Демонология Агапи (СИ) - Колч Агаша

Глава 7

— Рыжик, ты чего? — задумавшись о незавидной доле людской в мире демонов, я чуть было не ткнулась носом в светлец, зависший перед лицом.

В ответ тот метнулся в сторону от лестницы. Туда, где друг на друге громоздились контейнеры, а в проходах между ними лежали глубокие тени. Помня, что фонарик знает больше, чем может рассказать, заторопилась следом, но он уже юркнул в узкий проход. Ориентируясь только по удаляющемуся свету, стараясь не цепляться за углы, я почти ощупью пробиралась вглубь лабиринта.

«Хорошо бы метки ставить, чтобы потом выход найти», — заметила сама себе и остановилась. В просторном закутке Рыжик освещал яркое существо, сидящее на полу на цветастом коврике. Глаза, привыкшие к унылой серо-чёрной гамме, даже заслезились от пестроты наряда, от сверкающих побрякушек и многоцветья, сосредоточенного на столь малом пространстве. Существо было немногим больше Филиппа, когда он садится на задние лапки. Демонические рожки отсутствовали, хвоста тоже не было видно, зато были круглые подвижные уши и большие глаза, которые незнакомец затенял от яркого света Рыжика роскошным расписным веером. «Ему здесь жарко, что ли?» — удивилась я аксессуару.

— Приветствую тебя, аграбия великой Маттоттены, — пропело существо приятным мелодичным голосом. — Народ лекмотов готов к принятию Справедливости.

— Приветствую и я тебя, достойнейший из лекмотов, но, увы, ты ошибаешься. Я не аграбия и не вершу Справедливость. Всего лишь ищу пропавшего друга, — старалась отвечать почтительно, но так, чтобы не вводить никого в заблуждение.

— Великий Разум информировал, что ты аграбия, а он не ошибается, — опять затянул свою песню пёстрый представитель мелкого народа, но осёкся, направив ушки-локаторы в сторону прохода, из которого я вышла. Мне тоже показалось, что между контейнерами кто-то крадётся, и я оглянулась на шорох.

— Ты чего здесь делаешь? Воруешь?! — чуть ли не выпрыгнул на меня демон в форме работника склада.

— Выход ищу! Хорошо, что тебя встретила. Где тут лестница? — я даже глаза скосила к переносице, притворяясь полной дурой, потерявшей ориентацию.

Хотя этого можно было и не делать. О людях демоны хорошо не подумают.

— У тебя пропуск есть? — внимательно осматривая целостность упаковок, спросил охранник.

— Есть, — вытащила из кармана и бестолково повертела перед собой карточкой.

— Что было сказано? — убедившись, что я не покушалась на товары, чуть более доброжелательно продолжил собеседник.

— Повернуть направо, — шмыгнула носом.

— Ну?

— Так я и повернула, — пока говорила, вертелась из стороны в сторону, остановилась так, чтобы лестница была где угодно, но не в правильном направлении, и махнула правой рукой.

— Иди за мной! — рыкнул потерявший терпение демон и повел меня к выходу.

Шла по проходу, следя за кисточкой хвоста, раскачивающегося в такт шагам, и размышляя о том, куда могли исчезнуть Рыжик и лекмот. Ведь сколько я ни крутилась в закутке, путая демона, их так и не заметила. Словно сквозь землю провалились.

На улице мело. Серая плотная мгла клочьями носилась между возвышающимися над поверхностью входами, мгновенно заметая следы и пытаясь столкнуть в сугроб. Если бы не карточка, которую я заложила за ухо, как плотник карандаш, то давно бы уже заблудилась. Медленно шла, повернувшись к ветру плечом, аккуратно ступая маленькими шажками, широко расставляя ноги, придерживая под курткой Филиппа. Всё же хорошо, что доставка у них по монорельсе и не надо тащить гружёную платформу на себе, как бурлаку на Волге, напевая для бодрости: «Эх, дубинушка, ухнем!»

Когда мне начало казаться, что, несмотря на чёткие указания пропускной карточки, я заблудилась в ледяной кутерьме и не смогу найти дорогу, механический голос объявил: «Прибыли к пункту назначения "Лаборатория Кетсыла див Кетсылара". Заходи!»

Вот как. Не просто спальное место, а лаборатория. Значит, мой демон какой-никакой, а учёный. Поможет ли мне это в поисках Инка?

