Сокрушая великих. Том 1 - Денис Деев

— Текео! — трясти меня за плечо видимо в этом мире меня будут каждый день. Такая долбанная традиция!

Открыв глаза, я обнаружил сидящего возле моего матраса Яна.

— Опоздаем на построение — завтрака лишат! — паренек выглядел встревоженным настолько, будто нам с ним грозил расстрел, — у тебя, что подъемник не сработал?

— Подъемник?

Из дальнейших пояснений я понял, что церебралы работников добывающей платформы управлялись с центрального сервера. Это команда на отбой давалась звуковым сигналом, хочешь спать ложись, хочешь по потолку бегай, а вот подъем осуществлял церебрал. Перехватывая управление телом, он просто насильно стаскивал его с кровати. И ставил на ноги. Однако со мной такого не произошло, что по-видимому и удивило Яна.

— В частично выжженном мозге есть свои преимущества, — как мог я объяснил этот необычный факт.

— Преимущества есть даже в полном отсутствии мозгов! Живешь и вообще ни о чем не паришься. Подъем, хорош валяться! Там без нас сейчас все сожрут.

На ноги я поднялся с поразительной легкостью. За ночь я отлично отдохнул! Правда я тут же ощутил все прелести жизни на дне. В бараке даже лицо сполоснуть было негде. Подняв брошенный прямо на пол дайверский костюм, я натянул его на себя и вышел наружу вслед за Яном. Кто рано встает, тому судьба дает. Однако работяг на платформе поднимали на мой вкус слишком рано — едва показавшееся над горизонтом солнце, не успело разогнать предрассветную мглу.

Персонала на платформе было не так много — возле центральной надстройки нестройным толпой стояло двадцать-тридцать человек. Большинство из них было затянуто в оранжевые комбезы для ныряния. Перед толпой, к которой мы с Яном присоединились, вышагивал Вэйдун. Крупный мужик, да и имплантами напичкан по самую макушку — серая майка оставляла его огромные руки оголенными. Вздутые бугристые бицепсы были покрыты замысловатыми шрамами, над эстетикой Вэйдун особо не парился. Для него важнее была функциональность. Хотя над своим лицом он поработал, длинная бороденка и усы из трех волосинок, делали его похожим на древнего дракона из китайских мифов.

— Мерзкого вам утра, отребье! — крикнул он, обведя наш строй презрительным взглядом, — вчера несколько полудурков затопили батисферу.

В строю раздались издевательские смешки. Скорее всего народ здесь собрался несплоченный, ведь черт с ней с техникой, но вчера еще и несколько ребят погибло!

— Наверное вы уроды думаете, что сегодня часть из вас отдохнет? Зря надеетесь — ночью техники восстановили резервную. И обещали, что она не потонет при первом же погружении. Из-за того, что коллектив у нас еще раз слегка уменьшился, сегодня формируем команды не по четыре, а по три человека. При этом план по добыче остается, как и был. Всем все ясно?

По толпе работников пробежался недовольный гомон, который тут же стих под взглядом Вэйдуна. Забитых местных попахать за себя и за того погибшего парня особо уговаривать не пришлось.

— Итак, в команду «Сброд один» зачисляются следующие уроды… — Вэйдун назвал трех человек, которые вышли вперед из общего строя. Потом настал черед «Сброда два». Энн вчера сказала, что сможет убедить Вэйдуна назначить ее в команду ко мне и к Яну. И не обманула — китаец определил нас в команду номер три. Это была самая рискованная часть плана, особенно учитывая тот факт, что Энн физически не могла лгать. По-видимому, к показывающим хорошие результаты работникам у администрации и отношение было хорошим. Не дожидаясь, пока Вэйдун сформирует команды полностью Энн пошагала к центральной надстройке. Мы с Яном отправились за ней.

— Наконец-то завтрак! — обрадованно приплясывал парнишка.

Как принимают пищу омеги, я не знал. С детских лет я привык, что завтраки, обеды и ужины это целая церемония, когда за большим столом собирался весь клан Елагиных. Правда стараниями Родригесов я стал его единственным представителем, но и отомстил я за это сполна.

У работников станции завтрак происходил до банального скучно. И крайне торопливо. Люди подходили к стойке, где им выдавали один небольшой поднос. Взял я и свой. На дешевом, исцарапанном пластике стоял всего один островерхий пакет. Подсев за небольшой столик, где меня уже ожидали Ян и девушка-корш, я заметил, что они уже вскрыли пакеты и с удовольствием пьют их содержимое. Сев на скамью, я надорвал верх пакета и осторожно принюхался. Пахло… ничем. Как будто дистиллированную воду понюхал.

