

— Ладно! — выпалил он словно бы нехотя. — Я отпущу их, но им нельзя оставаться здесь. Пересечение границы недопустимо, и нарушителям мы не рады.

Октавия уже поняла это, когда оказалась в клетке.

— Но ведь они могут поужинать с нами, перед тем как уйти? — с надеждой спросила Тия.

Ещё один вздох. У Октавии создалось впечатление, что всё внимание Альфы уже переключилось с них на дочь.

— Пожааааалуйста, — просила девочка. — Пусть останутся на ночь. Уже поздно, они наверняка хотят есть. Нехорошо их просто выгонять.

Словно по команде в животе Октавии заурчало. Она не задумывалась, сколько времени они провели в клетках, но судя по тому, как засосало под ложечкой, довольно много.

— Ладно. Они могут присоединиться к ужину, но под строгим присмотром. — Оборотень прожёг взглядом пленников. — Вы ведь не вздумаете творить глупостей, верно?

Октавия замотала головой. Флинн ответил:

— Нет, сэр.

Ого, оказывается, ведьмак может вспомнить про манеры, когда надо.

— Хорошо, — кивнул Альфа. — Отпусти их, Брен, и надень на них кандалы. Я не могу допустить, чтобы они использовали магию среди стаи. Пусть переночуют у нас и уйдут с первыми лучами солнца.

— Спасибо, папочка!

Наша маленькая спасительница расцеловала папу в щёки. Тот развернулся вместе с ней и широким шагом пошёл прочь. Тия помахала нам через его плечо. Октавия слабо улыбнулась в ответ.

Затем Брен открыл замок и протянул руку внутрь клетки.

— Выходи.

Глава 5

Ужин и неловкие разговоры на десерт

В

клетке было плохо, но кандалы с прохиберисом — это ещё хуже. Брен был очень груб, когда надевал их на запястья Октавии, но девушка не жаловалась. Её дискомфорт не шёл ни в какое сравнение с состоянием Флинна. Ведьмак начал обильно потеть, едва на его руках застегнули стальные браслеты. Его лицо стало пепельным, он замычал от боли, проходя мимо Октавии.

Меч Флинна и трость Октавии им так и не вернули.

Деревня, через которую вёл их Брен, сильно напомнила Октавии Файерфолл. Вытянутые бараки, окружённые цветущими садами, возвышались над путниками. Сумерки сгущались. Ветер доносил детский смех. Местные таращились на чужаков, но Октавия старалась не смотреть в ответ. Кандалы были тяжёлыми, а лодыжка пульсировала так, будто сердце переехало туда. Сумка висела на плече девушки, ритмично постукивая по бедру.