— Ты чего набрала? — обрушился на меня Кетсыл, как только я вошла в лабораторию, сгрузив ранец и кота на своё спальное место. Он обвинительно указывал пальцем в сваленные в углу мешки, ящики и коробки, доставленные по монорельсе, и сверкал на меня жёлтыми глазами. — Складские лоботрясы наплели невесть чего, а ты, потеряв последние мозги от счастья и радости, что демоны на тебя внимание обратили, взяла какой-то мусор. Да?

— Нет! — не менее сердито ответила я. — Первое, я совершенно не рада демонам. Мне намного лучше было бы не знать вас всех вовсе, а внимание ваше мне и даром не надо. Второе, не знаю, чем вас тут обычно кормят, но продукты, которые выбрала на складе, имеют высокую пищевую и энергетическую ценность. Смотри сюда.

Дойдя до небрежно сваленной кучи, я начала знакомить демона с нормальной человеческой едой.

— Это горох — источник растительного белка. Можно сварить суп с тушёнкой, можно пюре сделать. Дальше, это свёкла — кладезь витаминов, минералов, клетчатки. Нормализует работу кишечника, улучшает иммунитет, имеет ещё сотню различных полезностей. Вплоть до увеличения мужеской силы. Можно варить, можно мариновать, можно есть сырой. Так, что тут у нас дальше? Ага, лук — «от семи недуг»! Острый, полезный овощ, отличное дополнение к множеству блюд. Вот это крупы, перловая и гречневая. Не хочу рассказывать — приготовлю, сам убедишься. Ну, это консервы… Масло… Финики. Сладкое любишь? Попробуй! — я кинула в Кетсыла фиником и один демонстративно, чтобы не подумал, что хочу его отравить, засунула себе в рот. — Только там косточка. Зуб не сломай.

Демон машинально повторил мой жест и тоже стал жевать лакомство. Осознав, что во рту у него нечто незнакомое и непонятное, он было напрягся, но, когда вкусовые рецепторы передали в мозг сигналы ощущения от продукта, выражение лица выразило полное блаженство.

— Дай ещё! — потянулся за добавкой.

— Перебьешься. Сладкое до еды — вредно. К тому же ты меня недоверием обидел. Ел мой суп, сказал, что вкусно, и как после этого мог подумать, что я негодных припасов набрать смогу? — изобразила крайнюю степень обиды и попыталась как-то уложить разбросанные продукты, чтобы скрыть растерянность от собственной дерзости.

Демон, наверное заглаживая вину, принялся помогать. Неподъемные для меня упаковки он поднимал с легкостью и пристраивал в указанное место. Скоро вдоль стены около буфета ровным рядом стояли мешки и коробки. В качестве поощрения выдала Кетсылу горсть фиников.

— У вас что пить принято? Кофе, чай, компот? — ставя кастрюлю с водой на огонь, поинтересовалась у жмурящегося от удовольствия демона. После прогулок по морозу мучила жажда. Желательно что-то горячее и бодрящее.

— Кофе, но я не люблю — сахар редко дают… — он замер, уставившись на свою ладонь, где лежал последний выделенный мною вяленый фрукт. — Его с финиками пить можно? Тогда вари.

Кетсыл достал большую банку молотого кофе и изящные по форме, искусно расписанные причудливыми узорами чашки, которые совершенно не вписывались в аскетичную обстановку. Собственно, как и пара разномастных кресел и несколько зеркал в излишне роскошных оправах. С позолотой, с прихотливой резьбой, они выглядели случайно забредшими на сельскую свадьбу аристократами. Интересно, откуда здесь эти вещи?

— Можно я одно зеркало себе в комнату поставлю? — допив кофе, спросила демона, который задумчиво смотрел на чашку в своей руке.

— Зачем тебе? — не отрывая глаз от посуды, отозвался Кетсыл.

— Причёску поправить или одежду. Да и вообще… — удивилась нелепому вопросу, — женщина я или как?

— Бери любое, — демон великодушно махнул рукой в сторону зеркал, которые были повёрнуты к стене или перевёрнуты вниз стеклом. — Проход я закрыл, поэтому можешь пользоваться.

— Проход? — я уже сделала шаг, чтобы выбрать для себя небольшое трюмо, но последние слова собеседника меня остановили, и я озвучила догадку: — Так ты искал путь по зазеркалью и в нем заблудился.