Сокрушая великих. Том 1 - Денис Деев

— Текео, тебе нельзя злиться. Ты забыл? — девушка с опаской отодвинулась от меня, — ты должен держать себя в руках!

Интересно, а это еще почему? Но в одном она права, что толку избивать ни в чем неповинный матрас⁈ Тем более, что я точно знаю тех, кто виноват в моей гибели. И в смерти Лэи. За прошедшее время исполнители могли уже давно сгинуть, но я знаю кому предъявлю итоговый счет. Всем евгеникам сразу!

Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Моментально, здесь и сейчас мне их не достать… но я умею ждать и совершать невозможное. Шаг за шагом, этап за этапом. И сейчас надо выполнить один из этих мелких этапов.

— Доктор нас ждет? — девушка кивнула, а я подумал, что пора взглянуть на мир будущего.

Глава 3

Дверь тесного барака была сделана из такого же обшарпанного пластика, как и его стены. Когда я дернул на ручку, она жалобно затрещала, угрожая развалиться. Мой порыв было просто выяснить — мне до жути было интересно, где же я оказался⁈ По глазам резанул яркий солнечный свет. Ощущения неприятные, мои глазные импланты обычно мгновенно подстраивались под уровень освещения. Яркое солнце и свежий ветер, дующий мне прямо в лицо, заставили мои глаза заслезиться. Когда я рукавом протер слезы, я увидел синь без края. Ниже горизонта темнее, выше — синева уходила в яркую лазурь. Морской пейзаж разительно контрастировал с убогостью внутреннего убранства барака. У меня даже немного поднялось настроение.

Чтобы тут же снова упасть на отметку ниже нуля. Я огляделся. Позади меня лепились друг к другу ободранные скворечники. Бараки выстроились в три этажа, спуститься с одного на другой позволяли проржавевшие лестницы. Хорошо, что наш барак находился на первом и рисковать переломами ног нам не пришлось.

Сарай из пластика стоял прямо на платформе. Я посмотрел себе под ноги. Основа платформы представляла из себя решетку, сваренную из металлических прутьев. Морская вода и металл штуки плохо совместимые — настил платформы основательно проржавел и покрылся рыжими наростами. Платформа имела форму квадрата, каждая сторона которого опиралась на цилиндрический полузатопленный понтон. По периметру платформы стояло ограждение из столбиков и цепей, местами оборванных. Хотя оступиться и слететь вниз было не так страшно. До плещущейся воды было всего метров пять.

— Память так и не вернулась? — девчонка заметила, как я рассеяно озираюсь.

Я отрицательно помотал головой.

— Нам туда, — девушка указала на центр платформы, — на «остров».

Островом девушка назвала надстройку, срезанную и перенесенную на платформу с какого-то корабля. Она находилась не в лучшем состоянии, также, как и бараки. Часть иллюминаторов была разбита и дыры от них заколотили салатовыми листами того же пластика. Между антеннами бывшей корабельной надстройки находчивые обитатели платформы натянули веревки на которых валилась рыба и сушились серые костюмы для дайвинга. В таком я впервые и пришел в себя. Окружение вызывало лишь отрицательные эмоции, которые неожиданно скрашивала стоявшая возле меня Энн. При солнечном свете я смог рассмотреть ее получше. Вообще мне нравились женщины повыше и с более атлетическим типом фигуры. Но эта невысокая девушка было неплохо сложена, а обтягивающий костюм для погружений только выгодно подчеркивал большой бюст, тонкую талию и широкие бедра.

— Понравился вид? — черт и улыбка у этой чертовки очаровательная. И чувство юмора на месте.

— Такой себе вид, — вернул я ей шутку с двойным смыслом, — точнее — убогий. Как называется это место?

— Седьмая добывающая платформа, — девушка нисколько не обиделась. Но смотрела на меня как-то подозрительно, — ты совсем другой.

— Мне сложно спорить, я не помню какой я был. Божко мы на «острове» найдем? — идти к местному доктору я не хотел, но мой отказ вызвал бы лишние подозрения. Признаваться, что я узурпировал тело Текео я не стал. Неизвестно как отреагирует девчонка, если узнает, что ее приятель фактически мертв. В ее симпатичной головке может появиться мысль, что убил его именно я. И что мне за это надо обязательно отомстить.

