Великое заклятие - Дэвид Геммел

— Я все равно бы не победил. Зрение слабеет.

— Пусть так, но участвовать в состязании ты можешь. — Слова Ногусты повисли в холодном воздухе. Тридцать человек рабочих ставили щиты из плотного багрового шелка на королевский павильон. Кебра много раз видел, как строится этот павильон, и еще недавно, стоя перед ним, получал Серебряную Стрелу из рук самого короля. Вспомнив об этом, он ощутил укол сожаления.

«Не надоело еще побеждать, старина?» — со своей мальчишеской улыбкой спросил его Сканда. «Нет, государь». Кебра, повернувшись лицом к толпе, поднял над головой свой приз, и в ответ ему грянуло громовое «ура». Кебру снова пробрало холодом, и он заглянул в светлые непроницаемые глаза своего друга.

— Хочешь посмотреть на мое унижение?

— Ничего унизительного в этом нет, дружище. Ты проиграешь, только и всего.

— Если я запишусь, почти все дренайские солдаты поставят на меня, — устало улыбнулся Кебра. — И потеряют свои деньги.

— Хорошая причина для отказа, — согласился Ногуста. — Если причина действительно в этом.

— Чего ты ко мне привязался? — вспылил Кебра. — Хочешь сказать, что речь идет о моей чести?

— Не то чтобы о чести. О гордости, к тому же еще и ложной. Без проигравших соревнований не бывает, Кебра. В турнире примет участие больше ста лучников, а победу одержит только один. Из девяноста девяти остальных больше половины еще до первого выстрела знают, что проиграют, и все-таки намерены попытаться. Ты говоришь, что зрение у тебя слабеет, и я знаю, что это правда. Тебя волнует стрельба на дальность, однако две из трех стадии соревнования требуют лишь быстроты, мастерства и таланта. На дальность стреляют только в третьей стадии, и в первую десятку ты точно войдешь.

Кебра отошел от изгороди, Ногуста за ним.

— Когда ты не захочешь больше, чтобы я говорил тебе правду, скажи только — и я перестану.

— Какую правду ты говоришь мне теперь, Ногуста? — вздохнул лучник.

— Отказываясь участвовать, ты снижаешь уровень состязания. Новому победителю будет казаться, что он получил свой титул незаслуженно. Боюсь, что отчасти из-за этого ты и отказываешься.

— Мало ли что ему будет казаться? Он получит свои сто золотых, король воздаст ему почести, и его пронесут на плечах вокруг парка.

— Но легендарного Кебру он не побьет. Я помню, как ты радовался пятнадцать лет назад, принимая Серебряную Стрелу от Мениона. Он был в таких же годах, что и ты сейчас, когда боролся с тобой в финале. И победил ты его именно в стрельбе на дальность. Может, и у него зрение стало сдавать?

— Славный будет денек, — сказал Зубр, подходя к ними стряхивая крошки со своих седых усов. — Вентрийский колдун Калижкан обещал показать нам такое, что мы век не забудем. Может, и дракон будет — всегда хотел поглядеть на дракона. Чего это вы? — Зубр перевел взгляд с одного на другого. — Я пропустил что-то?

— Ничего особенного, — ответил Ногуста. — Мы с Кеброй рассуждали на философские темы.

— Ну, в этом я все равно ничего не смыслю. Я, кстати, записался в борцы — надеюсь, вы будете меня подбадривать.

— Тот здоровенный кочевник тоже участвует? — с усмешкой спросил Ногуста.

— Само собой.

— В прошлом году он метнул тебя футов на десять. Тебе повезло, что ты впечатался в землю головой и потому избежал повреждений.

— Он меня подловил, — нахмурился Зубр. — В этом году я его одолею, если мы будем с ним драться.

— Сколько раз ты уже боролся? — спросил Кебра.

— Не знаю. Почитай, каждый год — раз тридцать, наверно.

— И думаешь, что на этот раз победишь?

— Ясное дело. Я никогда еще не был так крепок.

Ногуста положил руку на могучее плечо Зубра.

— Тебе не кажется, что ты говорил то же самое тридцать лет назад? И при этом даже до четверти финала никогда не добирался.

— Ничего мне не кажется. И в четверть я попал один раз, так ведь? В Скатийскую кампанию. Тогда меня Корис побил. Помните его? Здоровый такой, белобрысый. Погиб при осаде Мелликана.

— Да, ты прав, — сказал Ногуста. — Корис выбыл в полуфинале. Я помню, что поставил на него и проиграл.

— Я в день рождения короля никогда не проигрываю, — весело заметил Зубр. — Потому что на тебя ставлю, Кебра. Благодаря тебе я снова рассчитаюсь со своими зимними долгами — теперь уж в последний раз.

— На этот раз не выйдет, дружище, — сказал Кебра. —Я не участвую.

— Я думал, что ты забыл, и записал тебя сам.

— Ты шутишь, надеюсь, — холодно молвил Кебра.

— Какие шутки, когда речь о долгах? Может, тебе стоит поупражняться?

Публика уже начинала собираться, когда Дагориан появился на лугу. Черный с золотом панцирь тяжело давил на его хрупкие плечи. Хорошо еще, что шлем не пришлось надевать, щитки вечно натирают щеки, и на голове шлем сидит плохо, несмотря на мягкую подкладку. Однажды Дагориана окликнул король, он повернулся резче обычного, и щиток съехал ему на левый глаз. Все очень смеялись. Дагориан не хотел становиться солдатом, но когда отец у тебя герой и генерал — к тому же геройски погибший — сыну выбора почти не остается.

Ему посчастливилось. Белый Волк взял его к себе и лично обучал тактике и интендантскому делу. Военная служба Дагориану не нравилась, но у него обнаружился к ней талант, и это делало его жизнь в общем-то сносной.

Приготовления ко дню рождения короля завершились — скоро народ толпами повалит в ворота парка. Небо ясное, и сегодня уже не так холодно, как вчера: весна близко. Только вечером еще подмораживает. У изгороди разговаривали трое старых солдат. Когда Дагориан приблизился, лучник Кебра отошел с сердитым видом, а чернокожий Ногуста отдал офицеру честь.

— Доброе утро, Ногуста, — сказал Дагориан. — Ты славно сражался вчера.

— На это он мастер, — с широкой щербатой улыбкой заверил Зубр. — Вы ведь сын Каториса, верно?

— Верно.

— Хороший был человек. Третий Уланский никогда не подводил, когда он им командовал. Правда, и суров был, собака. Десять плетей мне влепил — недостаточно быстро честь ему отдал. Хотя благородные господа все такие. Хочешь еще пирога? — спросил Зубр Ногусту. Тот покачал головой, и Зубр отошел к палаткам, где продавали съестное.

— Я так и не понял, похвалил он моего отца или обругал, — усмехнулся Дагориан.

— Пожалуй, и то, и другое.

— Да. Такие не часто встречаются.

— Такие, как Зубр? Или как ваш отец?

— Как Зубр. Ты участвуешь в каком-нибудь из состязаний?

— Нет, сударь.

— Что так? Ведь ты превосходный фехтовальщик,

— Не люблю играть с оружием. А вы намерены выступить?

— Да, в сабельном турнире.

— В финале вы будете сражаться с Антикасом Кариосом.