Их было девять… - Настасья Викторовна Лис

он всё более кажется мне красивым. Прям Аполлон! По нему видно, что он серьёзно занимался спортом. С Ленкой они были бы очень красивой парой. Хотя меня немного терзает тот факт, что она переключилась с меня на него. Ну, в принципе, я без обид, да и понимаю, что я, конечно, не урод, да и никогда не парился из-за своей внешности, но вижу, что капельку не дотягиваю до Пашки по красоте. Зато во мне море обаяния!

15.06.1972 г.

Сегодня весь день лил дождь. Поработали совсем мало, в основном укрывались от непогоды. Было такое ощущение, словно лето закончилось, и резко наступила осень, мокрая, промозглая. Мы впятером заперлись в одном из гаражей, который наиболее построен. Сначала разговаривали про увлечения. Иван снова нахваливал свой будущий красивенький мотоцикл. Он сказал, что мечтает выкрасить его в тёмно-вишнёвый цвет. Странно, мне всегда казалось, что все оттенки красного – это привилегия девчонок. Я ему сказал об этом, он сначала нахмурился, а, потом ответил, что ему виднее, в какой цвет выкрашивать свой мотоцикл. Ну, и действительно, это его личное дело. Пока мы общались о мотоцикле и велосипеде, Ленка заметно заскучала. Пашка подошёл к ней и предложил отойти на минутку. Она согласилась, исподлобья посмотрев на меня. Я сделал вид, что ничего не заметил: ни их разговора с Пашкой, ни её взгляда в мою сторону. Ребята отошли на некоторое время. Вернулись слегка промокшие, с пледом на Ленкиных плечах. Сказали, что добежали до того места, где наши школу достраивают. У них там оказалось и теплее, и веселее. В общем, они всех зовут к себе, а на завтра предложили устроить дискотеку. Под эту тему все трое девчонок разговорились, и, кажется, даже Оля с Ленкой нашли общий язык. Девочки решили прислушаться к Лене в вопросе подготовки дискотеки, так как она в этом более опытна и не раз устраивала подобные встречи друзей у себя дома, в отсутствие родителей. С командиром отправили договариваться меня, как самого коммуникабельного. Ну, дай Бог, чтобы я никого не разочаровал. Пойду. Ну, всё, порядок. Я всё уладил и уже обрадовал ребят, что праздник завтра состоится. Ура! Уже хочется расслабиться. Ленка с благодарностью посмотрела на меня, когда я сообщил об этом. Пашка криво улыбнулся и спросил, как же мне это удалось, уговорить командира на дискотеку. Я увильнул от ответа и сказал, что военных секретов не выдаю.

16. 06. 1972 г.

Сегодня все проснулись раньше обычного, в предвкушении праздника. Многим казалось, что именно сегодня должно произойти что-то незабываемое, интересное и обязательно хорошее. Ещё до стройки девчонки потихоньку стали обсуждать, кто что наденет вечером и какую причёску сделает. Мы в сторонке посмеивались над ними, мол, кому эта красота в лесу нужна? Но они не согласились с нами и сказали, что, может, кому-то и нужна. Сегодня все также строили гараж. Нудновато, но, главное, что теперь все уже практически разбираемся, что и как нужно делать. Это, конечно, во многом благодаря Игорьку и командиру. Поужинали. На этот раз мне повезло больше, – желудок получил сегодня макароны. Скоро состоится дискотека. Девчонки третий час наряжаются в своей комнате. Что там так долго можно делать, не понимаю, у них ведь с собой толком и одежды-то нет. Мы ведь брали только всё самое необходимое!

Ну, вот, наконец-то состоялся наш вечер. Продлился он до самой ночи, но радует, что завтра выходной, поэтому вместо строительства будем заниматься общественной работой. Дискотека была условной, то есть музыка у нас играла, естественно, негромко и недолго. На этом вечере, кажется, обрисовались основные симпатии. Примерно ближе к середине дискотеки ко мне подошла Лена и предложила потанцевать. Сначала она поблагодарила меня от лица «всех» ребят за то, что я помог организовать этот вечер, а затем сказала, что боится обидеть Павла отсутствием к нему симпатии. Я был, конечно, очень удивлён данным фактом. Ленка поведала, что ей нравится общаться с Пашкой, как с другом, но он предлагает ей встречаться, а она не знает, как ему безобидно отказать. Я посоветовал ей так прямо и сказать ему, что, мол, извини, ты симпатичен мне, но просто как хороший знакомый или друг. Лена, в свою очередь, намекнула, что неплохо было бы, если бы я сам поговорил с Пашкой по-мужски, что, мол, Лена мне симпатична и я сам планирую с ней встречаться. Так, честно, я и не понял, чего конкретно от меня хотела Ленка, – то ли столкнуть нас лбами с Павлом, то ли чтобы я активизировался и скорее предложил ей встречаться со мной. Нет, я не особенно-то побаиваюсь Пашку, несмотря на его спортивное прошлое, да и Лена мне, конечно, нравится. Она вообще, кажется, всем здесь симпатична. Но я бы не сказал, что прям уж так сильно она меня волнует. Как-то она показалась мне не совсем умной. Красивая, – да, но какая-то ветреная. Хотя, обдумывая её предложение, которое она сегодня наворотила, я уже стал сомневаться в правильности своего первого впечатления о ней. На её просьбу я пока ничего внятного не ответил. Помню, что сказал ей сначала самой поговорить с Павлом, а там – увидим. Если он будет настаивать на обратном, то я с ним побеседую сам. Ленка, нехотя, согласилась и обиженно уткнулась носом в моё плечо. Пока мы с ней общались и танцевали, Павел не сводил с нас глаз. Я стал чувствовать себя несколько не комфортно, так как не привык решать вопросы силой, тем более, что Пашка на полторы головы выше меня и намного шире в плечах. Да, даже дело не в этом. Просто как-то не хочется устраивать непонятные разборки ни из-за чего. Если у ребят обоюдная симпатия, так, пожалуйста, я ж не против, только за; но если он будет преследовать Ленку даже после их объяснения, тогда я, конечно, заступлюсь за неё.

Но за сегодняшний вечер Павел ко мне не подошёл ни разу. Хотя я ждал этого. Даже уже настроился и примерно наметил, что буду ему говорить. Ночь оказалась очень тёплой для июня и почти безветренной. Я предложил Лене спуститься вдвоём к реке. Слабый ветерок копошился в волосах, вокруг пахло свежей зеленью, где-то играла музыка. Река плавно поблёскивала своим движением, а почти посреди неё чётко вырисовалась лунная дорожка. Ленка взяла меня под руку и положила голову мне на плечо. Мы простояли так некоторое время, пока не стало холодать. Потом вернулись к остальным. Перед самым уходом мне показалось, что я услышал какой-то непонятный шорох