— Аппетита нет? — Ян протянул руку к моему пакету, — отдай мне!

— Текео — пей! — настояла Энн, — погружение быстро отнимает силы.

Я отпил глоток. Напиток был вязким и имел еле выраженный сладковатый вкус.

— Нам это каждый день дают?

Энн утвердительно кивнула.

— Как можно есть еду без вкуса и запаха? — в прошлой жизни я любил побаловать себя деликатесами.

— Лучшая еда — это та, которая не воняет! Поверь, я знаю, о чем говорю. У меня отец работал на устричной ферме и когда они приходил домой с работы, мы с сестрой не к нему, а от него бежали! Эта устричная вонь пропитала каждый уголок нашего дома!

— Отец? — семьи среди омег были редкостью. Обычно омеги рожали двух-трех детей, получая за это определенные бонусы к социальному статусу, но сами их не растили и не воспитывали, а отдавали на попечение различным гильдиям Гармонии. Именно поэтому у омег были не фамилии, а лишь регистрационные коды. Род, традиции, продолжение дел предков для них были пустыми и ничего не значащими словами.

— Ян вырос в семье, представляешь? — за парня ответила Энн, — В самой настоящей семье с отцом и матерью! А еще у него была младшая сестра! Ну по крайней мере он про это всем рассказывает. Врет, конечно…

— Да ничего я не вру! И вообще хорош трепаться, а то опоздаем на погружение и с нас баллы спишут, — Ян смял пакет, швырнул его на поднос, встал и направился к выходу.

Я огляделся, столовая действительно начала стремительно пустеть. Другие подводники спешно пробирались к выходу.

— Нам пора, — встала из-за стола и Энн.

Выйдя из надстройки, мы направились к дальнему краю платформы. Туда, где возвышались стрелы пяти подъемных кранов. Ян шел от нас немного поодаль и по его надутому и обиженному виду, было понятно, что он не любит обсуждать историю своей семьи.

Возле кранов нас уже поджидал Вэйдун с тремя помощниками. Каждому подходящему они швыряли оранжевый баул с двумя лямками. Получив сумку, подводники перебирались по узким решетчатым трапам на висящие на тросах круглые пузатые конструкции. Когда-то они имели форму идеального шара, но годы, а может быть и десятилетия беспрерывной эксплуатации, сделали их обшивку больше похожей на скатанные руками колобки из бумаги. Там, где не было заваренной трещины, обязательно присутствовала вмятина. Но общая шарообразность корпусов сохранилась, поэтому я догадался, что за краем платформы висят те самые батисферы.

— А это наша красавица! — указа на одну из них Энн ловко перебежала по решетчатому трапу, закинула в открытый люк сумку и запрыгнула за ней следом сама.

Когда я ступил на трап, решетка неприятно прогнулась под моим весом. Решив судьбу не испытывать, я в три шага пробежался по трапу и схватившись за поручень у люка запрыгнул внутрь. Интерьер батисферы тоже не поражал воображение. В центре круглого отсека в полу находилась крышка еще одного люка, а к стенам были подвешены четыре кресла. На одном из них уже сидела Энн, жестом предложившая занять мне другое. Поставив баул возле кресла, я сел, сверху мне на плечи опустился удерживающий фиксатор.

Как только и Ян занял свое место, верхний люк батисферы мерзко заскрипев, закрылся. И внутри воцарилась полная темнота.

— Тут всегда так темно? — я чувствовал себя похороненным заживо.

— Потерпи, — раздался голос Яна, — сейчас подключат питающий кабель.

— А потом просто опустят нас на дно? А в чем смысл — опускать рядом сразу пять батисфер? Мы же друг другу мешать будем, да и зона поисков заметно сократится.

— Нас сначала сбросят в воду, потом подойдет катер, зацепится за трос и отбуксирует нас в зону погружения, — пояснила Энн, — каждая батисфера работает на разном удалении от платформы. По окончанию работ нас обратно притянут за трос.

По корпусу батисферы что-то стукнуло, потом раздалось странное шуршание. Пару раз минув загорелась кольцевая панель на потолке.

— Мы как-то можем управлять процессом? — оглядевшись, я нигде не увидел каких-либо органов управления.

— Все будет, не кипишуй! Батисферы рассчитаны на обезьян, все включается ровно тогда, когда нужно.