Самое смешное — ее месть для меня может быть действительно опасной. Да, мой церебрал на уровень выше, чем у нее. Но он — голый! Центральное ядро служит для подключения остальных имплантов, которые делают носителя умнее, сильнее, быстрее. И дарят еще бесчисленное количество возможностей — от взлома сложнейших систем до дистанционного управления дронами. Здоровяка с чудовищными мышцами, но низкоуровневыми имплантами легко побьет задохлик с крутыми модулями улучшений. А у меня в данный момент имплантов вообще никаких. Те, что были установлены в этом теле, мой церебрал работать отказывается, слишком низкого они уровня, система их даже определить не смогла. Ну или за триста лет прогресс настолько далеко убежал вперед, что мой церебрал безнадежно устарел.

— Да, я думаю он сможет тебе помочь память восстановить. Божко классный спец!

«Ага, классный спец посреди помойки», — думал я, плетясь за Энн. В моем Доме была целая клиника в которой работало сразу семь докторов. Каждый — высочайший специалист в своей области. А этому Божко я руки оторву, если он вдруг к церебралу их потянет. Шею костюм для подводных работ прикрывает до самого подбородка, увидеть шрам от проникновения церебрала он не сможет. Язык я ему могу показать ну или за фонариком глазами проследить. Но не более.

Кабинет доктора находился на первом этаже. Для него просто прорубили отдельный вход, который закрывали лишь синие в непонятных разводах занавески. Откинув их в сторону, Энн зашла внутрь, я последовал за ней.

Сделав пару шагов, я остановился как вкопанный. Не знаю, кто и зачем на входе поставил зеркало. Видимо пациенты смотрелись на себя перед уходом от чудо-доктора — все ли части тела на месте? Их зеркала на меня смотрел совершенно незнакомый персонаж. Отражения было на голову ниже, чем я обычно привык его наблюдать. Да и намного моложе — на меня глядел паренек лет восемнадцати-двадцати. Черноволосый, зеленоглазый. С тонкими чертами лица. Заметно худее меня, но худоба его была не болезненной, а атлетичной. Этакий поджарый готовый огрызнуться лисенок. И это было хорошей новостью, пусть импланты имеют решающую роль, оказаться в теле-развалюхе было бы совсем обидно.

— Текео, ты забыл, как ты выглядишь⁈ — услышал я голос Энн за спиной.

А девчушка-то не дура. Обратила внимание, что я не просто на себя любуюсь, а самым внимательнейшим образом себя разглядываю. Надо будет вести себя с ней осторожнее.

— Нет. Просто я как-то совсем плохо выгляжу, — я попытался пригладить свою взлохмаченную шевелюру, в которой застряли кристаллики соли. Скорее всего меня как вытащили из морской воды, так и швырнули на матрас, не озаботившись никакими гигиеническими процедурами типа душа.

— Да нет, вроде как обычно, — девушка пожала плечами, подошла к овальной двери и крутанула запирающий ее круглый штурвальчик. Энн потянула на себя дверь, открывая проход в другой отсек, — заходи.

За проходом темно было хоть глаз выколи. На секунду я подумал, что за порогом меня может поджидать ловушка. Медицинский кабинет без освещения, как тако вообще может быть⁈ Но тут я вспомнил, что черт его знает сколько времени провалялся без сознания под присмотром Энн. Если бы она хотела мне навредить, то, к примеру, в бараке ей ничего не мешало перерезать мне глотку. Решив, что мне ничего не угрожает, я последовал за ней.

Источник света в отсеке все-таки имелся. Тусклый, синевато-белый. Он едва очерчивал контур большой кровати и лежащий на ней человеческий силуэт.

— Энн? Это ты? — силуэт слегка шевельнулся.

— Да и…

— Перестань бегать ко мне по пять раз в день. Это бесполезно. Твою проблему я решить не могу. Причем не только я — никому из хаймедов это не по силам. А теперь оставь меня, я устал, я отдыхаю.

— Я это поняла! — голос девушки звучал крайне нервозно. Надо будет потом поинтересоваться, что же у нее за неразрешимые проблемы со здоровьем. Хаймеды это некая помесь медиков с инженерами, которые могли творить настоящие чудеса с человеческим телом посредством имплантов. Если у тебя есть деньги, хаймеды могли решить практически любую проблему, — я привела Текео, Вэйдун приказал осмотреть его после аварии.

— Аварии? — лежащий на кровати зашевелился. Он махнул рукой над еле тлеющим светильником и тот засиял, больно резанув по глазам и лишив меня зрения на пару секунд.