Газета "Своими Именами" №33 от 14.08.2012 - Газета "Своими Именами" (запрещенная Дуэль)

В результате этого уважаемый Суд был введён в заблуждение, неправильно определил обстоятельства дела «Яновец и другие против России» и вынес по данному делу неправосудное Постановление.

В качестве примера подобного введения Суда в заблуждения можно, в частности, указать неправильно определенное Судом обстоятельство, связанное с рассмотрением Катынского эпизода Международным Военным Трибуналом в Нюрнберге: «14 февраля 1946 г., в ходе судебного процесса в отношении немецких военных преступников в Нюрнбергском военном трибунале, советский обвинитель процитировал отчет комиссии Бурденко, пытаясь обвинить немецкие войска в расстреле до 11 000 польских военнопленных осенью 1941 г. Обвинение было отклонено судьями от США и Великобритании за отсутствием доказательств» (пункт 19 Постановления ЕСПЧ по делу «Яновец и другие против России»).

На самом деле Катынский эпизод был подробно, с изучением всех представленных документов и допросом свидетелей с каждой стороны рассмотрен Трибуналом на судебных заседаниях 1 и 2 июля 1946 г.

Дополнительные документы по этому эпизоду были представлены как стороной защиты, так и стороной обвинения (Документ 402-PС, Документы СССР 497, 498, 499, 500, 501, 502, 505, 505а, 507). Важно отметить, что дополнительные доказательства виновности немецкой стороны в Катынском расстреле представлялись в Трибунал не только советским обвинением, но и обвинением США (Документ 402-РС).

Адвокаты подсудимых, не удовлетворенные показаниями свидетелей, просили Трибунал вызвать для допроса дополнительных свидетелей защиты, но Трибунал счел Катынский эпизод достаточно изученным и отказал в продолжении его слушания. По результатам рассмотрения Катынского эпизода ни один из представленных обвинением по данному эпизоду документов из числа доказательств Трибуналом исключен не был, обвинение по Катынскому эпизоду ни с одного из подсудимых не снято, а сам Катынский расстрел остался в числе других доказанных преступлений немецкой стороны.

Катынский расстрел на Нюрнбергском процессе персонально инкриминировался лишь двоим подсудимым – Герману Герингу и Альфреду Йодлю.

Последняя фраза из Приговора Трибунала по обвинениям в отношении Германа Геринга: «…По делу не установлено никаких обстоятельств, которые могли бы оправдать этого человека». Никаких обстоятельств не установлено, в том числе, естественно, не установлено таких обстоятельств и по Катынскому эпизоду!

Приговор Альфреду Йодлю содержит аналогичную формулировку: «…Смягчающих вину обстоятельств нет».

Ошибочное суждение о якобы имевшем место «отклонении» Нюрнбергским трибуналом обвинения по Катынскому эпизоду является частным мнением ангажированных журналистов и не соответствует действительности. Нелепость и юридическая безграмотность этого ошибочного суждения особенно подчеркивается тем, что его авторы не догадались упомянуть о позиции судьи МВТ от Франции (видимо, не зная по причине своего исторического невежества, что членами Международного Военного Трибунала были судьи не от трёх, а от четырёх союзных держав – Соединенных Штатов Америки, Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии, Союза Советских Социалистических Республик и Французской Республики).

Таким образом, при определении обстоятельств дела «Яновец и другие против России» Европейский суд по правам человека был введен в заблуждение и необоснованно подменил юридический факт (Приговор МВТ) субъективным мнением (суждением журналистов, к тому же, не соответствующим действительности).

Фактически Европейский суд по правам человека без рассмотрения сути дела пересмотрел Приговор Нюрнбергского трибунала и реабилитировал в Катынском преступлении Геринга и Йодля.

Поскольку объективно существуют различные версии убийства военнопленных польских офицеров в Катынском лесу, гибели военнопленных польских полицейских из Осташковского лагеря и пропажи без вести арестованных граждан бывшей Польши из тюрем Западной Украины и Западной Белоруссии, я присоединяюсь к законному, обоснованному и справедливому требованию родственников жертв, заявителей по делу “Яновец и другие против России”, ОБЯЗАТЬ РОССИЙСКУЮ ФЕДЕРАЦИЮ ВОЗОБНОВИТЬ РАССЛЕДОВАНИЕ УГОЛОВНОГО ДЕЛА №159, ЗАКОНЧИТЬ ЕГО ОБВИНИТЕЛЬНЫМ ЗАКЛЮЧЕНИЕМ И ПЕРЕДАТЬ ДЛЯ ОТКРЫТОГО РАССМОТРЕНИЯ И ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПРИГОВОРА В НЕЗАВИСИМЫЙ И БЕСПРИСТРАСТНЫЙ РОССИЙСКИЙ СУД, созданный на основании закона.

