Вольдемар Старинов 3 (СИ) - Садов Сергей Александрович

—Я за ним присмотрю. — Голос графа ничуть не изменился, но в этот момент Риола очень сильно посочувствовала этому неизвестному Эндону. Тут девушка заметила, что за ней наблюдают и граф и герцог.

—Риола, — заговорил Ленор Алазорский, заметив, то баронесса очнулась от дум. — Мы с графом ведь не просто так при тебе все это говорим. Я советую очень внимательно присмотреться к раскладу при дворе. И опасайся Эндона – он очень сильно не любит князя, а зная, кто ты, он вполне может устроить какую-нибудь пакость.

—А кто я? Вы, ваша светлость, говорили, что выбор останется за мной?

—Так и есть, — кивнул Ленор. — И дело, как я уже говорил, даже не в моем обещании, а в характере князя. Но Эндон, когда дело касается князя, теряет даже тот ум, что у него есть.

—Спасибо, я запомню. — «И зачем я во все это ввязалась!?» ясно отразилось в тоскливом взгляде девушки. Но сдаваться было совсем не в ее характере, и она быстро взяла себя в руки. — А почему Вы называете его князем? Что это вообще такое?

—Герцог Торендский Вольдемар, как Вы слышали, иностранец. А князь – это титул у него на родине, соответствующий нашему герцогскому. Его уже многие только по этому титулу и зовут. Герцогов ведь в королевстве много, а князь один.

—Что еще больше подчеркивает его необычайность, — добавил граф. — А многие ничтожества очень не любят тех, кто вот так вот неожиданно выскакивает и не по заслугам, по их мнению, забирает себе все лавры. Кто-то называет его везунчиком, а все его победы – обычным везением.

—А Вы, граф, так не считаете? — Любопытство победило даже страх перед Танзани.

—Я провел рядом с князем много времени. Везение у него есть, но оно совершенно не определяет его успехи. Но в чем они, я Вам сказать не могу – это трудно объяснить. Вы сами поймете, когда познакомитесь с ним. Одно могу сказать, он очень необычный человек, которого сильно потрепало в жизни. Не каждый взрослый пережил столько, сколько досталось ему. Потому он, порой, кажется человеком, лишенным эмоций.

С ума сойти! Риола даже рот открыла от удивления. И это говорит человек, которого в королевстве за глаза называют льдом. Если уж Танзани считает, что этот князь холодный и без эмоций…

—Не пугай девушку, — поморщился герцог. — Риола, уверяю, все не так страшно…

В дверь, прерывая разговор, постучали. Граф неторопливо вышел из комнаты, но тут же вернулся.

—Его величество ожидает Вас, баронесса.

Риола нервно вернула в вазочку взятое только что оттуда яблоко и поднялась из кресла. Разгладила простоватое платье. Тоскливо посмотрела на себя в зеркало – как служанка какая-то, а не баронесса. Ну почему именно это платье?! Утром так торопилась, что оделась в первое подвернувшееся. Впрочем, выбора особого и нет: одно платье все еще сохнет, из второго она уже выросла, осталось только это. Есть еще мужские костюмы, но в них на прием к королю не пойдешь.

Дорога по замку до кабинета короля показалась Риоле худшей в ее жизни. Ей мнилось, что все встречные разглядывают ее, изучают бедное выцветшее платье, презрительно морщатся, а потом шепчутся у нее за спиной. Впервые в жизни ей было стыдно за свою бедность. Даже понимая разумом, что на нее обращают внимания не больше, чем на других, она все равно не могла отделаться от ощущения, что над ней смеются. Герцог с графом не замечали ее мучений и не спешили помочь. А может и замечали, но… плыви или тони самостоятельно. Так Риола и расценила их безразличие и рассердилась. Гнев же помог взять себя в руки.

—Рада приветствовать Вас, сир, — склонилась она в почтительном поклоне перед сидящим в кресле юношей.

Глава 2

Никогда еще Риола так не волновалась. А герцог и граф, словно не замечая ее волнения едва войдя в кабинет, сразу отошли в сторонку и принялись что-то тихонько обсуждать. Девушка едва не расплакалась, не могли помочь, разве не видят, что её чуть ли не колотит от переживаний? А может и видят, но сознательно отстранились – плыви девочка или тони. Утонешь, значит, наш выбор  неверен.

