Вольдемар Старинов 3 (СИ) - Садов Сергей Александрович

—Не спится?

—Да. Никак не могу уснуть.

—Могу вас понять, госпожа. Всегда боязно так резко менять свою жизнь.

Риола повернулась к коновязи спиной и облокотилась о неё.

—Дело не в этом. Я никогда не боялась перемен.

—Может я могу развеять ваши тревоги? Я же вижу, что с самого выезда из столицы вы сами на себя не похожи. Постоянно о чем-то задумываетесь. Вас что-то гнетет?

Девушка с сомнением глянула на герцога. Задумалась на миг.

—Не знаю. Трудно сказать. Просто после всего произошедшего в столице я боюсь оказаться простой куклой. Как на представлениях, вроде бы живые, но двигаются, как велят кукловоды… ой, простите, ваша светлость, я не имела в виду вас.

—А почему, кстати? — Ленор Алазорский откровенно развеселился. — Я как раз такой кукловод и есть. Но я, кажется, понял, что вас гнетет – неуверенность.

—Ну… не думаю. Просто… Вот вы говорили, что этот брак нужен, чтобы привязать князя к Локхеру. Но разве брак с принцессой не лучше подойдет?

Герцог аж закашлялся от неожиданности.

—Мда… удивили вы меня, госпожа. Признаться, не ожидал. Мне ладно, но прошу нигде больше не высказывать таких мыслей. Но раз вопрос встал, объясню. Против такого брака лично я стану возражать категорически. Князь в раскладе Локхера величина еще непонятная и давать ему такой вес, какой он приобретет после такого брака, никак не поспособствует спокойствию в королевстве. Слишком многие будут недовольны и если сейчас партии при дворе грызутся между собой, то такой поворот мигом сплотит их против Вольдемара, а у него при дворе никакой поддержки. То есть вообще никакой. За ним нет сильных родственников, нет союзников.

—А Эндон простой барон.

—Эндон сам по себе величина пустая, но за ним стоит клан Лодерских, а это вместе с вассалами как минимум треть королевства. В свое время отцу Артона удалось перетянуть их на свою сторону в совете именно обещанием этой свадьбы. И Артон после смерти отца сел на трон без особых проблем только потому, что за ним стоял герцог Лодерский.

—Я слышала, что он погиб. Разве это не ослабило их?

—Ослабило, но не так сильно, чтобы король мог бросить им вызов.

—То есть, ему этот брак не нравится?

—Этот брак не нравится в первую очередь принцессе, а Артон слишком любит ее, чтобы не прислушиваться. Но и Ортиния понимает политические расклады и ради собственных хотений не станет осложнять ситуацию, тем более во время войны. Потому Лодерские враждебны новому герцогу, они чувствуют в нём угрозу. Если король найдет в нем новую опору, их позиции пошатнутся.

—А вы…

—А я стараюсь содействовать этому. Как советнику короля мне не нравится то влияние, которое они заимели, пока Артон был неопытен.

—И какая моя роль?

—Если получится со свадьбой – отвести от Вольдемара угрозу объединения всех партий против него. В нем уже почувствовали восходящую силу, хотя пока еще и пытаются оправдать его успехи везением. Но что-то мне подсказывает, что князь так просто не утихомирится. Значит, скоро должна начаться борьба за то, чтобы перетянуть его на свою сторону. Перетянуть любым способом. И в процессе борьбы вполне возможно все придут к выводу, что без князя будет спокойней. Слишком он раздражающий фактор.

—И как я его защищу? — Риола, пораженная такой откровенностью и масштабом задействованных сил, растерялась.

—Уберется одна из возможностей перетащить князя на свою сторону.

—Полагаете, мое присутствие их остановит? — поежилась девушка. — Я читала в хрониках как решалась такая проблема. За мной ведь тоже никого нет.

—Во-первых, за тобой я, раз уж я выступаю сватом. Во-вторых, как понял, принцесса, хотя она и может мало, но это «мало» много больше, чем у иного графа, не говоря уже о том, что к ней прислушивается Артон. В-третьих, Артон тоже выступит на твоей стороне. Ну и в-четвертых, самое главное, если князь кого-то решает защищать, то я очень не позавидую тем, кто рискнет покуситься на тех, кто ему дорог. Полагаю, он в скором времени найдет способ объяснить это всем как можно более популярно.

