Только не замуж! - Эми Эндрюс

Сейчас ей в голову тоже кое-что лезло. Мужчина по имени Так.

В отличие от остальных посетителей, в принятой здесь одежде пастельных тонов, подруги Кэсси не вскинули брови, когда она быстрым шагом шла к ним, а потом плюхнулась на свободный стул. Ее наряд поразил их совсем по другой причине.

Кэсси заставила себя улыбнуться Риз, сияющей так же, как десять лет назад, когда она познакомилась со своим морпехом.

– Когда ты вернулась? Где Мейсон?

– Час назад, – усмехнулась Риз и глотнула кофе. – У него кое-какие дела.

Кэсси кивнула, хотя едва уловила ответ Риз.

Подошел официант. Кэсси не соблазнилась горками блинов, которые поглощали ее подружки, и заказала, как обычно, йогурт, мюсли и два печеных хлебца с джемом.

– Как дела? – забеспокоилась Риз. – Выглядишь усталой.

– Плохо спала.

Марии взглянула на Джину, а Джина пристально посмотрела на Кэсси.

– С чего бы это Мисс-Всегда-Сплю-Восемь-Часов глаз сомкнуть не могла?

Кэсси посмотрела на подруг, которые буквально ели ее глазами. Пожала плечами. Сказать ей было нечего, кроме того что никогда прежде бессонницей не страдала.

Джина откинулась на спинку стула, скрестила руки на груди и внимательно посмотрела на подругу.

– А нет ли здесь связи с неким распасовщиком?

Марии подалась вперед, махнув хвостом светлых волос, на сто процентов более привлекательным, чем прическа Кэсси.

– Да уж. И правда?

Риз сдвинула брови:

– Выходит – это Так?

– Он и Кэсси вчера весь вечер протанцевали, – заметила Джина.

– Настоящие танцы-прижиманцы, – добавила Марии.

Риз заморгала глазами:

– Кэсси?!

По пути вниз Кэсси дала себе слово никому не рассказывать о своих странных ощущениях, но три пары любопытных глаз поколебали ее решительность. Она привыкла во всем полагаться на людей сведущих.

– Не пойму, что происходит, – пробормотала она. – Всю ночь проворочалась. Мне нужно высыпаться. Чтобы заниматься любимой работой. Я принимаю снотворное, чтобы мозг отключался. Оно всегда помогало. Просто как свет выключался. Обычно… А сегодня утром не могла проснуться до девяти часов… Хотя всегда встаю в шесть. Всегда.

– Ты просто сильно устала, – решила Марии.

Но Кэсси ее мнение проигнорировала:

– И что, по-вашему, первым делом пришло мне в голову?

– Что-то более близкое к нашей грешной земле, чем обычно? – спросила Джина.

Кэсси сокрушенно вздохнула:

– Это был он. Качок наш. – Она посмотрела на подруг, ожидая ответа. – Не пойму, что со мной происходит.

Подружки несколько секунд молчали, словно ожидая услышать от нее еще что-то для прояснения ситуации. А потом, одна за другой, заулыбались.

Кэсси насупилась:

– Что же это?

Подружки Кэсси обменивались выразительными взглядами.

– Ничего смешного в этом не вижу.

– Конечно, конечно. – Риз с трудом подавляла смех. – Влюбиться по уши – что тут смешного?

Кэсси воззрилась на Риз:

– Как ты можешь такое говорить?!

– Фыр-фыр, – вставила Марии, проигнорировав протест Кэсси. – Наша девочка стала взрослой, – хихикнула она.

– Подумать только, – добавила Риз. – А мы голосовали за тебя как за чемпионку среди невлюбляшек.

Кэсси скрестила руки на груди и ждала, когда они угомонятся.

– Это не любовь, – заявила она, когда последняя улыбка погасла под ее испепеляющим взглядом. – Если ты, Риз, смотришь на мир сквозь розовые очки, то я еще не разучилась управлять своими чувствами. И ни в какое шаманство такого рода не верю. Причина в его феромонах – и только. Этот мужчина невероятным образом пахнет… От него голова кружится, – пояснила она, не открывая глаз. Веки Кэсси поднялись, и она увидела, что подруги смотрят на нее с недоумением, растерянностью, замешательством. Она откашлялась и выпрямилась. – Так или иначе… очевидно, я физиологически запрограммирована млеть именно от этого запаха. Просто… биохимия. И ничего больше.

Подошел официант, и беседа прервалась, пока он ставил перед Кэсси ее завтрак. После его ухода она посмотрела на Джину:

– Наверняка для этого есть какое-то другое слово, а не «любовь». Когда тело направляет все мысли.

Джина кивнула:

– Угу. Сексуальная озабоченность.

Кэсси затрясла головой:

Нет!

Она же – ученый! И никакая не «озабоченная».

Джина еще раз кивнула:

– Изголодалась по этому самому.

Кэсси не поняла толком, что имеется в виду, но что-то похожее она слышала в одном телешоу.

– Ничего подобного.

– Либидо? – предложила свой вариант Риз.

Кэсси замялась. Это слово ей понравилось больше. Оно звучало по-научному – как аргумент в споре с фрейдизмом. Это можно исследовать – область мозга, ответственную за либидо.

– Да, – согласилась Джина. – Это ее либидо дало о себе знать.

– О’кей, согласна. Но раньше мое либидо никак себя не проявляло, так почему же теперь?

– Все очень просто. Когда у тебя в последний раз был секс?

Кэсси призадумалась. В день рождения Лена.

– Семь месяцев назад.

У Джины расширились глаза:

– Семь месяцев?

Подруги переглянулись, услышав признание Кэсси.

– Тогда это точно твое либидо.

– А кто твой парень? – спросила Марии.

– Его зовут Лен. Тоже астроном из нашего универа. Мы пять лет вместе работаем по одной программе. Часто с ним спали.

– Каждые семь месяцев?

– По-всякому.

Подруги явно не верили Кэсси.

– Если он был не в тонусе. И он сразу начинал лучше соображать.

– О’кей… – Джина покачала головой. – А в тот последний раз – все было… ну, ты понимаешь… хорошо?

Кэсси пожала плечами:

– Приемлемо.

Джина обменялась взглядами с Риз.

– Джина вот что имеет в виду, – продолжила Риз. – Достигла ли ты… ну… оргазма?

– О нет. – Она часто обсуждала вопросы секса с подругами, когда они жили вместе. Ей нарассказывали столько, что ни на каких лекциях не услышишь. – У меня никогда не было оргазма.

Все умирали со смеху, даже ложки отложили, одной Кэсси было не до веселья. Наконец, после минутной паузы Марии спросила:

– Что? Совсем никогда?

– Нет, – покачала головой Кэсси.

– Даже сама себе его не делала? – спросила Риз.

– Или хоть вибратором? – вставила словечко Джина.