Смерть может танцевать 5 - Макс Вальтер

место, не ровен час порежешься, – посоветовал я. – Дело есть… – я запустил руку в карман и вытянул несколько смятых сотенных купюр. – Не знаю, сотен на пять может.

– Чё, ваще, надо то? – гундося в сломанный нос, спросил тот, что вчера махал бутылкой.

– В шестьдесят пятую квартиру постучаться, – ответил я.

– И чё сказать? – продолжил задавать правильные вопросы он же.

– Если откроют, то… Ну не знаю, Кабана спроси, или ещё кого-нибудь из знакомых, – немного подумав, ответил я. – Заодно прикинь, сколько там человек находится.

– Деньги вперёд, – протянул руку он.

Я пожал плечами и сунул ему смятые купюры. Тот подхватил бумажки, так же, не считая, прямо смятые, затолкал их в свою олимпийку и двинулся исполнять просьбу.

Я же, бесцеремонно подошёл к импровизированному столу, без спроса подхватил дольку помидора и сунул себе в рот. На самом деле, жрать хотелось ужасно, в общем, не смог удержаться от соблазна.

Гоп-компания промолчала, они вообще стояли тихо. Никто не лез с вопросами, ничего не рассказывал, просто ждали, пока вернётся их товарищ. Так, в напряжении прошло минут десять, пока он наконец не появился из-за угла дома.

– Никто не открыл, – доложил о ситуации он. – Я так через дверь послушал, нет там, похоже, никого.

– Спасибо, – вежливо кивнул я. – Кабан, а тебе настоятельно не рекомендую звонить мусорам, после того как я уйду. Во-первых, это не по пацански, а во-вторых, я же вас найду, ну а о последствиях, надеюсь, говорить не нужно.

– Из-за тебя Тумблер вчера чуть не сдох, – всё тем же нервным тоном заявил хулиган с огнестрелом. – Ты ему ноги переехал, там все кости в кашу!

– А это вам, дебилам, уро́к, – ухмыльнулся я. – Сами же напросились. Вот зачем ты по мне палить начал? Сейчас бы целёхонький был.

Он было хотел ещё что-то сказать, но я уже развернулся и пошёл прочь. Собственно, вообще плевать, что он там думает, только надеюсь, Кабан внемлет совету и не станет звонить в полицию.

В дом я вошёл тем же путём, что и вчера. Не стал светиться в одеянии бомжа перед собственной дверью, в этом случае только больше внимания привлеку. А не дай бог ещё кто-нибудь узнает.

Немного посидев в шкафу, убедился, что дома действительно никого и выбрался наружу. Первым делом полез в холодильник. Кроме пакета молока там больше ничего нет, но это уже хоть что-то. Пара хороших глотков притупила голод, и я отправился осматривать соседнюю комнату.

– А вот это очень интересно, – пробормотал я, глядя на скомканные салфетки в кровавой луже у кресла.

Затем опустился на четвереньки и заглянул под диван. Отчего-то я не сильно удивился, когда обнаружил там деформированную пулю. Именно она вчера брякнула по полу, и теперь я отчётливо это понимал.

Вот только мозг совершенно отказывался верить в происходящее. Ведь так не бывает, это просто невозможно!

Я опустился на диван и с силой провёл ладонями по лицу. Помогло слабо, зато в голове уже окончательно сформировалось решение: «Нужно срочно пообщаться с этим Константином».

Рассиживаться смысла нет, потому я ещё раз бегло осмотрелся и поспешил убраться из квартиры. Выбрался из подъезда и едва успел проскользнуть незамеченным мимо соседки. Но та даже не узнала меня, лишь отсыпала в спину оскорблений, на тему бомжей, вони и полиции, если вдруг ещё раз меня увидит. Определённо, это самый удачный камуфляж.

До девятиэтажки я добрался к позднему вечеру. В отличие от вчерашнего дня, денег с собой у меня не оказалось, а той мелочи, что звенела в кармане, даже на чашку кофе хватит. Весь свой дневной заработок, я отдал гопникам.

Ну ничего, сейчас доберусь до сумок и зашлю Палыча за едой. Ноги уже гудят от таких прогулок. Несмотря на постоянные тренировки, в современном мире человек отвык проходить пешком подобные расстояния. А я так вообще последние полгода только на машине передвигался. Вот такая вот работа и ничего с этим не поделать.

К моему удивлению, бродяги на месте не оказалось. Может, ещё «клиента пасёт»? Хотя не стоит исключать, что где-нибудь уже остывает.

Ладно, на сегодня с делами, надеюсь, покончено, в крайнем случае, завтра сам Константину на хвост сяду.

С этими мыслями я вытянул сумки из-за вытяжки и вернулся на свою коробку. По ходу позаимствовал у Палыча подвесной фонарик, по типу «Летучая мышь», включил его и принялся перебирать вещи.

По итогу передо мной лежали три пачки пятитысячных, пять паспортов, два из которых на граждан зарубежных государств. Ну и так, по мелочи: три набора сухих пайков, медицинская сумка, несколько коробок с патронами, два комплекта сменного белья и косметичка с мыльно-рыльными.

Всё это я вытягивал на свет, чтобы добраться до набора для чистки оружия. Он находился на самом дне сумки, потому как я не думал, что в мирной жизни придётся к нему прибегать. Однако вышло наоборот.

Несмотря на то, что из обоих стволов я произвёл всего пару выстрелов, лучше привести их в порядок. Кто его знает, при таких раскладах, сколько раз мне ещё придётся спустить курок.

Я уже заканчивал собирать второй ствол, когда крышка чердачного люка откинулась и из неё показалась плешивая голова Палыча.

– Ну ты, мать твою и мудак, – вместо приветствия завил он. – Я через весь город в два конца проехал, хрен его знает теперь, сколько там на карте осталось! Штакет ещё этот, сука, подумаешь, на полчаса позже деньги сдал… Ох ёпта!

– Этого хватит? – усмехнулся я на его реакцию.

– Вполне, – удовлетворённо кивнул Палыч. – Откуда дровишки?

– Нашёл, – сухо ответил я. – Что с клиентом?

– Каким? Ах, ты про пижона своего? Стоп, в смысле, с клиентом? Ты детектив, что ли, частный какой?

– Ну почти. Так что с ним?

– Ничего, проводил его до дома и бегом к Штакету. А этот урод мне в бубен дал, мол, опоздал на полчаса.

– Уверен, что именно до дома?

– Ну так! Я сомневаюсь, что он в гостях станет в халате рассекать.

– Ты в окно, что ли, за ним подсматривал?

– Зачем?