—Вы полагаете?

Герцог пожал плечами.

—Дураков много, а его названная сестра слишком очевидная цель для воздействия на него. Князь это понимает и готов к такой ситуации. Думаю, он устроит показательную порку тем идиотам, кто первым решит попробовать.

—Вы так спокойно об этом говорите.

—Это жизнь, Риола. — Герцог перешел с официального «вы» на доверительное «ты», раз уж лекция по политической ситуации в королевстве окончена, значит уже можно обращаться к Риоле, а не к возможной будущей герцогине. — А она не всегда такая, какая нам хочется. Можно лишь бороться и идти вперед, либо прятаться и сидеть тихо-тихо. А сейчас иди спать, завтра нам с утра ехать, а ты зеваешь.

Дождавшись, когда девушка скроется в доме, герцог отправился разыскивать графа Танзани. После произошедшего разговора у него появились кое-какие мысли, которыми он и хотел поделиться с командиром королевской гвардии и желательно сделать это как можно скорее, пока они еще свежи в памяти.

Сюрпризы начались, когда кортеж подъезжал к замку герцога Торендского. Граф Танзани обогнал караван и с холма оглядел местность вокруг. Риола не выдержала и тоже пришпорила коня, за ней пристроился и герцог.

—А князь даром времени не теряет. Ничего этого еще месяц назад не было. — Граф приложил руку козырьком ко лбу и рассматривал открывшийся вид.

Девушка сделала тоже самое: впереди, насколько хватало глаз, открылся вид на грандиозную стройку. Точнее не так, на несколько строек. Вон там почти все закончено: насыпаны валы, на них частокол, а там за стенами строились какие-то длинные здания, часть уже готова, на других крыли крышу, третьи еще только начинали строить. Очень похоже на военный лагерь, только внутри не палатки, а стационарные сооружения, все по линейке, все ровно. А там дым поднимается, похоже, кузня. Копия этого лагеря стояла чуть дальше первого. Между ними люди начали копать ров и насыпать вал, соединяя два лагеря. Еще дальше располагалось стрельбище. Риола догадалась об этом, заметив выстроившихся в ряд людей, стреляющих по команде из арбалетов. На другой площадке боролись люди. Хотя нет, не боролись, а толкались. Разбившись на отряды и выстроившись напротив друг друга, они упирали тупые копья в щиты отряда напротив и пытались его столкнуть, всей мощью напирая на них. Соответственно другая сторона отчаянно сопротивлялась, не давая стронуть себя с места. Если у кого-то получалось опрокинуть обороняющихся, они менялись местами. Жаль только подробности с такого расстояния разглядеть трудно.

Но вот подъехала охрана и кареты. Отряд медленно стал спускаться к замку. С грунтовой дороги въехали на гравий, ехать сразу стало намного удобнее. В стороне люди копали ямы, стояли телеги, груженные мелким щебнем, громоздились горы песка. Зачем все это стало ясно чуть позже, увидев, как рабочие засыпают щебень в ямы, и трамбуют его там, где щебень уже утрамбовали сыпали песок и тоже били по нему трамбовочным бревном. На песок сыпали гравий. Поскольку дорога еще не ушла далеко от них, то прекрасно было видно все получающиеся слои. Вот готовая дорога уходит в сторону леса и тут гравий обрывается и становится виден утрамбованный песок. Чуть дальше, где песок еще только насыпан, люди ведрами носят воду и льют туда, еще дальше щебень. Отчетливо заметна легкая выпуклость дороги, ливневые канавы на обочинах.

—Весьма продуманно, — удивился герцог, изучая процесс строительства. — Весьма. Но, кажется, эти дороги от замка не собираются вести.

И действительно, все эти дороги соединяли различные строения, разбросанные вокруг замка. Вдали виднелось строительство жилых домов, но и там, похоже, все делалось четко по плану.

—Полагаю, князь пока просто тренирует строителей, — отозвался граф. — Я уже встречал у него такой подход к делу. Сначала натренировать людей на чем-то простеньком, а потом уже поручить более важное дело. Только вот откуда столько людей?