Так как речь идет о реабилитации военных преступников Геринга и Йодля с одновременным обвинением в этом военном преступлении моего деда Сталина И.В., то уголовное дело №159 должно быть рассмотрено судом согласно исключению, предусмотренному пунктом 4 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса РФ и разъясненному Постановлением Конституционного Суда РФ от 14 июля 2011 года №16-П.

Полностью все мои юридические аргументы, как заинтересованного лица, будут изложены и подробно обоснованы в отдельном заявлении в Европейский суд по правам человека, надлежаще оформленном в соответствии с требованиями Суда. Е.Я. Джугашвили».

Полагаю, что в восстановлении справедливости по этому делу каждый, читающий настоящий материал, может принять участие. Для этого (ссылаясь на данную публикацию для особо интересующихся) необходимо как можно шире распространить даваемое ниже или своё собственное сообщение:

«Европейский суд по правам человека пойман на лжи в Катынском деле и на пересмотре приговора Нюрнбергского Трибунала.

Внук Сталина Е. Джугашвили, одновременно с заявителями от Польши, со своей стороны обжаловал решение ЕСПЧ по Катынскому делу в Большую палату Страсбургского суда. Е. Джугашвили указывает в правовой позиции, что ЕСПЧ основал свое решение на лживых обстоятельствах, в частности, на том, что главные военные преступники Нюрнбергским Трибуналом якобы были оправданы в убийстве пленных польских офицеров в Катынском лесу под Смоленском в ходе Второй мировой войны. Протестуя против пересмотра приговора Нюрнбергского Трибунала и бессудной реабилитации повешенных по приговору Нюрнбергского Трибунала Г. Геринга и А. Йодля, внук Сталина просит ЕСПЧ настоять на проведении в России открытого суда для повторного судебного установления факта того, кем были расстреляны пленные польские офицеры».

Желательно тем, кто это может сделать, перевести данное сообщение на иностранные языки и распространить его в Интернете мирового сообщества, прежде всего, среди мировых СМИ.

Ю.И. МУХИН

КОМУ СЛУЖАТ НКО?

Далеко не всегда принимаемые Госдумой законы вызывают интерес у российских граждан и в СМИ (правда, нередко эти интересы не совпадают). А вот вопрос о НКО (некоммерческих организациях) и источниках их финансирования вызвал обсуждение. Некоммерческих организаций в России развелось много. Во время последних выборов (думских и президентских) время от времени вспыхивал доходящий до ожесточения спор: откуда берутся средства у организаторов массовых митингов и антимитингов?

Путинцы (назовём их так условно) утверждали, что оппозиция живёт на доллары госдепартамента США. А поскольку на этих митингах властвовали самочинные «оргкомитеты», состоявшие из либералов (той части ельцинистов, которые не вошли во власть и провозгласили себя оппозицией), то это было похоже на правду.

У путинцев было проще: деньги на автобусы и на гонорары для участников «антимитингов» шли из бюджета (к чему наши граждане давно уже привыкли), однако не напрямую (чтобы всё было политкорректно), а через предприятия, учреждения и общественные объединения, вошедшие в сколоченный ради выборов общенациональный фронт. То есть как и у оппозиции, в основном через НКО.

Вот каков скрытый смысл полемики вокруг упомянутого законопроекта: деньги и информационная война - кто докажет, что средства у его конкурентов незаконные и кто кого эффектнее замажет. Польза для рядовых граждан даже от такой грязной и мелкой политической грызни всё-таки есть: как и в судебных спорах в Лондоне между двумя супер-ворами Абрамовичем и Березовским, вскрывается правда об ограблении России. И в обоих случаях национальные интересы России отбрасываются куда-то на задний план, а если и вспоминаются спорящими сторонами, то сугубо в демагогических целях. В итоге выясняется, что в современной России НКО зачастую играют ту же роль, что и коммерческие организации и официальные властные структуры: если и не генерируют сами финансовые средства, то служат механизмом их «освоения» и перераспределения.

Уже выступившие в ходе этой полемики руководители различных фондов и прочих НКО предстают как обиженная сторона: нас, мол, в продажные шкуры записывают, а мы на самом деле занимаемся благотворительностью, творим благо. Надо ли нам мешать, скажем, помогать больным детям? Такие возражения выглядят резонными.