Стальная Вера 2 - Лина Шуринова

class="p1">— Никого не было, — хмурится ректор. — Главный вход до сих пор заблокирован, но чёрный открыт. Я уже отрядил двух курсантов к медблоку.

— Так. Где тут у вас гарнизон?

Может, я напрасно волнуюсь. Может, мне стоит отдохнуть вместо того, чтобы шастать по академии. Без понятия. Но лучше лично убедиться, что с ребятами всё в порядке.

О том, что будет, если с ними что-то не в порядке, стараюсь не думать.

— Не стоит ли подождать? — ректор кивает на мой бок, до сих пор залепленный чёрным «пластырем». — Пусть сначала вас осмотрят медики.

— Потом, — отмахиваюсь. — Пусть займутся сперва более серьёзными ранениями. Как раз успею вернуться.

Рана меня и впрямь почти не беспокоит, будто теневая заплатка вытягивает боль.

— Послушайте, Иванова… — начинает ректор с угрозой.

— Пусть идёт, — останавливает его цесаревич. — Она знает, что делает.

Юсупов недовольно поджимает губы, но всё же объясняет мне, как добраться до гарнизона. Я коротко кланяюсь на прощание и быстрым шагом направляюсь на выход.

Территория академии будто вымерла. Неудивительно: всех курсантов собрали на праздник, а большая часть персонала разбрелась по своим делам.

Хоть бы военные оказались на месте!

Уже через несколько минут я оказываюсь рядом с пустой караулкой. Хорошая новость: на территории гарнизона явно кто-то есть.

Плохая: этот кто-то с кем-то уже воюет!

Прибавляю шагу и резко распахиваю металлические воротца. Ну, держитесь, супостаты!

Почти всё видимое пространство заполняют знакомые по праздничному залу монстры. На меня они не обращают ни малейшего внимания — слишком заняты, атакуя кого-то впереди.

И вроде не так уж далеко, но за рослыми тварями их противников не разглядеть. И докричаться не вариант: ближайших монстров привлеку, а те, с кем они сражаются, не факт, что вообще услышат.

Враг моего врага — мой друг, так ведь?

К тому же там вполне могут оказаться Ярик и Марк. Мне кажется даже, что я вижу над головами нападающих мельтешащие звёздочки.

Проблема в том, что тварей слишком уж много. Сколько успею выбить, если сейчас атакую? Двоих, троих? А остальные тут же прибегут со мной разбираться.

Вряд ли выигранные мной несколько минут сильно помогут тем, кто сейчас в самой гуще.

Значит, придётся действовать по-другому.

Сотворённый моей магией чёрный туман по моей команде устремляется вперёд, прямо под ноги противнику. Или под лапы? Без разницы. Простираю его так далеко, как только возможно. Главное — не зацепить никого из обороняющихся.

Готово? Начали!

Аккуратно «разрезаю» свою тьму надвое. Как получится, на глаз — точность не столь важна. Резко загущаю, превращая в переплетение щупалец — и дëргаю в разные стороны.

Получается неожиданно легко, даже слишком.

Завязнувших во тьме монстров раскидывает по краям. Там они барахтаются с теми, кому не досталось, образуя кучу малу.

А по направлению к обороняющимся, будто среди морской пучины, открывается свободная дорога.

— Сюда! Сюда! — кричу что есть силы, старательно размахивая руками.

Я уже вижу синюю макушку Марка. Значит, Ярик тоже там!

Не знаю, слышат ли меня обороняющиеся, но свободный путь они замечают сразу. И, недолго думая, направляются к выходу.

Первым торопливо выводят окровавленного мужчину. За ним идут ещё несколько.

И только потом я наконец вижу чумазого по самые уши, но живого брата. Он деловито набрасывает стазис на тех, кто умудряется вырваться из моего захвата.

За ним следуют Марк и почему-то Пров, вовсю полосуя заторможенных врагов магией. И замыкает процессию здоровяк Гирш Яков Иванович, который сдерживает оставшихся позади монстров.

— Скорее! — распахиваю ворота и пропускаю раненых вперëд.

Выпихиваю чуть притормозившего было брата, пытающегося сказать что-то ухмыляющегося Марка и Прова заодно.

Гирш выпихивает уже меня. Выходит сам — и магией замуровывает выход прямо перед рылами обозлëнных монстров.

— На какое-то время этого хватит, — преподаватель устало отдувается и вытирает пот со лба. — Вот так поиграли в шахматы… Чудом выбрались.

Несколько секунд все молчат, осознавая степень своей удачливости.

Брат, ни слова не говоря, прижимается к моему левому боку. Обнимаю одной рукой его в ответ. По спине проносится запоздалый холодок — а ведь я могла опоздать…

Замечаю взгляд Марка, в котором плещется тщательно скрываемая зависть. Без слов отвожу свободную руку в сторону, приглашая его присоединиться. И внезапно он даже не отказывается!

— Телячьи нежности, — бурчит Пров, глядя на наши обнимашки.

Широко ему улыбаюсь — как же здорово, что с ними ничего не случилось! Даже Прову радуюсь, как родному. А он, бедняга, внезапно багровеет и отворачивается.

— А недурственный у нас в этом году набор, коллеги, — замечает Гирш, подкручивая усы. — Толковые курсанты, далеко пойдут.

— Что тут произошло, Яков Иванович? — на языке вертится другой вопрос, но мне совсем не хочется его задавать.

Преподаватель хмыкает:

— Да чтоб я знал! Пришли мы, значит, как договаривались. У вас танцульки, у нас шахматы, всё честь по чести. Выпили… хм.. по стаканчику чаю. И началось.

— Что «началось»? — переспрашиваю, потому что он загадочно замолкает.

— Превращение, — отвечает вместо Гирша раненый, которого выводили первым. — Офицеры, солдаты… Все…

— Николаичу голову начисто срезало… — поддакивает кто-то, но на него шикают: не пугай, мол, детей.

Неужто мои самые страшные опасения подтвердились? Делать нечего, спрашиваю то, что с самого начала не хотела:

— Получается, гарнизона у нас больше нет?

Гирш бросает красноречивый взгляд в сторону замурованного входа. За стеной сердито ревут и воют брошенные на произвол судьбы чудища.

— Получается, что так.

Фраза повисает в воздухе, будто приговор. Да, сейчас мы вроде как отбились. Вот только кто знает, что ещё на уме у сволочи Радима? Как-то непохоже было, что неудача с праздничным залом его сколь-нибудь задела.

Наверняка у тех, кто устроил подобное, есть туз в рукаве. И вряд ли один-единственный…

— Никогда не думал, что вживую увижу нечто подобное, — вполголоса произносит один из спасённых. — Только божественная магия на такое способна.

— Тогда нам каюк, — невесело усмехается Гирш. — Мы против них что котята.

— Котята тоже кусаются, — не соглашаюсь. — Боги это или нет, мы не можем сложа руки ожидать своей участи.

Ярик прижимается ещё крепче, хотя куда уж.

— Дело говоришь, Иванова, — кивает Гирш. — Нам в любом случае по уставу нужно явиться с докладом к ректору. Сперва решим только, как укрепить стену. Вопрос времени, когда эти твари додумаются оттуда вылезти…