Одинокая и потерянная, брошенная единственным человеком, кого она здесь знала, девушка совсем скисла. Послушно села в предложенное королем кресло, даже не обратив внимания, что его величество даже встал, чтобы помочь ей сесть – великая честь. Не выдержав изучающего взгляда короля, потупилась и так замерла. Ощущение будто на рынке, только товар – ты, а покупатель тебя оценивает и прикидывает куда пристроить.

Потом начались вопросы: о семье, чем нравится заниматься, о чем мечтает. Опасаясь вызвать королевское неудовольствие, она старалась отвечать как можно подробнее, порой сбиваясь и отклоняясь от темы, иногда вдавалась в такие детали, о которых никто и не спрашивал. Понимая, что говорит порой сущую несуразицу, она терялась еще сильнее, но остановиться не могла, разговор хоть как-то помогал держать себя в руках. Однако король оказался очень внимательным собеседником и ни разу не перебил девушку, ничем не выказал своего неудовольствие. Слушал до конца, и задавал следующий вопрос только когда та замолкала. Это помогло ей собраться. Вот она осмелилась поднять глаза и заметила удивление на лицах герцога и графа. Кажется, такое поведение короля было очень нетипичным для него, если даже железный граф так явно показал эмоции. Это неожиданно подбодрило ее, и на следующий вопрос она сумела ответить четко, коротко и по существу, ни разу не сбившись и не отклонившись в сторону. Артон удивленно моргнул, привык к словесному извержению, и такая перемена в поведении собеседницы явилась для него сюрпризом. Он даже не сразу сумел задать следующий вопрос.

Риола покосилась на герцога Алазорского. Тот заметил ее взгляд, одобрительно кивнул и улыбнулся. И только сейчас Риола обратила внимание на еще одного присутствующего – молодая девушка, примерно ее ровесница. Когда она вошла, Риола не помнила. Тихонько сидела чуть сзади Артона и слушала беседу, в глаза бросалось ее сходство с королем. Его сестра, сразу сообразила девушка, даже имя вспомнила – Ортиния.

Но вот разговор, наконец, подошел к концу и король поднялся.

—Госпожа Риола, слуги проводят вас в вашу комнату…

—Я сама провожу, — вмешалась Ортиния. — Вы тут опять совещание устроите, а девушке там скучно будет одной сидеть. Еще и изведется вся от волнения. Вы совсем не думаете о ее чувствах!

—Ортиния…

—Артон, — в тон королю отозвалась сестра.

—Вообще-то я и сам хотел тебя попросить позаботиться о нашей гостье.

—Вот и отлично. Идем, Риола. Можно к тебе просто по имени обращаться?

—Почту за честь, ваше высочество.

—Хм… Ладно. Идем скорее, тут скоро жутко скучно будет.

Принцесса ухватила девушку за руку и потащила к выходу. Мало обращая внимания на охранников и слуг, она повела гостью по коридору, спустились по лестнице. Наконец очутились в комнате. Махнув рукой в сторону кресла, стоявшего рядом с небольшим столиком у окна, Ортиния позвонила в колокольчик. Тут же появилась служанка с небольшой кастрюлей на длинной ручке, в которой плескался кипяток. Лично проследив как служанка заваривает чай, принцесса аккуратно закрыла крышечкой глиняный заварник и отнесла его к столику.

—Чай с лимоном, — пояснила она. — Кстати, меня его князь научил делать, поил им когда я болела. Говорит, очень полезный. А оказывается еще и вкусный. Привыкла к нему, теперь каждый день делаю.

—А… а какой он, этот князь?

Рука с чайником дрогнула, принцесса на миг замерла, потом все же разлила чай по кружкам.

—Очень необычный. Когда я болела, он единственный, кто осмелился сказать мне правду.

Риола осторожно приняла кружку, не зная, что еще спросить. Конечно, оно лестно, что принцесса позволила обращаться к ней по имени, но девушка никак не могла понять, чем заслужила такую честь и это ее напрягало.

—Но вы выздоровели.

—Да. Благодаря, опять же, ему. Выгнал врача, которого пригласил брат и сам меня лечил. Оказывается, он хорошо разбирается в медицине. — Наконец с сервировкой стола было покончено, и принцесса вернулась на свое место. — А тебя, как я понимаю, герцог выбрал в невесты князя?