Алая граница - Андрей Лег

Возвращение в лагерь проходило прямо через поле боя, где до сих проводили фильтрацию сдавшихся пленников и их имущества. Заняты были все, кто не лежал пластом после ранений или усталости. Многие в бинтах вели разоружённых людей, которые однако даже не пытались убежать и даже пытались вести тихие беседы между собой. Филипу это казалось диким, но своё мнение он придерживал при себе.

Командира они встретили не в штабной палатке, а тут же на свежем воздухе. Сидел господин Фрундсберг как небольшой князь, хотя под ним были обычный стул непонятно как уцелевшей в этой заварушке, а одна из ног покоилась на патронном ящике и над ней хлопотали медики.

- А Стефан! - раскинув руки в приветственном жесте и даже попытавшись привстать, изобразил радость полковник: - Мальчик мой, ты сегодня дважды спас наши... - он обвёл рукой окружающих его немногих уцелевших офицеров: ... жопы и это достойно награды! Я бы тебя даже обнял, но твой вид не внушает доверия.

- Я понимаю господин Oberst. - ответил ему Филип на ломаном немецком, и успев заметить, как несколько человек изобразили будто они ноги разминают, но на самом деле отходят немного назад: - Меня вполне устроят деньги.

После этих слов майор Семёнов не сдержался и таки цыкнул. За что удостоился пристального взгляда со стороны своего начальника, под которым стушевался и сделал пару шагов в сторону.

- Деньги — это кровь наёмника, это наша жизнь. - уже одобрительно смотря на своего унтера, одобрил его выбор Фрундсберг: - Главное не забывать, что на тот свет их не утащишь. Поэтому, наверное, моя вторая новость тебе понравиться ещё больше. Ты теперь лейтенант!

И замер смотря на ошарашенное лицо Филипа, который в отличие от Стефана не умела так хорошо скрывать эмоции. А потом рассмеялся и рукой показав, что бы он приблизился, протянул ему пару красных погон. Красных по цвету, но с заметными тёмными пятнами.

Приняв их без слов, Филип с трудом удержался чтобы не гаркнуть «Служу Отечеству» отступил на шаг, приберегая вопросы немножко на потом. Однако на них ответил сам полковник: - Свой взвод получишь потом, когда новичков наберём... а чтобы не говорили, что мой офицер дутый... хм там кажется с тобой люди в атаку ходили. Отлично. Вот и принимай их под свою ответственность. Всё иди отдыхать, вижу, что на ногах не стоишь.

Отойдя от командира, Филип разжал кулак и осмотрел полученные явно с чужого плеча погоны. Через красную ткань проходила плохо пришитая чёрная линия, смотря на которую всё также идущий рядом Густав Салер отметил: - Ну что господин лейтенант поздравляю с повышением. Будете искать новое место и старыми палатками роты не побрезгуете?

Сказано это бы с такой вежливой приторностью, что сам фельдфебель под недовольным взглядом рассмеялся, показывая, что может в званиях мальчишка его и обогнал, но дух этого старого вояки не сломить. Никому. Никому кроме прачке, что искренне ждала возвращения своего наёмника после контрактов, вместе с детьми от прошлого брака в том городе, что был поблизости от новой дислокация их армии. Только Никаноре и удавалось вить верёвки из этого железного столба.

- Идём провокатор. И этих троих позови, будем официально знакомиться. Где бы мне ещё хорошего фельдфебеля найти? – как бы в сторону спросил юноша, при этом косясь на своего собеседника: - Ты не подумывал сменить взвод?

- Нет. Но не переживая твоих оболтусов, я хорошенько погоняю. – пообещал ему, мужик хитро улыбнувшись: - И не только крепким командирским сапогом.

*****

Следующие пару дней однако прошли не за обучением личного состава. Нет всё время Филипа поглотили бумаги страшного монстра всей немецкой нации бюрократии. У парня едва мозг не задымился когда он был вынужден прорываться через немецкие буквы. Обычно всей бумажной работой в их паре занимался Стефан истинный полиглот, но чужак когда-то вселившийся в его тело, так и не смог до него докричаться с того самого боя. Он не волновался понимая причину, но бесился вынужденный сражаться с заполнением бумаг.

Всё изменилось неожиданно, когда к нему в палатку, зашёл Курт принёсший ему очередные бумаги. Увидев их Филип аж застонал, и трясущейся рукой взявшись за перо, протянул вторую руку за корреспонденцией.

- Герр лейтенант, тут для вас инструкции по… - и парень быстро перечислил, какие именно инструкции передали на многострадальную голову Филипа.

- Никогда не думал, что должность канцеляра, нагонит меня в другом мире. – буркнул про себя Филип и замер так и не взяв, конверт из рук. Повернув голову, как марионетка из фильма ужасов, он спросил внимательно посмотрев на конверт: - Курт… ты что скотина читать умеешь?

Казалось парень будто об стенку приложили. Он попытался отговориться убежать, но метнувшаяся рука крепко держала его за запястье.

- Курт мальчик мой… - очень вкрадчиво смотря в глаза ефрейтору продолжил «превратившийся» в удава молодой человек: - Ты куда?

- По делам.

- Дела будут потом. А сейчас говори! Кто учил тебя бегло читать! И писать!

- Я не говорил что умею писать!

- Ага значит тоже умеешь! – расплылся в счастливой улыбке Филип и Курт понял что его спокойная жизнь, окончательно закончилась.

Новое утро Филип встретил счастливым и выспавшимся. Теперь когда ему не приходилось прорываться сквозь зашифрованный текс, работа пошла заметно быстрее. Ну а то что Курт теперь выглядел как самый несчастный человек на свете, так это издержки звания ефрейтора, что переводиться как «отличный солдат». За время его добровольного заточения в лагерь не просто вернулась жизнь, он готовился к большому переезду. Часть из выживших четвёртого полка должны будут отправиться на территорию бывшего Великого герцогства Меклембурского. Ну а часть, среди которых был и сам Филип, должна была отправиться в Ольденбург на встречу со своими нанимателем.

*****

Филип немного разлюбил поезда после своего неудачно опыта четырехмесячной давности. Больше не было того ощущения безопасности, каждое открытие двери требовало немедленно вытащить под подушкой нож. Но даже не будучи в восторге от основного средства передвижения, он признавал, что поезд самое быстрое средство передвижение по приемлемой цене. Поэтому в поездке лишь немного параноил по этому поводу.

Больше у него вопросов вызывало случившееся по ту стороны реальности. И тот факт что даже спустя почти шесть дней Стефан так и не вышел на связь. И поэтому мысленно перекрестившись, чтобы ночью его не зарезали, молодой человек